Поведай нам, тьма - Ричард Лаймон

Пахнуло жаром. А еще крепким запахом пота и ментола.

Шкаф светился красным светом.

На полу, у ног Анжелы, жужжал не вентилятор, а калорифер.

Взгляд Говарда застыл на девушке.

Этого не может быть!

Анжела стояла у задней стенки тесного встроенного шкафа, кисти ее рук были привязаны к рейке для вешалок. Одета она была в тренировочный костюм, и, возможно, даже не один; этот наряд делал ее похожей на огромный кочан капусты. Верхний серый слой выглядел мокрым. Влажные волосы прилипли к голове, с раскрасневшегося лица капал пот.

Она повернула голову в сторону, видимо, сильно смутившись.

— Скажи ему, пусть отвалит, — приказал Скеррит.

— Уходи, Говард, — едва слышно шепнула она. — Пожалуйста.

— Что это?!

— Ты что, не расслышал? А ну пошел вон!

— Меня просто наказали. Все в порядке.

— В порядке?! — Говард подскочил к шкафу, присел навстречу ужасной жаре и повернул ручку нагревателя.

— Эй! — Скеррит схватил его за плечо. Вскочив, Говард резко повернулся на каблуках и обеими руками с силой толкнул горбуна в потную грудь. Тот ахнул и отлетел назад.

— Нет! — вырвалось у Анжелы.

О стену Скеррит ударился спиной, вернее горбом. Очки слетели, а колени подогнулись, он медленно начал сползать по стене, пока не сел на задницу.

Говард в ужасе наблюдал за ним, потрясенный содеянным.

Скеррит злобно сверкнул глазами.

— Лежи! Лежи, черт побери! — Говард сунул руку в карман, извлек нож и открыл лезвие.

— Не трогай его!

— Ты, ублюдок, да я тебя…

— Заткнись! И не рыпайся! — Говард повернулся, пригнулся и выбросил калорифер в коридор. Затем шагнул в шкаф. Чертова жарища! — Он что, пытался тебя убить?

— О, Говард.

Когда он начал перерезать веревки, удушливый запах ментола обжег ноздри. — Что это за вонь?

— «Бен-Гэй».

— Что?

— Знаешь, такое согревающее растирание. Мазь. Он пользуется ею против артрита.

Говард вдруг вспомнил запах школьной раздевалки. Как, вернувшись с беговой дорожки, он натирает «Бен-Гэем» стертые ноги. И как тогда обжигало, словно огнем.

— На тебе эта мазь?

— Повсюду, — голос ее дрожал.

Наконец Говард перерезал веревки.

— На теле? Под этими кофтами?

Анжела грузно завалилась на него и обвила руками.

— Это сделал Скеррит?

Кивок.

— Боже ты мой! — Говард развернулся боком и вывел ее из шкафа. Руки стали влажными от мокрой одежды, на ощупь такой толстой. Сколько же всего на ней кофт?

Он осторожно прислонил ее к стене. Девушка немного осела, но не упала.

Скеррит все еще сидел на полу. Правда, успел уже напялить очки. Увеличенные линзами глаза презрительно застыли. Они казались огромными-преогромными.

— Вставай! — скомандовал ему Говард, махнув ножом в сторону шкафа. — Влезай!

— Ты позволишь ему сделать это, ангелок?

— Говард, не надо. Пожалуйста.

— Как ты можешь защищать этого типа?

— Я квартирую у него. И он не берет с меня платы.

— Значит, ему дозволено мучить тебя?

— Ты ничего не понимаешь.

— Куда мне! Скеррит, марш в шкаф!

Старик с трудом поднялся и вытаращил налившиеся кровью глаза на Анжелу.

— Ты еще очень пожалеешь об этом.

Говард схватил его скользкую руку и толкнул горбуна в шкаф. Ногой закрыв дверь, он резко задвинул щеколду.

— Выпущу перед уходом.

— Я не могу никуда пойти.

— Ты не можешь остаться. Он — псих.

— Вовсе нет. Просто… строгий.

— Строгий?

— Ну да.

Слегка наклонившись вперед, Анжела ухватилась за нижний край спортивной кофты и начала сдирать ее с себя. Вместе с ней потянулась другая, красная, и еще одна, серая. С огромным усилием стянув все три через голову, она швырнула мокрые тряпки на пол. На ней осталась лишь полинявшая синяя кофта, такая мокрая, словно побывала под душем.

— Такое он делал всего несколько раз.

— Всего несколько раз?! Какой великодушный! Отступив от стены, Анжела сбросила несколько пар спортивных брюк, оставив на себе лишь синие. Наступив на стянутые брюки, она высвободила босые ноги.

— Обычно он вполне нормальный. Все это из-за того, что я тайком ушла на вечеринку.

— Сумасшедший. Нельзя жить с такими людьми.

— Мне больше негде.

— Правильно, ангелок, твою мать! — донеслось из шкафа.

Анжела скривилась и поглядела на Говарда печальными, полными отчаяния глазами.

— Эй, ты там, заткнись!

— Он прав, — прошептала Анжела. — Мне не по карману снимать квартиру…

— Не беспокойся, я помогу тебе с квартирой.

Она покачала головой.

— Иди. Скажешь остальным, что мне нездоровится. Я не могу уйти.