Погребенные за мостом - Альбина Нури

Дарко умолк, поставил чашку на столик и улыбнулся.

– Так ты все-таки шутил! – проговорил Илья, почему-то почувствовав облегчение. Все эти вампиры, конечно, не более чем сказки, народный фольклор, но все же было как-то странно, что взрослые умные люди если и не верят в них, то все равно прислушиваются. – А я, дурак, уши развесил.

Главврач внезапно стал серьезным:

– Тут много всего накручено, не разберешь уже, где правда и в чем причина смертей. Может, эпидемия какая-то, может, массовые убийства. Но, видишь ли, я родился и вырос в этой стране и не могу отметать традиции, мифы, верования, какими бы странными они ни выглядели.

– Но почему эта Милица решила, что следующая вспышка вампиризма должна случиться именно здесь?

Дарко поджал губы и суетливым движением пригладил волосы.

– Давай больше не будем об этом, дружище. Все это глупости! Сказала и сказала. Чем меньше ломать голову, тем лучше.

Илья удивился, что Дарко так резко свернул разговор: сам же вывалил на него все эти россказни об упырях! Но он постарался не подавать виду и заговорил о каких-то пустяках.

Спустя три дня дождь все еще не прекратился. Дарко говорил, что это первый дождливый июнь на его памяти.

– В мае да, бывает – даже то сильное наводнение 2014-го произошло именно в этом месяце. Но летом и до самого ноября всегда было сухо!

Илья и сам это знал: привык за годы жизни в Сербии к мягкому благодатному климату и тоже не мог припомнить такого сырого лета. Каждый день обитатели Бадальской Бани ждали, когда же прогнозы изменятся, но метеорологи были непреклонны: погода ожидалась такая же дождливая.

Хуже всего было то, что дожди не просто портили настроение и мешали полноценному отдыху – они вредили бизнесу. Марина ходила с мрачным видом и выглядела такой несчастной, что Илье было ее жаль, несмотря на то, что директриса не особенно ему нравилась. Дело было в том, что гости начали разбегаться из Бадальской Бани, а новые на их место не приезжали: отдыхающие узнавали о непрекращающихся дождях и отменяли заказы.

– У нас же все условия: бассейн, отличная еда, в номерах уютно, – восклицала она. – Как будто дождь мешает принимать ванны или пить минеральную воду!

Все кивали, стараясь ее поддержать, при этом каждый, включая и саму Марину, прекрасно знал: минеральная вода и ванны – дело хорошее, но людям важно получать все лечение в комплексе, ведь основная ценность Бадальской Бани именно в потрясающем целебном воздухе. А в бассейне поплавать можно где угодно.

Утром пятнадцатого июня Илья видел, как курорт покидали сразу семеро финнов и пожилая немецкая чета. Марина стояла на пороге, изо всех сил стараясь улыбаться и выглядеть приветливо, но получалось плохо: улыбка скорее напоминала гримасу. Илья знал, что ей пришлось вернуть деньги всем уезжающим раньше срока, к тому же завтра собирались отбыть еще четверо.

«Если дело так пойдет и дальше, скоро тут останутся одни дети, – подумал Илья, – и будет настоящий пионерлагерь».

Он вздохнул: дети, вынужденные все время проводить в корпусе, лишенные развлечений, купания в озере и прогулок по парку и лесу, маялись от безделья. Многих это провоцировало на всевозможные каверзы и проделки.

Вчера кто-то просунул кошку через форточку в бельевую комнату, и она орала там, как безумная, все перевернула вверх дном, да еще и нагадила. В одном из номеров разбили окно, в другом – пролили на ковер невесть откуда взявшуюся краску.

Все пошло вверх дном из-за проклятого дождя. Илья подумал, что тяжелее всех сейчас приходится руководителям групп: они отвечают за здоровье и безопасность детей, а сдерживать их все сложнее. Нужно постоянно быть начеку, придумывать для них занятия, следить за дисциплиной.

В памяти всплыл образ Нины. У нее одной нет помощника, вся ответственность – на ее плечах. И все бы ничего, если бы не Артем, от которого в любую минуту жди неприятностей.

Говоря по правде, этот подросток наводил на него оторопь, и Илья сочувствовал пареньку по имени Дима, которому выпало «счастье» делить с Сомовым комнату.

После того визита в заброшенный корпус Илья снова сходил туда, как раз перед началом сезона дождей, понял, отчего там отвратительно пахнет, и до сих пор не мог вспоминать об этом без омерзения.

Мертвые животные – вот кого он там обнаружил. Кошки, белки, енот, собака, птицы… Некоторые валялись на полу, но большинство было прибито к деревянным балкам. У всех были свернуты шеи или перерезаны глотки. Илья не успел выскочить из подвала, и его вырвало прямо там же, так что помимо дохлых зверей и птиц пришлось убирать еще и это.

Все это не прибавило любви к Сомову, и Илья едва сдерживался, чтобы не надавать ему пощечин, когда вернулся из заброшенного корпуса и взялся с ним беседовать. Разумеется, в присутствии Нины.

Мальчишка смотрел на него круглыми рыбьими глазами, не выказывая ни малейшего смущения.

– Зачем ты их убил? – дрожа от злости, спрашивал Илья.

Сомов утверждал, что не трогал бедных животных, а нашел их в лесу. Это была беззастенчивая ложь, но как докажешь?

– А прибил гвоздями зачем? И где ты взял молоток и гвозди?

– У вас взял, – коротко ответил Сомов, и Илья решил, что больше ни на секунду не оставит дверь незапертой.

– Зачем? Зачем ты это сделал? – ломая руки, спросила Нина.

– Велели.

– Кто велел? О чем ты говоришь?

На этот вопрос Артем так и не ответил, он только улыбался придурковатой улыбкой и облизывал пересохшие губы. Им пришлось отпустить его, взяв обещание больше так не делать.

– Пусть с ним родители разбираются! Можете отправить его домой?

– Нет, что вы. – Нина покачала головой и прижала ладони к лицу. – Дети могут путешествовать только в сопровождении взрослого, то есть меня. Я их всех увезла из России, я должна и привезти обратно.

– Бывают же непредвиденные ситуации!

– Бывают, но что я скажу начальству – он убивает животных? Мы даже не можем этого утверждать наверняка.

– За ним такое раньше водилось? – Илья смотрел на Нину и вдруг поймал себя на мысли, что ему хочется обнять ее, утешить, чтобы она не печалилась, не переживала больше. Смутившись от этого порыва, он отвернулся от девушки.

– Все дети психически нормальные, по крайней мере по документам. В первые дни и Артем ничем не выделялся. Разве что очень уж скрытный был, диковатый.

Илья ничем больше не мог помочь, и Нина вскоре ушла – нужно было сопровождать группу на полдник. Двери в старый корпус он не просто запер, а еще и цепи с замками повесил. Окно в подвал заколотил досками, решив, что будет приходить сюда дважды в день.

Но Илья все равно понимал: если этот чокнутый Сомов захочет пробраться в здание, то его ничем не остановишь. Разбил любое окно – и готово. Все ведь досками не заколотишь, да и Марина разрешения не давала.