Только ты и я - Джил Мансел

— Черт, что это? — По спальне пронесся воющий звук, и Паркер, резко проснувшись, сел и прижал к груди руку.

Еще не хватало, чтобы у любви всей ее жизни случился инфаркт.

— Все в порядке. Извини, пожалуйста, это мой телефон.

Схватив с тумбочки мобильный, Кей поразилась собственной глупости, когда разрешила дочери поставить ей новый рингтон. Она просила что-нибудь нежное, Лу же выбрала звон металла, бой барабанов и вопль «Оооответь мнееее!» во всю силу легких.

— Кей?

— Кто это? — Кей нахмурилась, не узнав голос.

— Кей, золотце, это Мейси!

Мейси Вентура, одна из актрис, которая вместе с ней снималась в «Над радугой». Застонав, Кей упала на подушку. Мейси, побывавшая замужем пять раз, не удосужилась вспомнить о разнице во времени и звонит, чтобы попотчевать ее историями о своей непредсказуемой, головокружительной, как езда на «американских горках», богатой событиями личной жизни.

— Мейси, уже час ночи. Здесь все спят. — Кей погладила Паркера по руке.

Мейси, которая никогда не была обременена совестью, заорала:

— Да забудь ты об этом! Отгадай, что у меня в руке?

У Кей не было ни малейшего желания отгадывать. Она устало откинулась на подушку.

— Мейси, скажи мне так.

— Ну, детка, приготовься. У меня в руке нечто, что перевернет твою жизнь. Тебе это ужасно понравится. Вообще-то я бы сказала…

— Так говори, пока я не отключила связь, — потребовала Кей.

— Ладно. У меня в руке пленка с записью с камеры видеонаблюдения, на которой запечатлен тот момент, как ты переехала Ягненочка. Вернее, случайно сбила.

— Что?!

— На записи все четко и ясно как день. Ты медленно едешь по аллее, собака выскакивает из ниоткуда, ты тут же ударяешь по тормозам, но поздно, тебе некуда деваться.

— Я все это знаю. — Кей опять села. Ее сердце бешено стучало. — А откуда у тебя эта пленка? Когда все это случилось, камера была выключена, никакой записи не существовало.

— А вот тут ты ошибаешься, — торжествующе объявила Мейси. — Камера исправно работала. Шарлин видела, как все случилось, из окна своей спальни. И первое, что она сделала, — велела Антонио, парню из своей службы безопасности, уничтожить пленку.

Кей прикрыла глаза.

— И зачем ему это делать?

— Ха, ты не знаешь Шарлин! Она трахалась с ним, вот так! И пригрозила, что не будет, если он не уничтожит запись. Он забрал пленку, а ей сказал, что уничтожил.

— Шарлин спала с парнем из охраны? Но она же так негодовала и осуждала меня, когда считала, будто я кокетничаю с Дензилом! — Кей была возмущена до глубины души: надо же, какое лицемерие.

— Ну, в общем, она чувствовала себя брошенной, потому что Дензил перестал с ней спать. По ее твердому убеждению, это означало, что он оттягивается где-то на стороне. Как на самом деле и было, — добавила Мейси. — А сейчас он разводится с Шарлин и теперь может жениться на своей единственной и истинной любви. Шарлин уже съехала, и парню из охраны больше не надо волноваться за работу. Его, добропорядочного католика и прочее, замучила совесть. Поэтому он признался во всем новой возлюбленной Дензила, и она сразу поняла, что со всем этим надо делать: немедленно позвонить Кей Макенне и сообщить, что она полностью реабилитирована.

— Она пока еще не звонила. — Возмущение Кей только усилилось. — Когда все это случилось? Она знает, где меня искать? Ты можешь сделать так, чтобы она узнала мой номер телефона?

— Ой, детка, что-то у тебя с мозгами совсем стало плохо! Да есть у нее твой телефон, — жизнерадостно сообщила Мейси, — и она звонит тебе. Звонит прямо сейчас.

— Это ты?!

— Ох, наконец-то дошло. Ну потрясающая новость, правда? Новая любовь всей жизни Дензила — я!

В одной руке Тилли держала чашку с кофе, а другой гладила физкультурную форму Лу. Было восемь утра. Полчаса назад в дом ввалились Кей и Паркер, и сейчас Кей продолжала бурлить, как сода, погашенная уксусом:

— …так что неудивительно, что у Шарлин была паранойя! Все время, пока она думала, будто Дензил встречается со мной, он встречался с Мейси!

— Значит, он подлый обманщик, который допустил, чтобы на тебя завели дело. — Макс с чудовищным спокойствием воспринял новость. — Если бы я встретил его, то сломал бы ему нос.

— Да, но он поверил Шарлин, когда она заявила, будто я сбила Ягненочка намеренно. Сейчас, когда ему известна правда, он испытывает непередаваемое сожаление. Я разговаривала с ним сегодня утром — он просит прощения. И он уже подключил к этому своего представителя по связям с общественностью. Запись с камеры видеонаблюдения покажут по всем каналам. Я невиновна, и все об этом узнают. — Кей обняла Лу, сидевшую рядом. — Они все очень пожалеют, что так обошлись со мной!

— Можешь подать на них в суд, — включилась в разговор Лу, — и потребовать миллион компенсации.

— Расскажи им, что еще сказал Дензил, — напомнил Паркер.

— Он хочет, чтобы я вернулась в сериал. — Кей, сияя от счастья, забрала у Макса тост. — Авторы уже меняют сценарий. Я не утону. Все будут думать, будто я утонула, но потом окажется, что в последнюю минуту меня спас то ли единокровный, то ли единоутробный брат, о котором много лет никто ничего не знал и который стал священником! А еще Дензил в четыре раза повышает мне гонорар. Все это будет шикарной рекламой для новых серий. Вы можете в это поверить? Им не терпится заполучить меня обратно!

Тилли выключила утюг и принялась складывать форму, то и дело поглядывая на Паркера. Он изо всех сил старался изображать радость, но она чувствовала, что он обеспокоен тем, что Кей вернется к прежней голливудской жизни.

— Ну, думаю, они совершенно обнаглели, и тебе следует послать их всех куда подальше. — В отличие от Паркера Макс не считал нужным скрывать свои эмоции. — Они же опорочили тебя на весь мир! Не понимаю, почему тебя совсем не возмущает их поведение.

Кей улыбнулась и покачала головой.

— Знаю, но сейчас все позади. И как я могу осуждать Мейси и Дензила? Боже, мне все еще не верится, что они вместе. Она уже пять раз выходила замуж и разводилась.

— Дело не только в них. — Макс пожал плечами. — Дело в Голливуде как таковом. Они набросились на тебя как стая волков. Если ты вернешься, все решат, что ты их простила. Я бы послал их к такой-то матери.

— Пап, что за выражения!

— Лу, — Макс постучал по часам, — пора в школу.

— Ладно, две вещи, — сказала Кей. — Первая: я актриса. Голливуд — место моей работы, и посылать Голливуд куда подальше — это поступить неразумно.

— Мам! Честное слово, нам пора заводить копилку для штрафов за нелицеприятные высказывания!

— И вторая. — Кей взяла Паркера за руку. — Если бы вся Америка не возненавидела меня, этот замечательный человек не прислал бы мне цветы и шоколадные конфеты, чтобы порадовать меня. Пусть даже я их так и не увидела. И если бы я не вернулась сюда, я не стала бы лотом на аукционе, правда? — Устремив на Паркера сияющий взгляд, она продолжила: — В общем, если бы все эти ужасы не случились, мы с Паркером никогда бы не познакомились, это точно. Так как же я могу сердиться? Я в жизни не была так счастлива.