Горячий шоколад - Терри Грант

Она утвердительно кивнула.

— Не ожидал увидеть вас прямо в первую минуту после приезда…

— А я вас в последнюю… перед отъездом, — немного придя в себя, ответила Лаура.

— Перед отъездом? — взволнованно переспросил Ренато. — Вы куда-то уезжаете?

— Теперь уже не уверена, стоит ли…

— Прошу вас, не покидайте меня прямо сейчас. Сжальтесь, ведь я приехал сюда только для того, чтобы увидеться с вами… Вернее, не только… Мне нужно обсудить с вами одно важное дело… — сбивчиво завершил он.

— Дело? Со мной? — недоверчиво поинтересовалась Лаура.

— Все, что я вам скажу, может показаться вам немного странным… Но мне очень нужна ваша помощь…

Несколько секунд, показавшихся Ренато долгими, мучительными часами, Лаура молча смотрела ему в глаза. Наконец, улыбнувшись, сделала приглашающий жест в сторону того самого переулка, из которого вышла некоторое время назад.

— Ну что ж, давайте поговорим в траттории… Здесь их много, на любой вкус…

— Не сомневаюсь. Я уже успел заметить, что в вашем городе привыкли учитывать все вкусы… В том числе и сладкоежек. Именно о них я и собирался с вами побеседовать. Кстати, хочу сделать комплимент вашему вкусу. Этот костюм вам очень идет.

— Он вам действительно нравится?

— Конечно.

— В таком случае это комплимент вовсе не моему вкусу, потому что я его терпеть не могу.

— Зачем же тогда надели? — с улыбкой поинтересовался Ренато.

— Чего не сделаешь ради заботящихся о тебе людей… — с легким вздохом ответила Лаура.

— Ну, я думаю, костюм — это не такая уж большая жертва, — рассмеялся Ренато. — Тем более что он действительно очень красивый.

— Правда? Хорошо, будем считать, что вы меня убедили.

— Надеюсь, что так же легко смогу убедить вас пойти мне навстречу в одном очень важном деле…

Устроившись за свободным столиком маленькой траттории Альфио Тровено и заказав по чашечке капучино, Лаура и Ренато некоторое время обменивались смущенными взглядами, не осмеливаясь начать разговор.

— Кажется, вы хотели обсудить со мной какой-то вопрос, касающийся сладкоежек… — наконец решилась напомнить Лаура.

— Да, верно. Хотя я и принадлежу к их числу только когда работаю над очередным проектом, все же их гастрономическое увлечение — моя профессия… — немного замявшись, проговорил Ренато.

И после короткой паузы продолжил, нервно теребя уголок красно-белой скатерти: — Понимаете, я в прошлый раз немного слукавил… Моя профессия вовсе не живопись… а шоколад… Я — шоколатье, и зовут меня Ренато Вителли, — с каждым словом он все понижал и понижал голос, и свою фамилию произнес уже едва ли не шепотом.

Лаура улыбнулась.

— Вы говорите об этом с такой осторожностью, словно открываете мне страшную тайну.

Ренато опешил.

— Как, разве вы нисколько не удивлены тем, что я…

— Я узнала, кто вы такой, буквально через несколько часов после того, как вы покинули мой дом, — по-прежнему улыбаясь, объяснила Лаура. — В нашем тихом поселении тоже читают прессу, — с мягкой иронией добавила она.

— «Парад изысков»… — понимающе качнул головой Ренато.

— Верно. Ваша фотография получилась очень удачной и произвела большое впечатление на моих коллег… Настолько большое, что они решили отправить меня покорять шоколадный Олимп, то есть ваш родной город Перуджу.

— Вообще-то Перуджа мне не совсем родной город… Много лет назад я переехал туда вместе с мамой из Сполето. Но вернемся к шоколадному Олимпу. Если я правильно понял, упомянутые вами коллеги решили вывести ваш талант по созданию шоколадных эскизов из тени этих патриархальных стен…

— Да, именно так все и было. Я пыталась отбить их ежедневные атаки, но силы были неравны… Тем более что и обстоятельства не на моей стороне. Я имею в виду объявленный мэром конкурс на лучший шоколадный эскиз…

— Да, этот конкурс произвел большой фурор в умах честолюбивых людей, — с усмешкой заметил Ренато, вспомнив беспрерывный прессинг Карло.

— Особенно тех, кто имеет хотя бы отдаленное отношение к шоколаду. И, по глубокому убеждению моих коллег, наша крохотная кондитерская непременно должна принять участие во всеобщей гонке. Правда, весьма своеобразным способом… — С этими словами Лаура достала из пакета темно-коричневую папку и пододвинула ее к Ренато. — Мне было строго приказано, чтобы я передала эти эскизы не в мэрию, а именно вам, синьор Вителли. Понимаю ваше удивление, — продолжила она, заметив его недоуменный взгляд. — Мое собственное было ничуть ни меньше… Но переубедить своих коллег я не смогла. Узнав, что в моем доме ночевал сам Ренато Вителли, они решили, что… — Лаура замялась, не решаясь высказать свою мысль до конца.

— Что в благодарность за это он поможет вам совершить восхождение на шоколадный Олимп, — завершил за нее Ренато с добродушной улыбкой. — Не смущайтесь, я уже успел привыкнуть к своему «высочайшему» статусу, из-за которого каждый стремится свести со мной знакомство.

— Простите, вам, наверное, неприятно все это слышать… Но я не смогла отказать синьоре Орнелле в ее настойчивой просьбе. В конце концов, она ведь беспокоится не о личной славе, а о процветании нашей кондитерской… — принялась скороговоркой объяснять Лаура, стараясь не смотреть Ренато в глаза.

— Надеюсь, когда вы услышите, что я приехал сюда просить вас продать мне один из этих эскизов, от вашего беспокойства не останется и следа, — поспешно оборвал ее Ренато.

Лаура умолкла, вскинув на своего собеседника ошеломленный взгляд.

— Вы… Вы приехали за моим эскизом? — переспросила она.

— Именно так. Поэтому вы напрасно волновались из-за возложенной на вас миссии. Теперь уже волноваться предстоит мне. Ведь от вашего решения зависит моя репутация…

Лаура непонимающе замотала головой.

— Постойте, я что-то никак не могу вникнуть в смысл сказанного…

— Смысл очень простой, — вновь оборвал ее Ренато. — Я хочу купить ваш эскиз и рецептуру, чтобы представить на конкурс изготовленный по ним шоколад… Разумеется, ваше имя будет объявлено на конкурсе… — Он устремил на Лауру вопросительный взгляд. — Что вы мне на это ответите?

Она растерянно пожала плечами.

— Не знаю… Просто в голову ничего не приходит… Хотя… кое-что все же пришло… Для чего вам понадобились мои глупые рисунки? Они ведь абсолютно ничего не значат. Ни для вас, ни для кого-то еще…

Ренато снисходительно улыбнулся.

— Как видно, посетившая вас мысль была не совсем удачной. Не знаю, как для кого-то, но для меня ваши рисунки значат много. Иначе бы я сейчас не сидел перед вами… И я вовсе не нахожу их глупыми. Напротив, они очень оригинальны и красивы. Думаю, все эти качества, и особенно последнее, им передалось несомненно от вас… — завершил он, задержав на мгновение взгляд на порозовевшем от смущения лице Лауры.