Студентка на перевоспитание - Ольга Соул

— Пришли болеть за свою? — послышалось рядом.

Я повернулся к женщине с огромными накладными ресницами и уклончиво ответил:

— Можно и так сказать.

— Ой, эти танцы. Я в детстве хотела на фигурное катание ходить, но не успевала совмещать с остальными занятиями. А Леночку свекровь не позволила отдать. Говорит, что травмоопасно.

— Зато красиво.

Я пытался высмотреть Сашу где-то у сцены, но не получалось. Женщина с «опахалами» не умолкала:

— Костюмы такие дорогие. Обдираловка просто! Я им говорю, что дочке у кумы закажу на пошив, но тренер не разрешила. Только ихние можно.

Наконец-то, когда выступления коллективов начались, она потеряла ко мне интерес. «Неплохо было бы ещё знать, как называется коллектив Яблонской».

Я читал договор, листал инстаграм и даже чуть не заснул, пока длился конкурс. Уже ближе к концу ведущая объявила танец вне программы от руководителя «Светлячков» Александры. Заиграла спокойная песня и появилась она: в белом струящемся платье, густые чёрные волосы были собраны в высокую причёску. Пелось о любви на французском. Саша, такая хрупкая и пластичная, порхала по сцене, удивляя зрителя великолепной растяжкой. Я засмотрелся. Впервые в жизни что-то связанное с искусством меня так сильно пробрало. Зал взорвался аплодисментами, но я даже не сразу понял, что номер закончился. Теперь оставалось дождаться результатов и подойти к ней, чтобы сказать, что она очень талантлива.

«Светлячки» заняли почётное второе место. Детишки бросились обнимать Сашу, а родители благодарить за проделанную работу. Я окликнул её уже на улице:

— Александра, подождите!

Она остановилась, не веря своим глазам.

— Что вы здесь делаете?

Фраза стояла комом в горле, но я сказал правду:

— Я пришёл посмотреть на ваше выступление.

— Вы слышали разговор с мамой, да?

— Простите, так получилось. Я собирался извиниться за критику вашего стиля, а получилось, что подслушал.

В воздухе повисло неловкое молчания, но Яблонская нарушила его первой:

— И как вам?

— Очень красиво. Правда.

— Спасибо.

Она опустила глаза.

— А давайте я вас подвезу, раз уже здесь.

— Не стоит, я на такси поеду.

— Не отказывайте. Время уже позднее, а так я буду знать, что с моей студенткой ничего не случится.

— Ну, ладно.

Я открыл ей дверь машины, а сам подумал: «Вот дурак. Зачем я подчеркнул статус наших взаимоотношений словом «студентка»? И так странная ситуация складывается». Этот вечер выдался сильно сумбурным, поскольку я не мог контролировать ни слова, ни эмоции. Такого уже давно не случалось, контроль себя превратился в профессиональную деформацию.

Полпути мы ехали в тишине, но потом Саша снова спасла ситуацию рассказом о том, как она рада за своих учениц и как они долго готовились к этим соревнованиям.

— Остановите здесь, чтобы не крутиться дворами. Я за минуту добегу, — попросила, когда на горизонте показалась её многоэтажка.

Машина остановилась у кустарников (каких именно в темноте разобрать не удалось). Саша вышла, и я зачем-то последовал за ней. Странное волнение не покидало, словно я возвратился в школьные годы и провожаю одноклассницу до подъезда.

— Спасибо, что пришли, Максим Эдуардович. Неожиданно очень.

— Я и сам не ожидал, что нагрянет такая идея. Замечательный вечер — я давно не посещал подобного рода мероприятия.

Вдруг в кустах что-то зашевелилось.

— Господи! Что это?! — девушка буквально подпрыгнула на месте.

Я полез в заросли и достал оттуда до ужаса грязного щенка дворняги.

— Кто это тут у нас? — спросил, разглядывая животное в свете фонаря.

— Можно мне?

Саша протянула руки, и я передал ей находку. Щенок уткнулся носом ей в пиджак, перестав скулить.

— Кажется, вы ему понравились. Что теперь делать с малышом?

— Я себе заберу. Давно хотела завести собаку, — серьёзно заявила. — Вот уроды! Я бы всех пересажала, кто выбрасывает и издивается над животными. Жестокость — это преступление!

Я посмотрел на Александру совсем другими глазами: на самом деле она оказалась довольно чутким человеком.

— Закон — разум, свободный от страстей*. Но в этом случае я с вами полностью солидарен.

— Вы что, смотрели «Блондинку в законе»*? — она звонко засмеялась.

— Это что?

— Американская комедия, в которой я слышала подобную цитату. Очень любила смотреть этот фильм в детстве.

— Я не смотрел «Блондинку», но уважаю мнение Аристотеля.

Саша снова засмеялась, а комочек издал что-то наподобие гавканья.

— Пойду отмывать и кормить.

— Удачи! Ещё и над именем нужно подумать.

Сделав пару шагов в сторону дома, она остановилась.

— А что, если я назову его Аристотелем? Надеюсь, это мальчик.

— Вы серьезно собираетесь назвать щенка именем древнегреческого мыслителя?

— А почему бы и нет?

— Звучит благородно. Мне нравится, — не смог сдержать улыбки.

— Доброй ночи, Максим Эдуардович.

— Взаимно, Александра.

Вот так сразу сесть в машину и уехать я не смог, смотрел вслед, пока она не скрылась за поворотом.

*Аристотель — древнегреческий учёный и философ.

* «Блондинка в законе» (англ. Legally Blonde) 2001 г.

Сашка

— Кушай, кушай, Аристотель. Вот сходим к ветеринару, сделаем нужные прививки, и вырастем большим красивым псом.

Щенок хлебал молоко из миски, умудряясь проливать его на пол. После водных процедур, он уснул на пледе в углу моей комнаты. А вот мне не спалось — мысли как с конвейера неслись в голове. «Какое дело преподавателю до моей нескромной персоны вне универа?» Мне казалось, что я его раздражаю, да и я собиралась держаться от него подальше. «Не может быть у нас никаких точек соприкосновения!» Не может, но такая точка появилась. В этот вечер Тихомиров стал связью между миром, в который я бегу, и тем, где я реально существую.

Чтобы отвлечься, полезла в социальные сети: посмотрела несколько видео, прокомментировала новый пост Егора, а потом наткнулась на фотографию Вероники Медининой. Девушка с лицом, покрытым красными пятнами, судя по всему, лежала в больнице.

— Ого! Ничего себе!

«За красоту нужно платить, и цена очень велика…», — далее она накатала много текста.

Вдруг вспомнился разговор Максима Эдуардовича по телефону, где всплывала фамилия Медининой.