Референт - Полина Грекова

— Оставьте, я занесу.

— Он просил, чтобы я принесла их лично.

— Хорошо. — Секретарша нажала на кнопку селекторной связи. — Матвей Ильич?

— Да, — ответил тот вальяжным голосом.

— К вам Лариса Сергеевна подписать бумаги.

— Пусть заходит, — приказал Матвей.

— Проходите, — сказала секретарша.

— Я поняла, — фыркнула Лариса и направилась в кабинет.

Матвей, развалившись в кресле, курил сигару. Лариса вошла в кабинет и остановилась посередине кабинета, чтобы Матвей как следует разглядел ее. Реакция Головина убедила Ларису, что все сделано правильно. Он открыл рот и едва не выронил из руки сигару.

— Здесь пара документов, подпишете? — спросила Лариса, едва ли не мурлыкая.

— Потрясно выглядишь, — пробормотал Матвей и тут же, спохватившись, добавил: — Очень красиво.

— У меня документы.

— Давайте их сюда.

Лариса протянула бумаги Матвею, и он размашисто чиркнул в них, даже не удосужившись прочесть.

— Вы посмотрели в свою записную книжку? — спросил он у Ларисы, возвращая документы. — Есть время поговорить о делах в каком-нибудь ресторане?

Лариса как заправская актриса выдержала паузу, потом кивнула:

— Да.

— Отлично. Давайте в шесть?

— У меня рабочий день заканчивается в шесть.

— Какая разница, когда он заканчивается. Я президент, я могу отпустить тебя, когда хочешь.

— Замечательно, — мурлыкнула Лариса. — Тогда в шесть.

Она вышла из кабинета, покачивая бедрами.

— Вот это баба! Мама дорогая! — охнул Матвей. — Вот это да!

— Ну и идиот, — проворчала Лариса, направляясь к себе в кабинет.

Анне не хотелось просыпаться. Ей снился потрясающий сон, в котором она, Павел и Наташка поднимались вверх по высокому, покрытому ярко-зеленой травой холму навстречу яркому солнцу. Солнце было живым. Оно ласкало их лица, согревало своим теплом. Мир был прекрасен, как в доброй волшебной сказке. Наташка смеялась и называла Павла папой. Все были счастливы.

Анна открыла глаза. Павла рядом не было. Сердце ухнуло и опустилось в пустоту.

— Паша!

— Я здесь, Анюта, — послышался голос из кухни. Дышать сразу стало легче.

Павел заглянул в спальню. В одной руке он держал нож, в другой батон хлеба.

— Я готовлю завтрак. Вставай, соня.

Анна улыбнулась:

— Я видела тебя во сне.

— Хороший сон?

— Очень.

— Тогда поднимайся.

— Ладно.

Павел вернулся к своему занятию. Анна потянулась и вылезла из-под одеяла. Надела шелковый халат светло-зеленого цвета и вошла в кухню.

Павел постарался от души. Пожарил яичницу с помидорами. Сделал тосты с сыром и ветчиной. Свежевыжатый апельсиновый сок желтел в стаканах, на плите варился кофе. Все было изящно сервировано.

Павел стоял возле стола, сияя, как рождественская елка.

— Ой, Паша, как красиво! Как все вкусно выглядит!

— Нравится?

— Конечно. Ты молодчина.

— Садись.

Анна присела за стол.

— А где Наташка?

Павел моментально помрачнел.

— Она ушла гулять с няней. Не захотела со мной говорить. Даже не смотрела на меня.

— Паша, все образуется, поверь мне. Она умная девочка. Она все поймет.

— Я на это надеюсь. Давай завтракать?

— Давай.

— Приятного аппетита.

Ровно в половине седьмого Лариса с Матвеем сидели за одним из столиков респектабельного «Черчилл паба», за окном которого нескончаемым потоком неслись машины, оставляя следы колес на Ленинградском шоссе. В баре царил полумрак, за соседним столиком разговаривали на английском.

Лариса заказала самые дорогие блюда из предлагаемых меню. Почему бы не совместить приятное с полезным? — решила она. Сытный и вкусный ужин не повлияет на цель ее свидания с новым президентом.

Пока Лариса дожидалась заказа, Головин осыпал ее восторженными комплиментами:

— Ты супер, вообще! Всех этих малолеток за пояс заткнешь.

— Спасибо, спасибо.

Заказ принесли. Лариса не сразу решилась отведать экзотическое блюдо, которое поставили перед ней. Потом оно ей показалось очень вкусным. Теперь, на сытый желудок, она рискнула закинуть первую удочку.

— Знаете, Матвей, я вами восторгаюсь.

— Здорово! Я тоже тобой восторгаюсь. Только давай на «ты», не на работе же.

— Хорошо.

— А что это ты мной восторгаешься?

— Ты такой молодой и стал президентом очень большой компании.

— А, это! Да, круто. У моего папашки чуть крыша от радости не съехала. Обещал «мерс» подарить.

— Хорошая новость! — Лариса попыталась подстроиться под манеру разговора парня. — Шестисотый?

— А то!

— Это просто здорово!

— Скоро покатаемся. Слушай, давай я тебя со своими друзьями познакомлю?

— Не так быстро, ладно?

— Как скажешь. Не буду тебя торопить. У них от зависти глаза лопнут, точно тебе говорю.

— Ничего себе. Слушай, а как ты обошел всех этих стариков, а? Почему выбрали тебя, а не кого-то из них?

— Я гений.

— В этом я не сомневаюсь. А тебе никто не помогал?

Матвей пристально посмотрел на Ларису:

— А что?

— Ничего. Просто я удивляюсь. Понимаешь, это же редкий случай, когда компанию доверяют такому молодому человеку. Но ты просто молодчина. Знаешь, какое впечатление произвела твоя речь на собрании? Все только об этом и говорили.

— Честно?

— А то. Все только и говорили, что Нестеров тебе и в подметки не годится.

— Вот это да!

— А что ты думаешь делать дальше? Будешь проводить какие-нибудь изменения?

— Не знаю. Мы пока еще это не обсуждали.

— С кем не обсуждали?

— Да ни с кем. Слушай, не хочу я думать об этой работе сейчас. Со мной такая красотка сидит, не хочу я думать о делах. Давай после ресторана ко мне поедем?

Лариса не ответила.

— Серьезно. У меня квартира на Большой Ордынке. Я недавно только переехал. Надоело с родичами жить. Там кровать, как аэродром.

— Как интересно, — задумчиво произнесла Лариса.