Студентка на перевоспитание - Ольга Соул

— Что же там произошло?

На странице блогерши не обнаружила ничего интересного, кроме недавнего прямого эфира, но было лень смотреть её долгий трёп о себе любимой. Кто она, я знаю хорошо, но захожу к ней крайне редко. «Заносчивая скандалистка!» (Ну, а я же, конечно, совсем не такая). Недавно Мединина развелась с мужем, раздув из этого огромную трагедию на весь интернет.

— Тихомиров представляет интересы таких личностей? Да ну!

Не заметила, как провалилась в сон, а с утра снова вернулась к этой теме.

— Если мне интересно, то пойду и узнаю у Тихомирова, является ли он адвокатом Вероники.

Не знаю, зачем мне эта информация, но хочется — хуже, чем болит. Кроме того, не я положила начало спонтанным визитам. Поделилась с Арисом куриным паштетом, одела костюм горчичного цвета и понеслась в «Тихомиров и Ко», позабыв, что совсем недавно меня критиковали за яркую неуместную одежду.

В приёмной встретила Эля:

— Доброе утро! Максим Эдуардович не говорил, что вы сегодня должны прийти.

— Здравствуйте! Я не собиралась, но тут такое дело…

— Он сейчас занят, к сожалению…

— А я не могу ждать — у меня Аристотель там один.

Ассистентка вытаращила на меня глаза, а я тем временем уже почти дошла к кабинету.

— Постойте!

— Эля, если он наделал дел на ковёр или мне в тапки, это будет на вашей совести. Оно вам надо?

И пока девушка пыталась хоть что-то понять, я постучала и вошла к Тихомирову.

— Александра? — он отложил бумаги в сторону, — не ожидал вас снова увидеть у себя.

— Как вы вчера сказали: «так получилось».

— Аристотель обжился?

— Вполне. Ест, спит, а позже к доктору пойдём проверяться.

— Если что-то будет нужно, можете ко мне обращаться.

— Очень мило с вашей стороны.

Я ожидала, что мужчина сейчас скажет, что вчерашний визит на моё выступление был ошибкой, или отведет взгляд, но ничего подобного не произошло.

— И что же вас сегодня сюда привело?

— Любопытство победило мой кактусизм*

«Именно любопытство», — мысленно повторила пару раз, чтобы не упрекнуть себя в повторной встрече с преподавателем в несоответствующей обстановке.

— Кактусизм?

Я слегка улыбнулась и сдвинула плечами.

— Люблю выдумывать слова.

— Замечательно! Но я всё ещё не могу вас понять.

Собравшись спросить в лоб о Медининой, вдруг произнесла совсем другое:

— Ваше предложение, касаемо стажировки, ещё в силе?

— Д-да. Конечно.

Если бы мой мозг можно было сейчас подсоединить к монитору, на нем, несомненно, появились бы огромные красные буквы: «Системная ошибка! Перезагрузите Яблонскую!» Я даже незаметно ущипнула себя за ладонь, чтобы понять, что я действительно собираюсь связаться с адвокатской конторой.

— Вы меня сегодня удивляете. Но это даже к лучшему, у нас сейчас много работы, Эле не помешает помощь с бумагами. Вы только на втором курсе и полноценно работать не можете, поэтому будете делать то, что пригодиться вам в учёбе. Уверен, быстро освоитесь.

— Есть громкие дела? — зашла издалека.

— Такие громкие, что одно из них весь инстаграм обсуждает.

— Я сижу в инстаграме, но не в курсе.

— К счастью, это не конфиденциальная информация: Вероника Мединина уже сама всё, что только можно, опубликовала в сети. Она подала иск против «Империи красоты».

Шестерёнки в голове прокрутились, и всё стало на свои места. «Нужно было пост прочитать весь, и я тоже деражала бы руку на пульсе событий», — подумала с досадой.

— Сыпь на лице вызвана продукцией «Империи красоты»?

Он сделал пару глотков кофе, прежде чем ответить:

— Вы, кажется, видели уже. Она утверждает, что виновник — увлажняющий крем.

— Блин блинский! Я ведь тоже им пользуюсь.

А потом я задумалась, что покупаю уже вторую баночку и никакой реакции крем у меня не вызвал, да и вообще об этой марке плохих отзывов я не слышала.

— Максим Эдуардович, а можно мне тоже вести это дело?

Тихомиров побледнел, словно увидел привидение.

— Исключено!

— Моё чутьё мне подсказывает, что я смогу помочь. Я знакома с косметикой «Империи красоты» и как заядлая инстаграмщица, нарою на Мединину такое, что вам и не снилось.

— Александра, какое чутьё? Вы — не адвокат, а студентка, которая десятой дорогой обходит здание юридического университета. Учитесь, а потом о делах думайте.

«Он прав. Что вообще со мной происходит?» Но чувство, что я пришла в нужное время по нужному адресу, распирало изнутри.

— Ну, пожалуйста, Максим Эдуардович. Я не буду косячить.

Может, мне показалось, но его взгляд стал мягче.

— Вдруг это шанс изменить моё отношение к профессии юриста, — сказала в шутку.

— Эх, во что вы меня втягиваете… Хорошо, на свой страх и риск я позволю вам помогать и в этом деле, но пообещайте, что вы будете держать язык за зубами и делать только то, что я скажу. Обещаете?

— Обещаю! — крикнула радостно, до сих пор не понимая, как такое возможно.

— Завтра после пар жду вас.

Впервые мужчина выглядел таким растерянным.

— Ну, если мы теперь — одна команда, то зовите меня просто Сашей, — поднялась и протянула руку.

Он пожал её со словами:

— Макс. И можно на «ты», только за пределами университета.

— Идёт!

Пятая точка подсказывала, что намечается что-то интересное.

*кактусизм (автр. от слова «кактус») — вредность, совокупность отрицательных черт характера.

Сашка-2

Я уже успела познакомиться с некоторыми адвокатами «Тихомиров и Ко», а также хорошо пообщаться с Элей. Узнала, что она в прошлом году окончила государственный университет с отличием, владеет в совершенстве английским и французским, да и вообще очень милая девушка. Максим Эдуардович пока взял её в качестве ассистентки, но если так пойдет дальше, то вскоре получит первое самостоятельное дело. Пока она рассказывала о нюансах подготовки судебного иска, я любовалась её внешностью. Эле в модели нужно, а не в адвокаты: высокая, стройная, с большими голубыми глазами и фарфорово-белой кожей. «Интересно, при выборе ассистента Тихомиров обращал внимание только на профессиональные качества?» — я быстро отогнала от себя эту мысль.

Мой преподаватель (или как теперь его вообще называть?) вернулся ближе к обеду с деловой встречи в приподнятом настроении.