Зеркало наших печалей - Пьер Леметр

– Гроза до нас не добралась? – удивился отец Дезире, спрыгнув из кузова на землю.

– Бог миловал! – ответила Алиса, как раз прикидывавшая, как бы они стали защищать подступы к лагерю, реши буря навестить их.

– Воистину так!

– Что с вами стряслось, отец?

Священник промок до нитки, мокрая сутана облепила тело.

– Я получил дар Небес, да не один – четыре!

Он открыл дверцу кабины и помог спуститься молодой женщине с младенцем на руках. Ее отрешенный вид произвел на Алису сильное впечатление. Никто не представляет себе Богоматерь маленькой толстушкой, а Алиса, попроси ее кто описать Деву Марию, сказала бы: «Вот Она!» Красивая женщина с замкнутым, почти суровым лицом страдалицы прижимала к груди ребенка, и от нее исходила какая-то свирепая, первобытная сила вкупе с животной чувственностью. Она тоже вымокла, и Алиса сбегала за одеялом, чтобы согреть молодую мать.

Отец Дезире уступил ей свое место в кабине и стоя ехал в прицепе, раскинув руки, подняв лицо к разгневанным небесам, и кричал: «Спасибо, Господи, за милости Твои!»

Он был в отличной форме…

Луиза сделала два шага, попробовала улыбнуться, отдала младенца Алисе и вытащила из кабины близнецов. Мальчики орали как резаные, крутили головами и смотрели на мир со смесью страха и любопытства.

– Боже мой… – прошептала Алиса.

– Именно так я и сказал, – откликнулся отец Дезире.

Луиза не верила своим глазам.

Она только что покинула одичавший из-за войны город, где оказалось почти невозможно обиходить трех малышей, а теперь оказалась в некоем подобии цыганского лагеря. Палатки, веревки, натянутые между деревьями, соломенные тюфяки, нагромождение ящиков, жаровня, огород, серые трубы, доставляющие воду, загон с волооким теленком, четыре свиньи и огромный военный грузовик с брезентовым кузовом с красным крестом на крыше и металлической лестницей. Повсюду сновали деловитые мужчины и женщины, сохло белье, кто-то накрывал обед на поваленных надгробиях, кто-то прямо на траве чистил только что выловленную рыбу. Справа, в «уголке старейшин», на стульях и креслах отдыхали очень пожилые люди, а слева, в уличном «манеже», играли дети: брызгались водой, бегали, падали, визжали, потом появилась пожилая женщина в черном халате и сделала им внушение – строго, но необидно.

– Добро пожаловать в дом Господа, сестра, – произнес чей-то голос за спиной у Луизы, она обернулась и встретилась взглядом с молодым священником (на вид она дала бы ему лет тридцать, не больше). Он улыбался весело и открыто, вселяя радость в сердце собеседника, глаза под тонкими бровями сверкали, волевой подбородок сделал бы честь киноактеру.

– Так, что тут у нас?

Сестра Сесиль озабоченно щупала животик девочки.

– Я не смогла ее правильно накормить… Она не…

– Дадим бутылочку, и все наладится, не волнуйтесь.

Монахиня отправилась по своим делам.

– Вот и прекрасно, – обрадовался отец Дезире, – Алиса займется вами, а когда этот ангел насытится, мы найдем для вас свободный уголок. Мальчиками я займусь сам. Они ведь близнецы, я не ошибся?

– Эти дети не мои… – начала объяснять Луиза, но священник уже убежал.

За часовней обнаружились импровизированные ясли: на веревках сохли пеленки, на столе вперемешку стояли бутылочки, коробки с тальком, мыльницы, лосьоны, стиральный порошок, валялись соски.

Луиза перепеленала малышку. Алиса приготовила бутылочку со смесью, проверила температуру тыльной стороной ладони, и молодая женщина бросила завистливый взгляд на ее пышную грудь.

«Везет же некоторым…» – думала она, в очередной раз сражаясь с подгузником.

– Будет удобнее, если эту по́лу завернуть вот сюда…

– Конечно, я просто устала и плохо соображаю…

– Потом вниз и снова наверх…

Девочка наконец-то превратилась в «куколку».

– Как ее зовут?

– Мадлен.

– А вас?

– Луиза.

Последовала церемония кормления, и Мадлен жадно выпила все до последней капли.

– Пойдемте, – сказала Алиса, – там будет удобнее.

Отец Дезире, вооружившись молотком, поправлял загон, за которым лежали хрюшки. Они сели на каменную лавку у входа в часовню, и вечер окутал их летними сумерками.

Луиза обвела взглядом лагерь:

– Впечатляет…

– Еще как, – согласилась Алиса.

– Я о вашем аббате.

– Я тоже…

Они обменялись улыбками.

– Откуда он?

– Я не очень хорошо поняла… – Алиса нахмурилась. – Он говорил, но… Да какая разница, главное – он здесь! А вы откуда?

– Из Парижа. Мы уехали в прошлый понедельник.

Девочка срыгнула и мгновенно снова заснула.

– Из-за немцев?

– Нет…

Луиза ответила слишком быстро. Как она могла объяснить чужому человеку, что отправилась на поиски сводного брата, о существовании которого узнала несколько дней назад? Вряд ли Алиса поймет, какие побуждения заставили молодую парижанку искать мифического родственника на дорогах войны в компании старого ресторатора в растоптанных домашних туфлях.