Референт - Полина Грекова

Анна повернулась к нему.

— Сегодня я беседовал со следователем, который арестовал Павла Андреевича и который делал обыск у вас на фирме. Он сообщил, что с бумагами все в порядке.

— Хорошая новость. Но я была уверена, что так и будет.

— Все правильно. Теперь все козыри у нас в руках. Мы можем опротестовать снятие Павла Андреевича с должности.

— Не так быстро, — сказал Павел.

— Почему? — удивилась Анна.

— Потому что президентом выбрали Головина. Аня, я ведь еще тогда наводил о нем справки. Он сам ни на что не способен. За него все делал его папочка. Отличный мужик, кстати говоря, а сын оболтус и бестолочь, каких мало. Он бы не только не получил эту должность, он бы даже не додумался, что ее можно получить. Сам. Кто-то стоит за его спиной. Он просто подставное лицо. Я в этом уверен. Кто-то ведь организовал анонимки акционерам, скачки котировок на бирже, напустил на нас налоговиков. Этот кто-то так просто не сдастся. Понимаете?

— У вас есть предположения, кто бы это мог быть? — спросил Леонид.

— Есть, — кивнул Павел. — Но пока я помолчу. Аня, очень вкусный суп. Спасибо тебе.

— Да, Анна Николаевна, очень вкусно.

Дмитраков выглядел серым и унылым. Он не улыбался. Сосредоточенно курил сигарету за сигаретой, разглядывая документы. Дочитав до конца листа, он смял бумагу и в ярости бросил ее на пол. Схватил телефонную трубку, набрал номер:

— Алло… Это Дмитраков. Объявить розыск Осокина. Да!.. Достаньте мне его хоть из-под земли, поняли?!

Он бросил трубку на телефон так, что тот едва не треснул.

— Сукин сын, — прошипел Дмитраков, — попку дурака из меня решил сделать. Но я тебе покажу, как со мной шутки шутить. Я тебе покажу.

Вечер Матвей провел замечательно. Он решил не ехать сразу к Олегу, как они договорились, а погулять со своими друзьями. Компанией, человек пятнадцать, они завалились в широко распахнутые двери ночного клуба «Метелица», и Матвей потратил кучу денег, угощая друзей выпивкой. Напрасно Олег пытался дозвониться ему на мобильный, проклиная час, когда решил связаться с этим недоумком. В этот вечер они не встретились.

Леонид поблагодарил Анну за ужин, попрощался.

Анна и Павел остались наедине, и она уже собралась рассказать, что случилось с Наташкой, но в дверь позвонили.

— Няня откроет, — сказала Анна.

Она не хотела покидать объятий Павла. Однако через несколько секунд услышала голос Лариски:

— А где Аня?

— Анна Николаевна, — позвала няня, — к вам пришли.

Анна и Павел улыбнулись друг другу.

— Придется пойти, — сказал Павел.

— Я постараюсь быстрее с ней распрощаться и приду к тебе.

— Неудобно, — сказал Павел. — Пойду поздороваюсь с ней.

Анна и Павел вышли из спальни. Перед ними были Лариска и Галина с тортом и шампанским.

— Простите, мы помешали, — сказала Галина.

— Нет, что вы, — возразил Павел.

— С возвращением! — прокричала Лариска и чмокнула Павла в щеку.

Они прошли на кухню. Анна принесла фужеры на высоких ножках, в которые Павел разлил искрящееся шампанское. Они выпили за то, что хорошо кончается. За Павла и за Анну.

— Что будем делать, ребята? — спросила Галина.

— Он какой-то странный, этот Матвей, — сказала Лариса слегка заплетающимся языком. Шампанское на нее подействовало мгновенно.

— В смысле? — уточнила Галина.

— В смысле странный, и все. Как будто у него не все дома.

— Так оно и есть, — подтвердил Павел.

— Да? Вот мне не повезло. Он, кажется, на меня глаз положил. Представляете? На свидание пригласил.

— Серьезно? — спросила Галина.

— Да. Оставил после собрания. Видели бы вы его, когда он говорил! Как Путин на инаугурации. От важности чуть не лопнул. Вот. А потом говорит, пошли в ресторан, поговорим о работе. Знаю я эти разговоры о работе.

— Это то, что нужно, Лариска. Мы можем это использовать, — тут же сообразила Галина.

— Что использовать? — не поняла Лариса.

— То, что ты ему понравилась.

— Нет, — сказал Павел. — Мы никого использовать не будем.

— Павел Андреевич, — возразила Галина. — Лариса — классный разведчик. Она войдет в доверие к этому Головину и попробует у него выведать, что к чему.

— Нет, — сказал Павел. — Лариса, вам не надо этого делать. Просто работайте, и все. Мы во всем разберемся без принесения человеческих жертв.

— Павел, — сказала Лариса, — я не буду там работать просто, чтобы работать. У меня все эти аферы, вся эта грязь уже в печенках сидит. Галина говорит правильно, и если уж я ему понравилась, я эту возможность просто так не провороню. Я вытрясу из этого зажравшегося молокососа все кишки.

— Лариса, я не хочу, чтобы вы потом об этом жалели, — покачал головой Павел.

— Знаете, я уже столько глупостей в своей жизни понаделала, что одной больше, одной меньше — погода не изменится. Хочу хоть раз пользу людям принести, а не одни несчастья.

— Лариска, не наговаривай на себя, — сказала Анна. — Если бы не ты, не знаю, что бы со мной было.

— Ага, я просто мать Тереза. Короче, так: если этот сопляк завтра не забудет, что обещал, пойду с ним на свидание. И пусть только не расколется.

Уже ночью, когда Лариска и Галина ушли, когда нянечка уложила Наташку спать, Анна рассказала Павлу, что Наташка знает, кто ее отец.

— Нужно было подождать. Как ей в это поверить?

— Паша, а если она никогда меня не простит, а тебя не примет?

— Аня, я не хочу об этом говорить и даже думать. Единственное, что еще дает мне силы бороться, — это ты и моя дочь. Я знаю, что все будет хорошо. Я в этом уверен.

Анна прижалась к плечу Павла. Такому родному, такому любимому…