Погребенные за мостом - Альбина Нури

– Слава богу, хоть вам удалось выпроводить эту ненормальную, пока все не сбежались!

Марина говорила раздраженным тоном, свойственная ей нервозность усилилась, и Илье казалось, что директриса вот-вот заискрит, как неисправная розетка, а огненно-рыжие волосы вспыхнут.

Они расположились в ее кабинете: Илья и Дарко сидели, а Марина ходила вокруг дивана, словно акула возле шлюпки. Милица – так звали возмутительницу спокойствия – ушла, свидетели неприятной сцены тоже разбрелись кто куда, но Марина все никак не могла успокоиться.

– Больше она не придет, мне кажется, – неуверенно проговорил Дарко. – Я сегодня вечером еще зайду к ней, попробую поговорить.

– Так это та самая назойливая соседка, которая в последнее время тебя изводит? – спросил Илья, вспомнив их разговор.

Марина резко остановилась и уставилась на главврача.

– Она уже не в первый раз несет эту чушь? Вы могли бы как-то повлиять на нее! Не хватало нам проблем!

– Откуда мне было знать, что она сюда притащится? – возмутился Дарко.

– Могут пойти слухи, всякие разговоры!

– Хорошо, что почти никто из гостей не говорит по-сербски, – мягко перебил Марину Илья. – А мы, само собой, будем помалкивать. – Он поднялся. – Ладно, все хорошо, что хорошо кончается. Мне пора идти.

На самом деле ему никуда было не нужно, просто не хотелось сидеть здесь, выслушивая нервные вопросы Марины.

Дарко тоже вышел следом.

– Зайдешь ко мне на кофе? – предложил доктор, и Илья согласился: ему хотелось поподробнее узнать о том, что говорила Милица.

Прикрыв за собой дверь, Дарко взялся за турку. Илья уселся в свое любимое кресло возле окна. Дождь лил и лил, не прекращаясь ни на секунду, и во дворе не было ни души.

– Марина, конечно, расстроена, – грустно заметил Дарко. – Дела и так идут не слишком хорошо, а если о Бане еще и болтать начнут… Кто захочет ехать лечиться в место с дурной репутацией?

– Да брось, – отмахнулся Илья. – Ты говорил, Милица не в себе. Никто не станет слушать сумасшедшую.

Вода закипела, Дарко открыл банку с кофе, и в воздухе поплыл густой кофейный аромат.

– Вообще-то никакого диагноза у нее нет, я просто так выразился. Милица совершенно адекватная, уважаемая женщина, если не считать того, что немного повернута на этой теме. Она историк по образованию, всю жизнь в школе проработала.

Илья был удивлен. Судя по тому, что несла эта дамочка, заподозрить ее в наличии образования, притом исторического, было сложно. Они с Дарко подошли не сразу, к тому моменту Милица уже окончила свою пламенную речь, но из того, что Илья понял, следовало: вот-вот случится нечто ужасное, люди начнут умирать, Бадальска Баня станет братской могилой. Им всем надлежит немедленно покинуть это место, пока не поздно. А причина в том, что Черный Хозяин заворочался в своем гробу и скоро восстанет из мертвых, чтобы погубить живых.

– Разве нормальный человек будет говорить о подобном?

– Ты забыл, где живешь, – улыбаясь, заметил Дарко, разливая кофе по чашкам. – Я как-то прочел, что Сербия – это страна победившего мифа. Можно относиться к этому как угодно, но сербские ученые доказывают, что вампиры появились и существовали именно на территории Сербии. Причем вампиры не киношные, придуманные, вроде знаменитого Влада Цепеша – графа Дракулы, а самые настоящие.

– Ты серьезно? – недоверчиво улыбнулся Илья, принимая чашку из рук друга. – Разыгрываешь меня?

– Ничуть. Гипотеза подтверждается документами из архивов Вены, если не ошибаюсь, семнадцатого века. В те времена одна часть Сербии принадлежала Австро-Венгерской империи, другая – Османской. Так вот, в архивах, например, есть жалобы жителей сербских сел, которые просят австро-венгерские власти разобраться с эпидемией вампиризма, есть протоколы эксгумации тел, некоторые из которых выглядели именно «по-вампирски». А еще есть записи Фромбальда, которого австрийцы послали для расследования загадочного дела. Случаи странных повальных смертей фиксировали в разных сербских городах и селах: Крушевац, Крагуевац, Кисилево.

– Что там были за истории?

– Не помню всех подробностей, но происшествия весьма жуткие. Пей свой кофе, а то остынет.

Илья послушно сделал глоток.

– Тот вампир, что при жизни жил в Кисилево, звался Петар Благоевич. Он внезапно скончался в расцвете лет, после похорон явился посреди ночи домой и попросил сына накормить его. Зловещие визиты повторялись несколько ночей, а потом сын отказал отцу и был убит. Спустя несколько дней последовала череда внезапных смертей местных жителей: выжившие твердили о ночных появлениях существа, похожего на Петара, которое заглядывало к ним в окна. Австриец Фромбальд, о котором я тебе говорил, приказал эксгумировать тело, и все убедились, что следов тления нет. Тело, как водится, пронзили колом, и в селе вроде бы все поутихло, но вспыхнуло в другом месте, в местечке под названием Медведжа. Павел Арнаут, служивый человек, был укушен неким существом, не то огромным волком, не то летучей мышью – забыл уже, давно читал обо всем этом. Потом он подал в отставку, вернулся домой, купил немного земли, построил дом, но прожил недолго. После его смерти люди стали говорить, будто покойник ночами бродит вокруг своей фермы, а глаза горят красным огнем. Те, кто встречал его, заболевали и вскоре умирали. Жертв становилось все больше, для расследования снова явилась комиссия из Вены, и опять была вскрыта могила, где лежал неразложившийся труп, который проткнули колом и кремировали.

– Я просто не знаю, что сказать.

– А про историю с вампиром Савой Савиновичем слыхал? Говорили, что он орудовал на водяной мельнице, и она простояла до наших дней, туда даже туристы ездили. Так вот, когда буквально пару лет назад мельница от старости разрушилась и об этом написали в газетах, одни люди обрадовались, что дурное место наконец-то перестало существовать, а другие стали запасаться чесноком и тесать колья, потому что верили: вампир станет бродить по округе в поисках нового убежища.