Горячий шоколад - Терри Грант

Карло несколько раз задумчиво кивнул головой.

— Ну что ж, думаю, это не самое худшее решение из тех, которые тебе приходилось когда-либо принимать… — словно рассуждая вслух, проговорил он. — Все знают, что ты благородный человек… В самом деле, почему бы тебе не подарить такой прекрасный шанс новому мужу твоей жены?

Ренато вскинул на него ошеломленный взгляд.

— То есть как… Что ты хочешь этим сказать? — сбивчиво проговорил он.

— Только то, что с недавних пор знают все наши коллеги. А именно: расторопному синьору Фазини удалось добиться разрешения открывать очередной фестиваль «Еврошоколад» демонстрацией своих сомнительных шедевров. Иными словами ему удалось занять твое место. Он достиг-таки того, к чему стремился столько лет. И если ты не сможешь представить вниманию мэра достойный эскиз собственного производства, то этот пройдоха не преминет воспользоваться плывущей к нему в руки удачей. Так что, если ты не хочешь быть разгромленным наголову человеком, к которому ушла твоя жена, придется повременить с безмерной жалостью к себе и приготовиться к решительной атаке. Да, и еще, не рассчитывай на мое понимание, если не одержишь победу в этой битве, — деловым тоном добавил Карло и вышел из кабинета.

Виттория терпеливо наблюдала, как Лаура вот уже битый час подбирает синьоре Скальфи фигурный шоколад, потакая каждому ее капризу и умело опровергая все ее смехотворные сомнения. Лаура вдохновенно демонстрировала свое красноречие и знание шоколадной индустрии, а подарочная коробка еще не была наполнена даже наполовину. Синьора Скальфи, состоятельная особа и звезда местного театрального небосклона, в силу своего немолодого возраста неудержимо клонившаяся к закату, придирчиво разглядывала каждую фигурку, прежде чем одобрить ее приобщение к другим.

— Лаура, голубушка, я, конечно, отношусь с уважением к вашим советам… Но мне кажется, что вот эта шоколадная… козочка… не очень подходит для подарка актрисе театра… — проговорила она тонким, капризным голосом. — Разумеется, синьора Амелия пока еще далеко не прима, — продолжила она, кокетливо поправляя прическу, — но все же это не совсем удобно…

Виттория, подавив тоскливый вздох, на несколько секунд подняла глаза к потолку. Затем, словно ее вдруг осенила какая-то неожиданная мысль, быстро встала с табурета и приблизилась к требовательной покупательнице.

— Ну что вы, синьора, эта козочка из последней коллекции Ренато Вителли, той, что завоевала все мыслимые и немыслимые призы и награды… Шоколад от мэтра Вителли никогда не может быть неуместным подарком. Вы просто обязаны включить его в подарок для синьоры Амелии. Вот увидите, она будет на седьмом небе от счастья…

Вытянутое лицо синьоры Скальфи расплылось в счастливой улыбке.

— Так это шоколад от господина Вителли? Что же вы мне сразу не сказали? — бросила она с упреком в сторону Лауры и вновь повернулась к Виттории. — Вы правы, эта фигурка просто восхитительна… Как мило, что вы вовремя мне сообщили фамилию ее изготовителя. Я непременно ее куплю. А нет ли у вас еще шоколада от господина Вителли? — с надеждой поинтересовалась она.

— Есть, но он просто плиточный… — начала было объяснять Лаура.

Но Виттория повысила голос, чтобы заглушить ее слова.

— К сожалению, осталось совсем немного, только вон тот, что рядом с абрикосовой пастилой. — Она показала на упаковку шоколадных фигурок, изображавших каких-то непонятных существ, продать которую они уже отчаялись.

— Целая упаковка?! — не веря в свою удачу, воскликнула местная знаменитость. — Да мне просто повезло! Я беру и ее тоже.

Как только синьора Скальфи наконец покинула кондитерскую, унося с собой две большие коробки, доверху наполненные шоколадом самого разного вида и качества, в большинстве своем мало напоминающего тот, за который его пытались выдать, Виттория устремила на подругу торжествующий взгляд.

— Ну как, хороший урок я тебе преподала? — с достоинством поинтересовалась она.

Лаура в ответ сокрушенно покачала головой.

— Если ты решила заняться жульничеством, то я тебе не помощница, так и знай.

— Господи, о каком жульничестве ты говоришь? Я всего лишь продемонстрировала тебе, какую власть над умами, вкусами и эмоциями людей, любящих шоколад, имеет имя Ренато Вителли. Ты же видела, она была готова скупить все, что здесь есть… А ты отказываешься отослать ему свои эскизы, — с упреком завершила она.

Лаура со стуком поставила на стойку чашку, в которую собиралась налить чай, и метнула в свою собеседницу разгневанный взгляд.

— Опять ты за свое? Я тебе уже сообщила все, что думаю по этому поводу…

— Да, я помню. Но твои слова меня не убедили…

— Могу повторить их еще раз.

— Не стоит. Я все равно никогда не смогу понять, что заставляет тебя отказываться от такого прекрасного шанса.

— Боже мой, Виттория, ну что тебе дался этот Вителли? — раздраженно проговорила Лаура. — Он наверняка уже и думать забыл о каких-то там карандашных набросках, случайно увиденных в одной из квартир захолустного городка…

— Почему ты так в этом уверена? Может, он часто их вспоминает… И даже жалеет о том, что не может воплотить их в реальность… Кстати, я уверена, тебе бы очень хотелось, чтобы именно так и было. Просто ты не решаешься в этом признаться…

— Не говори ерунды. Все эти рецепты и рисунки для меня просто развлечение, не больше… Я никогда не придавала им большого значения. Да и ты тоже. И только после встречи с известным шоколатье твое мнение вдруг сильно изменилось…

— Между прочим, поначалу я и понятия не имела, кто он такой, — напомнила Виттория. — Но он сразу показался мне понимающим, умным и тонким человеком… И его отзывы о твоих набросках доказали, что мое впечатление было верным.

— Черт меня дернул пересказать тебе его слова, — бросила Лаура.

— Если это так, то я ему благодарна, — невозмутимо откликнулась Виттория. — Черту. И не смотри на меня как монахиня на исчадие ада. Изготовление шоколада долгие годы было твоей мечтой, я же знаю. И твоему знаменитому пловцу не удалось ее утопить… несмотря на все старания.

— Вот о Джанрико ты вспомнила очень кстати, — удовлетворенно заметила Лаура. — Твоя идея по поводу рецептов ему абсолютно точно не понравится. Тем более что у него скоро новые соревнования, и времени на всю эту чепуху у меня просто не останется… И потом, синьор Вителли скрыл свою настоящую фамилию вовсе не для того, чтобы теперь я донимала его своими сомнительными шедеврами.

Виттория умолкла, видимо обдумывая новый довод, который мог бы привлечь внимание подруги. Но в это время послышался звон колокольчика и в кондитерской появилась Орнелла Баренто.

— Привет, девочки. Как тут у вас дела? — с порога поинтересовалась она, по-хозяйски оглядывая ближайшие к ней витрины.

— Прекрасно, синьора Орнелла, — живо ответила Виттория. — Сегодня продали весь шоколад, оставшийся с прошлых месяцев.