Поведай нам, тьма - Ричард Лаймон

— Не нравится мне ваша затея, — сказала доктор Корин Дальтон.

— Ну, пожалуйста! Вот будет здорово! — Стоя на цыпочках, Лана продолжала стягивать с книжной полки плоскую коробку с планшеткой для спиритических сеансов. Лежавшие поверх нее игры зашатались, а самые верхние, «Монополия» и «Профессии», начали сползать.

— Осторожнее! — воскликнул Кит.

Быстрым движением руки коробки были остановлены, но кожаный стаканчик для игры в кости, до этого невидимый, соскользнул с наклонившейся коробки с «Монополией» и свалился. Когда он отскочил от лба Даны, та вздрогнула и, чертыхнувшись, выдернула коробку с планшеткой. Оставшиеся игры с грохотом опустились на ее место.

Говард усмехнулся.

«Поделом. Будет знать, как не слушаться старших», — позлорадствовал он.

Рассмеялись и некоторые другие гости.

Хозяйка дома не улыбнулась и не рассмеялась, но в ее глазах сверкнули веселые искорки.

— А я ведь предупреждала, что это не совсем удачная идея.

— Не подозревала, что вы расставляете мины-ловушки.

— Да, да. И время от времени мне везет: на них нарываются такие вот глупышки.

— Очень смешно, — буркнула Лана и, держа коробку под рукой, нагнулась за стаканчиком. Поставив его на полку, она повернулась и посмотрела в глаза собеседнице. — Нет, серьезно. Вы ведь не против того, чтобы мы попробовали? Я никогда не видела, как это происходит.

— Тогда тебе лучше оставаться в неведении.

— О-о-о-о! Силы тьмы! — завыл Кит.

Лана сверкнула на него глазами, явно не одобряя подобное вмешательство, затем, пожав плечами, с улыбкой обернулась к доктору Дальтон.

— Кори, ведь это обычная игра?

— Такая же обычная, как русская рулетка.

— У-у-у! — прогудел Кит.

«Конь с яйцами», — подумал Говард, но, будучи неглупым, оставил свое мнение при себе. Кит, несмотря на то что специализировался по английской филологии, имел атлетическое сложение и соответствующие повадки и, вероятно, мог бы уложить его одним ударом.

Из угла кабинета послышался голос Дорис, сидевшей в мягком кресле:

— Если хотите знать мое мнение, то аналогия несколько искусственна.

— А твоего мнения никто не спрашивал, — заметил Кит.

Поднявшись на цыпочки, Лана изучала стопку игр.

— У вас там наверху револьвер, Кори?

— Разумеется, нет.

— Тогда зачем вы храните спиритическую планшетку, если она такая же опасная?

— Она, можно сказать, перешла ко мне по наследству. Видимо, мне все же следовало давно от нее избавиться.

— Это еще почему? — поинтересовался Кит.

— Нельзя легкомысленно относиться к неизведанному, — угрожающе произнесла Дорис, глядя широко открытыми глазами на Кита, хотя тот даже не смотрел в ее сторону. Затем, скинув толстые ляжки с подлокотников, соскочила на пол и с важным видом направилась к остальным.

«А вот и наш толстенький Пак, — подумал Говард, — наш проказливый, педантичный чертенок». Палец Дорис угрожающе поднялся к потолку:

— В мрачных уголках Вселенной таятся темные силы, которые…

— Заткнись, а? — оборвал ее Кит.

— Ну, полно, — укоризненно посмотрела на него доктор Дальтон и, обернувшись к Лане, прибавила: — Послушайте, мы собрались, чтобы хорошо провести время. Хотите повалять дурака с этой штуковиной, ради Бога. Но только без меня. Договорились?

— Конечно! Замечательно! Ну, кто со мной?

— С тобой? Я. Не хочу упускать ни малейшей возможности! — выпалил Кит.

«Наверное, и не упускает», — подумал Говард.

Пропустив мимо ушей двусмысленную реплику, Лана обратилась к Дальтон:

— Сколько человек может играть одновременно?

— Думаю, не больше четырех, иначе вокруг планшетки будет ужасно тесно.

— Ладно. Нужны еще два добровольца.

— Возьмите меня, — вызвалась Дорис.

Кит скривился так, словно предпочел бы «взять» клочок использованной туалетной бумаги, но на этот раз промолчал.

— Итак, трое, — объявила Лана. — Еще одного. Есть желающие?

Говард обвел взглядом присутствующих: профессор Дальтон отрицательно качала головой, сидевший в углу комнаты Глен набивал рот чипсами, на диване, сложив на коленях руки, в прострации застыла Анжела.

«Может быть, следовало подойти и присесть рядом, — подумал он. — Ведь и в самом деле почти что не общался с нею сегодня. Еще решит, что избегаю ее».

Но, ей-Богу, она какая-то странная. Будто с другой планеты или еще откуда-то и тоскует по дому.

Кит хлопнул его по плечу, причем сильнее, чем надо было.

— Присоединяйся, Гаубица. Сможешь потереться коленками с Дорис.

Говард посмотрел на Лану.

— Не возражаешь?

— Конечно, нет. С чего бы?

Говард растерянно повел плечами, чувствуя, что свалял дурака, спрашивая у Ланы разрешения.

— Итак, Кори, в чем смысл игры?

Но не успела та и рта открыть, как вмешалась Дорис:

— Я уже это делала.

— И где же ты умудрилась подцепить слепого парня? — язвительно поинтересовался Кит.

— Ну это уже слишком, мистер Гаррис. Замечательно, что вы развили в себе способность забавлять самого себя столь поразительно плоскими шуточками.

— Хрю-хрю!

На левую грудную мышцу, монолитным бугром распиравшую тесную рубашку, с размаху опустился кулак Ланы. Словно деревянным молотком по сырому куску говядины.

— Прекрати!

Доктор Дальтон насупилась, но уголки ее плотно сжатых губ подогнулись книзу. Это выражение лица было знакомо Говарду — оно означало одобрение. Но, даже если она и радовалась тому, что Лана стукнула Кита, улыбку предпочла сдержать.

— У меня на кухне есть ломберный столик, — заговорила она. — Давайте-ка принесем его сюда. Тогда и остальные смогли бы поглазеть.

Они перешли в маленькую аккуратную кухоньку. Отодвинув от столика все стулья, хозяйка сложила один из них и, передавая Говарду, взглянула на него своим особенным взглядом. Никогда и ни на кого она так не смотрела, только на него. И он попытался вернуть ей такой же. Нет, это не было перемигиванием, но, похоже, заключало в себе тот же смысл: тайно разделяя порочную страсть к наблюдению за кривляньем и ужимками окружающих, они как бы вопрошали друг друга: «Что такие люди, как мы, делают в подобной компании?»