Невидимый - Матс Валь

Форс прибыл на Бекстиген где-то в половине седьмого. Там уже собралось несколько машин — патрульная Нильсона, машина Седерстрема с местом для собаки, полицейский автомобиль и серый автобус технической службы. Когда Форс вылезал из «гольфа», на парковку въехал «вольво» комиссара Хаммарлунда. Хаммарлунд вышел из машины, в светлых брюках с безупречными стрелками, белой рубашке, галстуке в голубую и желтую полоску и темно-синем пиджаке. Он бросил сердитый взгляд на небо. Моросил мелкий дождик. Хаммарлунд открыл заднюю дверь и вытащил светлый плащ. Надев его, он подошел к Форсу, который, как и накануне, был в замшевой куртке. Форс застегнул молнию и поднял воротник.

— Мне, наверное, понадобятся сапоги? — спросил Хаммарлунд.

— Хорошо бы.

Хаммарлунд посмотрел на свои ботинки. Они были совершенно новые. Из-под брючин виднелись темно-синие носки.

— У вас есть какие-нибудь сапоги? — спросил он.

— Наверное, есть у Нильсона.

— Где он?

Хаммарлунд огляделся вокруг. Форс достал мобильник и набрал номер Нильсона.

— Хаммарлунд интересуется, нет ли у тебя пары запасных сапог?

— У меня лишняя пара в машине. Какой у него размер обуви?

Форс повернулся к Хаммарлунду:

— Какой у вас размер?

— Сорок третий.

— У него сорок третий, — сказал Форс в трубку.

— Как раз, — сказал Нильсон. — Сейчас иду.

Форс отключил телефон.

— У него есть запасные. Сейчас идет.

Форс посмотрел на него, по его щекам бежал дождь.

— По крайней мере, ветер стих, — заметил он.

— Сядем в машину, — сказал Хаммарлунд, пошел к своей машине и сел за руль. Хаммарлунд и сегодня благоухал туалетной водой.

— Каковы ваши дальнейшие действия? — спросил он.

Форс рассказал о своих планах.

Хаммарлунд выслушал, задал несколько вопросов. Он делал особый акцент на том, что преступники слишком молоды, и обещал поговорить с обвинителем.

— С кем? — спросил Форс.

— Хальман сейчас на Крите, Брунберг болен. Остается Бертильсон, — Хаммарлунд протянул руку за серо-коричневой папкой на заднем сиденье и подал се Форсу. — Я получил это от Викмана сегодня утром.

Он посмотрел на часы, потом в окно. Дождь усилился. На тропинке появился Нильсон. Он был в белом плаще, на плече светоотражающими буквами было написано «Полиция». Он подошел к своей машине и достал из багажника пару сапог. Хаммарлунд открыл дверцу машины и сидел, готовый переодеваться.

— Носков у меня нет, — сказал Нильсон и протянул сапоги Хаммарлунду. Тот нагнулся, натянул сапоги и засунул в них штанины. Форс листал серо-коричневую палку.

— Идем, — сказал Хаммарлунд.

Они втроем пошли по тропинке.

Форс, Хаммарлунд и Нильсон свернули к коричневому домику с бетонными грибами во дворе. Скамейка неподалеку от дома Берга была накрыта полиэтиленом, вся территория была огорожена синей лентой с надписью «Полиция». Под огромной сосной стояла женщина в форме и белом плаще. Ее волосы были собраны в хвост. Внутри ограждения лежала большая куча листьев и травы. Казалось, она недавно была перевернута. Нильсон показал на нее пальцем.

— Он лежал тут, зарытый. Мы никогда не нашли бы его без собаки. Я думал, он мертвый, но он был жив. «Скорая помощь» приехала почти сразу же. Мы укутали парня всеми одеялами, которые у нас нашлись. Я позвонил родителям.

Нильсон медленно покачал головой. По его лицу стекали капли дождя. Казалось, старый полицейский плакал.

Хаммарлунд огляделся.

— Вы нашли что-нибудь еще?

— Следы около скамейки. Видимо, те, кто его бил, были уверены, что он умер. Они попытались куда-то нести его, но он оказался слишком тяжелым. Они подтащили его за ноги, бросили в компост, завалили и ушли домой.

Хаммарлунд стер влагу с лица.

— Пресса уже тут?

— Еще нет, — ответил Нильсон.

— Это лишь вопрос времени, — сказал Хаммарлунд. — Когда явятся, пошлите их ко мне.

— Слушаюсь, — ответил Нильсон.

Хильмер полз по мокрой траве. Он замерз и весь дрожал. И он шептал о том, как он тоскует по Эллен. Где ему найти Эллен? Пожалуйста, отведите его к Эллен!

Но никто не слышал его и не видел, потому что Хильмер был невидимый.

Как и его тоска.

Как и его жизнь.

Гнилые осенние листья во рту.

Форс перегнулся через ленту, натянутую вокруг компостной кучи, взял коричневый лист и понюхал его. Дождь усилился. Женщина в белом плаще подошла к Хаммарлунду, указала рукой в сторону леса и подняла воротник.

— Может, лось? — сказал Хаммарлунд.

Форс сгреб пригоршню листьев и положил ее в карман брюк.

— Стенберг и Юхансон тут уже все осмотрели?

— Конечно, — ответил Нильсон, — они даже взяли кусок скамейки на экспертизу.

И Нильсон показал на прикрытую полиэтиленом скамейку.

— Они оба здесь были?

— Оба. Седерстрем с собакой в лесу. У парня не было ботинка, когда мы нашли его. Седерстрем отправился его искать.

Форс подумал, что уже увидел тут все что надо.

— Мы поедем в участок.

Он повернулся к женщине в белом плаще. Ее звали Гунилла Стремхольм, и она только что окончила школу полиции.

— Когда появятся журналисты, посылайте их прямо к Хаммарлунду. И ни слова. Если они захотят пробраться за ограждение, пугайте их злыми собаками. Понятно?

Стремхольм кивнула.

— К обеду Нильсон пришлет кого-нибудь вам на смену.

Стремхольм снова кивнула. Форс заметил, что она дрожит от холода.

— Мы ушли, — сказал он.

И Хаммарлунд, Нильсон и Форс отправились обратно к машинам. Дождь вновь усилился.

Закутанные в плащи Стенберг и Юхансон сидели в автобусе. Они передавали друг другу термос. Из-за сильного дождя с улицы их было практически не видно.

Хаммарлунд отдал Нильсону сапоги и сел за руль. Вереница машин двинулась к шоссе. По дороге они встретили светло-голубой «опель» с надписью «Пресса». За рулем сидела Анника Боге в ярко-желтой зюйдвестке.

В участке все собрались в кабинете Нильсона. Стульев на всех не хватило. Хаммарлунд устроился у стены. Никто не снял головных уборов. Из города прибыл еще один полицейский. Мартинсон, почти два метра ростом. С ним приехал его коллега Сван.