Популярность. Дневник подростка-изгоя - Майя ван Вейдженен

и…

• Одним особенно удачным днем – упакованную в пластик пачку марихуаны.

Пляж простирается вплоть до самого устья Рио-Гранде, и по мелководью отсюда можно добраться до самого Мехико. Именно по этой причине нам приходится проходить таможенный досмотр. Вылазки нашей семьи на пляж сопровождаются ищейками и страшными федеральными полицейскими с вопросом «Не возражаете, если мы проверим ваш багажник, мадам?» Хотя чаще всего их просто интересует твое гражданство. Каждый раз, когда мы приезжаем сюда, мы играем в нашу фирменную дорожную игру, которая называется «Как нельзя отвечать на вопрос, являетесь ли вы гражданином США».

Я, Наталия и Броди на Бока-Чика-Бич и найденная нами половина лодки

• Que?

• Взываю к Пятой поправке Конституции.

• А какой правильный ответ?

• Вопрос в том, являетесь ли вы?

И…

• Я-то да, насчет детишек в багажнике не уверен.

Четверг, 29 декабря

Вчера на пляже я обгорела. После месяца тщательных умываний, нежирной диеты и закрытых кубиками льда пор (которыми я до онемения отмораживала себе щеки) – ничто не помогло – оказалось, что солнце выжгло все прыщи с моего лица. Теперь у меня идеальная кожа. Не считая, разумеется, покраснения и шелушения.

Не та ли это «активная жизнь на свежем воздухе», о которой говорила Бетти? Вынуждена признать, это несколько болезненно.

Суббота, 31 декабря

Это последний день месяца, и что особенно важно, последний день уходящего года. Мы все направляемся в гости к Монтеро. Мистер Монтеро приготовил суши и даже сделал вегетарианские специально для меня. Из макияжа на мне – пудра, помада и вазелин. В начале месяца все это казалось мне маской. Теперь это просто я. Это стало частью моей внешности. Я уже не вздрагиваю, когда вижу свое отражение.

Вечер перетекает в ночь, пока я сижу на диване у них дома и делаю уроки. Мама уехала пораньше с Наталией, которая не выдержит шума фейерверков. Когда я заканчиваю задание на каникулы по алгебре, в комнату входит Итан со своими родителями.

Он улыбается мне, очевидно не вспоминая (или игнорируя) казус с историей про дикобраза. Я улыбаюсь в ответ, надеясь выглядеть собранно и нормально. Мы немного разговариваем, и он учит меня и других ребят играть в карты. Он совершенно необыкновенный.

Наконец приходит пора идти на улицу и запускать фейерверки.

Небо оранжево-серое от дыма. Папа становится рядом со мной, кто-то начинает обратный отсчет.

– Десять!

Я одолела макияж, и все еще непопулярна.

– Девять!

Краска на моем лице едва ли вообще была замечена (разве что Кензи).

– Восемь!

Но мне кажется, произошла более значительная перемена.

– Семь!

Я как будто стала меньше бояться.

– Шесть!

Я принимаю решение быть увереннее в себе.

– Пять!

Я стану популярной!

– Четыре!

И ничего страшного, если по пути буду натыкаться на кочки.

– Три!

Потому что я удержу равновесие и не сдамся.

– Два!

И что бы я ни делала, это будет грандиозно!

– ОДИН!

Все парочки на празднике начинают целоваться. Папа притягивает меня к себе и крепко обнимает. Тайком я наблюдаю за мистером и миссис Монтеро и думаю, что если когда-нибудь буду целоваться, как они, папа лопнет от негодования, и никакой тебе больше помады, не успеешь ты сказать: «Популярность, вот она я!»

Фейерверки разрываются в темноте, и выстрелы отдаются раскатами эха в ночи.

С Новым Годом, Бетти!