Сезон воронов - Соня Мармен

Дверь распахнулась, и в комнату вошел Бредалбэйн. Он был один. О том, что Марион в Перте, ему сообщил ее отец. Две недели девушке удавалось избежать встречи с лэрдом Гленлайона и соотечественниками, которые могли ее узнать. Однако она понимала, что встреча с отцом неизбежна. И этот день наконец настал.

Она как раз набирала в колодце воду, чтобы сварить утреннюю порцию каши, и наклонилась поднять с земли второе ведро, оставленное в сторонке, когда взгляд ее упал на знакомые башмаки. Подняв глаза, она увидела отца. Лицо его было спокойно, но бледность, которую только подчеркивали рыжеватые волосы, говорила о многом. Отец схватил ее за руку и увел за собой в тихое место, где можно было не опасаться любопытных ушей.

– Объяснись немедленно, Марион! – прикрикнул он на дочь, выпуская ее руку.

– Я помогаю в лагере! Я не смогла уехать, зная, что нашим людям понадобится забота и поддержка после боя.

Лэрд Гленлайона внимательно посмотрел на дочь, но ее оправдания показались ему вполне приемлемыми. Однако гнев его не утих.

– Я бы предпочел, чтобы ты сообщала мне о своих планах! Я – твой отец, не забывай об этом. А я-то считал, что ты в безопасности, в Честхилле! Признай, тут есть из-за чего расстроиться!

– Я просто не успела предупредить тебя до начала сражения, – соврала Марион. – А потом было столько раненых, за которыми нужно было ухаживать… что я просто об этом забыла.

– Марион Кэмпбелл! – Джон Гленлайон покачал головой. – Разве мало мне забот с нашими долгами? А ты упорно добавляешь мне новые! И как раз тогда, когда твой брат пропал!

– Мой брат? Неужели Дэвид сбежал домой?

– Я говорю о твоем брате Джоне. Он не явился в лагерь в утро перед битвой и не приехал до сих пор. Я решил было, что проблемы с мельницей серьезнее, чем я рассчитывал, но приехал мой человек из Честхилла и сказал, что там все разрешилось за несколько дней до сражения. И теперь я не знаю, что и думать! Придется поехать в Гленлайон и выяснить, что же на самом деле случилось с Джоном.

Выходит, Джон пропал в тот самый вечер, когда она передала ему изобличающий якобитов документ. Но что с ним могло случиться?

Замогильный голос Бредалбэйна вернул ее к действительности.

– Мисс Кэмпбелл, что вы можете сказать в свое оправдание?

Маленькие злобные глазки смотрели на нее так холодно, что Марион даже поежилась.

– Вы понимаете, в какое положение поставили нас своим непослушанием?

Она медленно кивнула.

– Что вы сделали с документом, который я вам доверил? Ведь, судя по всему, вы так и не поехали в Финлариг?

В голосе его появились свистящие нотки. По тому, как сжались и побелели тонкие губы старика, девушка поняла, какого труда ему стоило сдерживать свой гнев. Положение и вправду сложилось катастрофическое. И Джон, от которого больше двух недель не было вестей… Да, сейчас не время врать и изворачиваться.

– Я отдала его моему брату Джону. Он должен был отвезти его в Финлариг, а потом, еще до рассвета, вернуться в лагерь. В день битвы…

Старый граф с такой силой ударил тростью по паркету, что Марион вздрогнула. Бредалбэйн выругался сквозь зубы. Гнев его не утих, а наоборот, только усилился.

– Вы нарушили мой приказ! Вот глупая девчонка! Этот бездельник Джон не явился ни в замок, ни в лагерь! Может статься, вам известно место, где он отсиживается?

– Отсиживается? Неужели вы думаете, что он забрал документ и сбежал с ним? А вам не приходило в голову, что на него могли напасть по дороге и даже убить?

Сардонический смех эхом прокатился по комнате, и у Марион мороз пошел по коже.

– У Кэмпбеллов из Гленлайона глупость передается по наследству! – насмешливо заявил старик. – Нет, я полагаю, ваш брат жив и здоров. Просто он спрятался, чтобы не участвовать в сражении.

Марион поджала губы, но отвечать на колкость не стала. Бредалбэйн, прихрамывая, подошел к креслу и сел, поморщившись от боли. Декабрьские холода принесли с собой острую боль в суставах, поэтому двигаться ему становилось день ото дня труднее. Дрожащей рукой он достал из кармана шерстяной клетчатой куртки крошечную табакерку, открыл ее и отсыпал на тыльную сторону кисти щепоть нюхательного табаку.

– Документ нужно разыскать, Марион.

Сказано это было тоном, не допускающим возражений, и Марион предпочла промолчать. Старик зажал себе одну ноздрю, а другой вдохнул черный порошок.

– Он не должен оказаться в руках роялистов. Наше счастье, если они его еще не заполучили.

Его лицо вдруг сморщилось, и все тело содрогнулось в приступе ужасного кашля. Марион сжалилась над стариком и поднесла ему стакан воды.

– Чего вы хотите от меня? – спросила она, едва лишь он отдышался.

Старый граф вытер слезящиеся глаза носовым платком, обшитым тончайшим валенсийским кружевом.

– Я хочу, чтобы вы исправили свою ошибку, мисс. Пока только я один знаю, что документ пропал. Надеюсь, мне не придется затрагивать эту тему в беседе с графом Маром. Вы меня понимаете?

– Но как вы хотите, чтобы я разыскала брата? Он ведь может быть где угодно! Может, даже на дне озера!

– Он наверняка не поехал на юг, поскольку в тамошних землях полно солдат-роялистов. Обыщите весь Хайленд! Я отправлю с вами Макгрегоров и их людей. Они хорошо знают край и будут вам охраной.

Марион состроила недовольную гримаску, которая не укрылась от взгляда Бредалбэйна. Старый граф насмешливо улыбнулся.

– Есть в мире вещи куда менее приятные, чем кататься на лошадях по Хайленду в компании бандитов Макгрегоров, сударыня! Подумайте лучше о людях, чьи имена упомянуты в этом документе. Их жизни теперь висят на волоске.

Марион вдруг снова стало жарко. И правда, все эти люди ради правого дела рисковали всем – имуществом, титулами и даже жизнью. Она закусила губу. И это из-за нее все они могут в недалеком будущем поцеловаться с Вдовой![66]Пухлощекое лицо графа Стретмора, улыбчивое и любезное, возникло у нее перед глазами.

– Имя Стретмора тоже в этом документе?

Бредалбэйн посмотрел на нее с удивлением.

– Как, вы еще не знаете?

– Что именно?

– Стретмор погиб в бою.

Марион не сразу поняла суть сказанного.

– О! – выдохнула она, думая только о том, чтобы не выдать чувства облегчения. – Такой молодой…

– Ваше огорчение вполне понятно. Но не тревожьтесь, я подыщу вам нового жениха, не хуже.

Он наморщил лоб и постучал по нижней губе худым узловатым пальцем.

– Кстати, как поживает молодой Макдональд? – спросил он не без сарказма.

– Который из них? Дункан?