Маленький цветочный магазин у моря - Эли Макнамара

Хорошо, что Эш захватил с собой Чарли. Я за него действительно беспокоилась после того, как он вылетел из замка на взводе.

– Не подходит, – сообщает Бронте, отодвинув трубку от уха. – Автоответчик говорит, он вчера вечером не в форме был. Попробую еще раз.

Но пока она набирает номер, нас отвлекает звонок в дверь.

– Пап? – Бронте подскакивает при виде Джейка, появившегося на пороге. – Я как раз тебе звонила.

– Вижу, – говорит Джейк, поднимая свой телефон. – Но я был на подходе, вот и подумал, что лучше будет поговорить напрямую.

Джейк входит в зал и бросает взгляд в мою сторону.

– Доброе утро, Поппи. Все в порядке?

Я поспешно киваю. После вчерашнего признания Джейка мне как-то не по себе.

– Пап! – окликает Бронте, в надежде снова привлечь к себе его внимание.

– Да, дорогая моя дочь! – говорит Джейк, закатывая глаза. – Что я могу для тебя сделать?

– Помнишь картинки у нас на лестнице? Я их еще убрала, чтобы ты там все покрасил. Они же мамины, да?

Джейк слегка вздрагивает при упоминании о Фелисити.

– Некоторые да, а что?

– У Поппи картина, очень похожая на одну из них, погляди.

Бронте протягивает Джейку вышивку.

– Если Бронте права, – говорю я, – то у тебя одна из пропавших картинок, о которых я тебе вчера рассказывала.

– Ты имеешь в виду картинки Стэна? А которая?

– С розовой гвоздикой.

Джейк морщит лоб.

– Да, я понял, о какой из них речь. Вчера мне это и в голову не пришло. Но сравнивая с этой… – он поднимает вышивку с пурпурной розой, – …я вижу сходство. Кажется, она принадлежала матери Фелисити. Фелисити сберегла много из ее вещей, когда она умерла и мы разбирались в доме. Но откуда у Изабель картина Стэна?

– Она могла ее купить где-нибудь?

– Не думаю. С тех пор как мы познакомились с Фелисити, я видел эту картинку на почетном месте на каминной полке.

В магазин заглядывают посетители, и Бронте отправляется к ним. Хотя я вижу: она все еще пытается прислушиваться к нашему разговору.

– Погоди… Как, ты сказал, звали мать Фелисити? – шепчу я. В голове будто что-то со щелчком становится на место.

– Изабель, а что?

– То, что так звали девушку, которую Стэн любил и которой он подарил ту, третью картинку. Это наверняка она!

– А может, совпадение? – хмурится Джейк.

Бронте еще прислушивается, и я оттаскиваю Джейка в подсобку.

– Может, и совпадение, но из какой она семьи? Если ты не против таких вопросов, конечно, – добавляю я, спохватившись, что это может быть деликатная тема.

– Да нет, никаких секретов. Она росла вместе с матерью недалеко от Оксфорда, потом…

– С матерью? – перебиваю я. – А отец?

– Изабель одна растила дочь, Фелисити никогда не знала своего отца. – Джейк улыбается. – Может, помнишь, я рассказывал тебе, как она мечтала приехать в Сент-Феликс, потому что ее мать выросла здесь. Но Изабель пришлось спешно уехать отсюда, и я подозреваю, как раз из-за беременности. На внебрачных детей в маленьких городках вроде этого даже в семидесятые смотрели косо.

Я смотрю на Джейка.

– Ты что? – спрашивает он.

– Так все же сходится! Все, что ты рассказал, совпадает с историей Стэна! Он сказал, что Изабель пришлось срочно уехать из Сент-Феликса и он не знал, в чем дело.

– Ох… – До Джейка доходит. – Но если Стэн – отец Фелисити, то… то…

– То у Бронте и Чарли есть дедушка, о котором они никогда не знали, и… – Я сглатываю комок в горле. – И у Стэна есть семья, о которой он всегда мечтал.