Четверг без дождя - Мира Айрон

Смотрела в грустные тёмные глаза Лихачёва, и на душе становилось всё паршивее.

— Не говори сразу «нет», — просто и спокойно произнёс мужчина. — Обещай подумать. А я обещаю, что не буду докучать, давить и поторапливать. Если примешь конкретное решение, в котором будешь уверена, можешь сообщить мне о нём даже в мессенджере. Я не испытываю в этом плане абсолютно никаких комплексов. Если скажешь твёрдое «нет», будем общаться как друзья и как родственники. Договорились?

— Договорились, Евгений...

— Лучше «Женя».

— Хорошо. Договорились, Женя! Но ведь ты понимаешь... не хочу обманывать тебя. Даже если я не скажу сейчас «нет», то это вовсе не означает, что сейчас или в будущем скажу «да».

— Конечно, я это прекрасно понимаю, — кивнул он.

Мы вернулись обратно в нашу весёлую компанию, и остаток вечера прошёл замечательно. Хозяин дома был активен и весел, и если бы я не была наверняка уверена в своей полной адекватности, решила бы, что наш с Евгением разговор мне приснился или померещился.

В конце концов мужчины наши прилично набрались, и Лихачёв настоял на том, чтобы мы все остались ночевать в его доме. Вот тебе и нелюбовь к посторонним людям в его хоромах! Или мы не посторонние?

К тому же, в доме всё же обнаружились две гостевые комнаты. Значит, Евгений не такой уж мизантроп и социофоб?

Загадочный тип. Живёт уединённо, разводит цветы, но при этом успешно занимается бизнесом, а друзей и родственников у него сегодня был полный дом.

В одной из гостевых комнат разместились мама и дядя Гера, во второй — Ник. Мне даже как-то обидно стало в глубине души, ведь для меня, получается, места не нашлось... Но тут Игнат показал мне свою бывшую комнату, детскую.

— Батя грезит о внуках, — тихо сообщил парень мне на ухо. — Потому и не переделывает эту комнату. А поскольку ты из нас самая миниатюрная, сможешь уместиться на подростковой кровати.

К слову сказать, кровать оказалась не такой уж маленькой.

— Сейчас застелю тут всё, — Игнат кинулся к шкафу, в котором, видимо, лежало постельное бельё.

— Я и сама справлюсь, Игнат! Просто расскажи мне, где и что я могу найти.

Через пять минут я осталась в комнате одна. Приготовила постель, сходила в душ и устроилась, чтобы отойти ко сну. Меня словно окутали спокойствие и уют. Это было странно, если учесть, что я терпеть не могу ночевать в чужих, незнакомых местах.

Здесь мне нравилось буквально всё: и светильник в виде мультяшного лягушонка, и пёстрые обои, и синее с яркими рисунками постельное бельё.

Я начала погружаться в сон, когда почувствовала, как мой телефон слегка завибрировал: пришло сообщение. Номер не был мне знаком, но я сразу поняла, от кого оно.

«Как ты устроилась?»

Я сфотографировала утёнка, изображённого на пододеяльнике, и отправила хозяину дома фотографию с припиской: «Замечательно. Спасибо за заботу! Спокойной ночи!»

«И тебе!»

Мечтательно улыбнувшись, я снова начала засыпать, но успела подумать, что сегодня был прекрасный день, какой-то волшебный. Да и вообще жизнь хороша.

Когда я проснулась утром в понедельник, Евгений Викторович уже уехал на работу, и завтраком нас кормил Игнат. Точнее, он пытался всё организовать, но мы с мамой пришли ему на помощь.

Вечером посыльный привёз мне домой шикарный букет, и я вынуждена была весь вечер выслушивать намёки и домыслы братца.

К счастью, на следующий день моя жизнь вернулась в нормальное русло. После нескольких выходных в мастерской было очень много работы, и перекусить получилось только в пятом часу пополудни.

Мы с Ником (усталые, но довольные) сидели на скамейке в углу и за обе щеки поглощали бутерброды, запивая их кофе из термоса, когда вновь прозвенел дверной колокольчик. Кажется, уже в миллионный раз за сегодня.

Когда я увидела посетителя, наконец-то поняла, зачем в нашем обычном, хоть и крупном, но провинциальном городе построили пятизвёздочный отель, принадлежащий известной сети.

Господин явно не из местных. Я была уверена в этом настолько, что с лёгкостью побилась бы об заклад и поклялась бы в случае проигрыша съесть свою шляпу (если бы она у меня была).

— Здравствуйте, — в голос сказали мы с Никитой, и брат поднялся навстречу вошедшему.

— Здравствуйте, — голос у незнакомца оказался низкий и звучный. — Меня зовут Станислав Сергеевич Шабалин. Я ищу Веру Александровну Тихорецкую, она мне срочно нужна.

Глава десятая

Ник посмотрел на меня так, будто хотел сказать: «Я думал, сеструха, что ты уже максимально удивила меня и не сможешь удивить сильнее, ан нет!»

Хотя я и сама, если честно, была в шоке. Что от меня может быть нужно, да ещё срочно, такому человеку, как Станислав Сергеевич?

— Вера Александровна — это я, — откашлявшись, возвестила я, и холодные светлые глаза визитёра на пару мгновений стали больше дорогих очков. — Чем обязана?

Шабалин с сомнением обвёл взглядом моё чумазое лицо, видавшую виды кепку, перевёрнутую козырьком назад, пыльные джинсы и всю в масляных пятнах футболку.

— Э-э-э... — Станислав Сергеевич спешно и усиленно пытался взять себя в руки, и это ему удалось. — Мне необходимо поговорить с вами... Вера Александровна.

Я уже хотела предложить ему посмотреть мои документы, а потом подумала: с чего вдруг? Я его сюда не приглашала. Это он жаждет общения со мной, пусть он и подтверждает свою личность.

Кажется, брат прочитал мои мысли, поскольку шагнул вперёд, задвинул меня за свою внушительную спину и с вызовом заговорил:

— Меня зовут Никита Александрович Тихорецкий, я брат Веры Александровны. А вот вы кто такой? И почему моя сестра должна с вами говорить? Может, вы представляете для неё опасность?

Дверной колокольчик снова прозвенел, и в мастерской материализовался двухметровый человек-шкаф.

— Всё в порядке, Станислав Сергеевич? — пророкотала громадина.

— Да, Лёня, всё нормально, — махнул рукой Шабалин.

Точнее, господин Шабалин. А как иначе обращаться (пусть даже мысленно) к человеку, путешествующему в сопровождении личной охраны?

— Не беспокойтесь, ждите в машине, — распорядился «господин», и скалоподобный Лёня исчез за дверью.

Шабалин достал из поясной сумки права и приблизился к нам с Ником.

— Допустим, — мрачно пробормотал Ник, внимательно изучив карточку. — Так что вы хотели?

А я уже начинала понимать, что нужно этому типу в обманчиво демократичных джинсах и нарочито простой, но мегабрендовой хлопчатобумажной футболке.

И моя догадка оказалась верной.

— Я отец Дарьи Шабалиной, будущий тесть Игната Лихачёва. Не знаю, что вы себе напридумывали, уважаемая, — пристальный и холодный взгляд светлых глаз сверлил меня насквозь даже через стёкла очков.

В голове промелькнула абсолютно ненужная мысль о том, что Даша,