Только ты и я - Джил Мансел

Тилли — они сидели в «Лисице» — стало жалко и подругу, и себя. Напряжение последних недель подорвало силы Эрин: она не устояла перед вирусом и, что совершенно очевидно, предпочла бы остаться дома, в кровати. Ее вины в этом не было, но все равно трудно удержаться от разочарования, когда с нетерпением ждешь девичника в пятницу вечером. Лу проводила выходные в доме Неш, помогая подруге праздновать четырнадцатилетие. Макс сидел дома и работал над предварительным проектом по комплексному переоборудованию гостиницы. Уходя из дома, Тилли предупредила его, что вернется не раньше полуночи.

Очевидно, время ее возвращения передвинется часам к девяти. А о рок-н-ролле и речи быть не может.

В Бич-Хаус она вернулась в половине десятого, проводив Эрин до дома и отстояв очередь за картошкой фри с соусом карри. Она купила еще одну порцию для Макса и Бетти, потому что в противном случае они воровали бы картошку у нее, а это всегда доводило ее до бешенства.

Вокруг дома с бешеной скоростью сновали летучие мыши. Тилли так и не удалось убедить себя в том, что они безвредны и достаточно сообразительны, чтобы не запутаться в ее волосах, поэтому она выскользнула из машины и побежала по площадке. Прижимая к груди пакеты с картошкой, она отперла дверь, вошла и… оох!

Велосипед, который до этого был прислонен к стене, упал на пол и едва не сбил Тилли с ног. Она испуганно вскрикнула, и в ее голове последовательно появилось три мысли.

Первая — какой дурак оставил здесь велосипед.

Вторая — кому пришло в голову ехать сюда в субботу вечером на велосипеде.

Третья… ну и ну, черт побери, не может быть.

Тут наверху открылась дверь, и на лестничной площадке второго этажа появился Макс в халате.

— Боже, извини. — Тилли хотелось провалиться сквозь землю.

— Хорошо, что это всего лишь ты. — Макс явно испытывал облегчение. — Ты же сказала, что придешь не раньше полуночи.

— Эрин заболела. Я действительно очень сожалею… я сейчас уйду…

Макс покачал головой:

— Все в порядке. Он все равно уже уходит. Гм, мы спустимся через минуту.

Подавленная, Тилли ждала в кухне. Макс действительно очень скоро — не через одну, а через три минуты — спустился вниз, а за ним следовал очень смущенный Том Льюис.

— В общем, ситуация сложилась неловкая, — без предисловий начал Макс. — Можно, мы будем абсолютно откровенны? Это в первый раз. Я думал, нам никто не помешает. Том увольняется из Харлстон-Холла в конце полугодия. Он переезжает в Данди и будет преподавать там с сентября. Надеюсь, мы можем доверять тебе? Ради него ты не станешь распространяться об этом… вечере?

Тилли покраснела. Как будто она завтра же примется кричать об этом на каждом углу.

— Естественно, не стану. Я ни слова никому не скажу, тем более Лу.

— Спасибо, — поблагодарил Том. — Ну ладно, я пошел. Пока. Не вставай, я сам себя провожу.

— Надеюсь, велосипед цел. — Еще вопрос, кто из двоих покраснел сильнее — Том или она.

— Не сомневаюсь. — Кротко улыбнувшись ей, Том ушел.

— Господи, я так сожалею, — снова простонала Тилли, когда входная дверь закрылась.

— Он все равно собирался уходить. Он заехал через десять минут после твоего ухода.

Значит, они провели вместе по крайней мере полтора часа, пока она все не испортила своим появлением.

— Просто не верится, что он гей. Ой, Лу же говорила мне, что он расстался с Клодин. Именно поэтому? Она все узнала?

Макс покачал головой:

— Клодин никогда не была его возлюбленной. Она его соседка по квартире. И сопровождала его, когда ему надо было появиться со спутницей.

Даже в наши дни множество людей находятся под давлением общественного мнения и вынуждены скрывать свои сексуальные предпочтения. Тилли вспомнила о родительницах, которые с вожделением смотрели на мускулистого учителя физкультуры и флиртовали с ним.

— Ох, Макс. А теперь он переезжает в Шотландию. Он тебе действительно нравится?

Макс пожал плечами:

— В нем нет ничего отталкивающего. Однако мы оба знали, что из этого ничего не выйдет. Бедняжка Лу; ее и так довольно сильно травмировала мысль, что мама нацелилась на него и собирается пустить в ход свои чары.

Он был прав. Тилли сделала робкую попытку умилостивить его, протянув ему пакетик с горячей картошкой.

— Вот, это тебе и Бетти. — Тут ей в голову пришла новая мысль. — И Кей тоже бедняжка. Ей и в самом деле нравился Том.

— Знаю. Давай не будем ей говорить, хорошо?

— Так, наверное, будет лучше, а то она придет к выводу, что всех, кто ее привлекает, тянет совсем в другую сторону. О Боже… — Ужаснувшись еще одной мысли, она воскликнула: — Только не говори, что и Паркер гей!

Макс усмехнулся и положил в рот картошку.

— Не беспокойся, у некоторых из нас способность распознавать геев развита лучше, чем у моей бывшей. Паркер правильный, это абсолютно точно.

В этот субботний вечер была очередь Тилли сидеть дома с Бетти в полном одиночестве. Макс на поезде уехал в Лондон на встречу с владельцами «Уэст-Кенсингтон» — его наняли для частичного переоборудования гостиницы, и он планировал вернуться завтра к обеду. Лу все еще ночевала у Неш, а Кей потащила Паркера в Оксфорд, чтобы показать ему местные достопримечательности, походить по магазинам и провести ночь в роскошном президентском люксе в «Рэндолфе».

Якобы так романтичнее. Тилли, правда, не посчастливилось выяснить это самостоятельно. И все же можно провести субботний вечер значительно хуже, чем дома, на удобном диване, перед телевизором и с ласковой собакой на коленях. Снаружи льет как из ведра, сильные порывы ветра раскачивают березы за окном.

А внутри тепло и сухо, и вот-вот начнется один из ее любимых фильмов.

Бетти, умевшая с безукоризненной точностью определять время, потянулась, спрыгнула с колен Тилли и подошла к двери. Там она оглянулась и многозначительно посмотрела на Тилли.

— Ладно, но тебе придется делать все быстро.

Спустив ноги на пол, Тилли встала, чтобы выпустить Бетти. Проблема всех собак в том, что они не понимают, как не хочется пропускать первые несколько минут фильма, пока они обнюхивают сад и ищут себе местечко. Когда Тилли открыла дверь черного хода, ей в лицо ударили струи дождя.

— Бр-р, я подожду здесь. А ты там не прохлаждайся, ладно? — Была надежда, что в такую погоду Бетти сделает свои дела быстро и сразу вернется.

Собака послушно пробежала мимо Тилли и исчезла в темноте сада.

— Давай пулей! — крикнула ей вслед Тилли.

Неожиданно мерный шум дождя и шелест ветра в деревьях были нарушены визгливым лаем, затем послышались звуки потасовки, и по лужайке пронеслась Бетти, а за ней лиса. Тилли испуганно вскрикнула и успела заметить только длинный пушистый хвост лисы, которая, несясь как пуля, преследовала Бетти. В следующее мгновение они скрылись в кустах в конце сада.