Жестоко и прекрасно - Терри Э. Лейн

— Да, но я пока не могу раскрыть их. Может быть, позже, после бокала-другого вина.

Я наклоняюсь к нему.

— Хм, ты держишь меня в неведении, Дрю.

— Все хорошо, Кейт.

Ужин восхитительный. Здесь лучшая итальянская кухня, которую я когда-либо пробовала за пределами Чарльстона и Нью-Йорка. Дрю сделал заказ для нас обоих, потому что я не смогла принять решение. Наконец, я попросила его сделать мне сюрприз. Когда приносят еду, ее так много, что я смеюсь. Я уверена, что мы отнесем остатки в коробках домой, но Дрю ест так, будто у него бездонная яма вместо желудка. Я впечатлена.

— Где все это помещается? До пальцев ног?

— Ага. Об этом. Я много бегаю и поднимаю тяжести, поэтому всегда голоден.

Теперь я очень хочу увидеть его V-линию. Может быть, даже лизнуть и укусить там. Я никогда не видела ни одной в реальной жизни. Если на то пошло, у меня был только один псевдосекс с придурком, с которым я встречалась в прошлом году. Однажды ночью он пытался несколько раз проткнуть мою вагину своим пенисом, и это было так ужасно, что я заставила его остановиться. В конце концов, он обзывал меня всевозможными ужасными эпитетами, такими как антисексуальная и морозная пизда, поэтому я рассталась с ним, лежа голой в своей постели и рыдая. Это был самый унизительный момент в моей жизни. Мне до сих пор снятся кошмары об этом инциденте. И этот мудак не был даже близко к V-линии. Его пресс больше походил на миску Jell-O. Внешне он был довольно симпатичным, но после его движений задницей в спальне, каждый раз, когда я видела его после этого, я клянусь, он превращался в тролля. Я до сих пор молюсь, чтобы орда пчел-убийц спустилась на его буёк и адски жалила его. Это меньшее, что он заслуживает.

— О чем, черт возьми, ты думаешь, что заставило тебя нахмуриться? Надеюсь, это не я?

О Боже!

— О, нет! — Я неуверенно смеюсь. — Это точно не ты. На самом деле, ни о чем, правда.

Я потираю руки, глядя на салфетку на коленях. Почему я вспомнила о той ужасной ночи?

— Давай, Кейт. Несколько секунд назад ты выглядела как убийца в одном из тех фильмов о Джейсоне Борне.

— Я?

— Ага. Выкладывай. — Его улыбка обезоруживает.

— Нет. Ты подумаешь, что я ужасна.

Последнее, что я собираюсь делать, это рассказывать ему о том мудаке.

— Только если это касается меня, — говорит он.

— Это не так, но я не могу тебе сказать. Это очень личное.

— Ну, я надеюсь, что я никогда не заставлю твое лицо принять такое выражение.

— Я тоже надеюсь на это. Позволь мне сказать только, что это было связано с пчелами-убийцами.

— Пчелы-убийцы. Я это запомню. Кстати, как насчет убойного десерта?

Пока это связано с твоей V-линией, конечно.

— Хорошо. Что ты хочешь?

— У них лучший тирамису.

— Хочешь поделиться?

— Неа. Я слишком жаден, когда дело доходит до сладостей.

— Я люблю честных мужчин. Тогда закажи два.

Официант принимает наш заказ, и когда его приносят, Дрю оказывается прав. Оно невероятно вкусное. Но держу пари, его V-линия лучше. Почему я сегодня как охотничья собака? Я съела два кусочка, а его тарелка пуста. Его рука тянется через крошечный квадратный столик, и он опускает свою ложку в мою порцию.

Его воровство десерта заставляет меня смеяться.

— Черт, ты действительно жадный.

— Прости. Я удивлен, что мои зубы не гигантских размеров. У меня огромное пристрастие к сладкому.

— Съешь.

Почему я флиртую?

Он снова играет бровями и говорит:

— Надеюсь.

Я чуть не выплюнула кусок тирамису, который только что съела. Он снова немного розовеет, что я нахожу довольно очаровательным, и говорит:

— Извини. Это было немного неуместно.

Я сглатываю, чтобы не подавиться, и отвечаю:

— Нет. Я не против неуместного. Ты просто застал меня врасплох.

К тому времени, когда я готова съесть еще один кусочек десерта, я обнаруживаю, что моя тарелка пуста. Он бросает на меня виноватый взгляд. И почему мне хочется ущипнуть его за щеку и сказать, что все в порядке. Насколько это странно? Обычно я не хихикающая, щипающая за щеку девушка. Теперь, когда я об этом думаю, обычно я не делюсь своим десертом.

— Прости, что украл твой тирамису.

— Все нормально. Ты сделал мне одолжение.

— Как это?

— Мне не нужны были все эти лишние калории.

— О, Боже, пожалуйста, скажи мне, что ты не одна из них?

Он садится и осматривает меня.

— Одна из кого?

Я действительно сбита с толку.

— Любительниц кроличьей еды. Девочки, которые едят как кролики.

— Нет, я не смогла бы выжить без пиццы. Ты уже мог это заметить.

— Я могу сказать, что для меня ты выглядишь идеально.

Ага. Они все так говорят, когда хотят залезть к тебе в трусики.

— Ты мне не веришь?

— Нет, верю. Но брось. Большинство парней интересует только одно.

— Правда. Но Кейт, я не большинство парней.

Я смеюсь.

— Вот это оригинально.

— Дерьмо. Это было ужасно, не так ли?

— Не самое худшее, что я когда-либо слышала.

Мы оба смеемся.

— Итак, Кейт Форбс, ты не против пойти со мной выпить?

— Ага. Один вопрос. Где ты живешь?

Эта очаровательная улыбка появляется снова, и он говорит:

— Инди. Но не волнуйся. Я забронировал номер в гостинице на ночь. Я подумал, что мы можем задержаться, и не хотел бы потратить час на поездку.

Это было мило.

— Где ты остановился?

— В Унион.

— Круто. Тогда давай сделаем это.

Мы выбираем клуб под названием Чаки. По дороге Дрю наклоняется ко мне и спрашивает:

— Кейт, раз уж тебе нет двадцати одного, можешь ли ты ходить в клубы?

Я делаю взмах рукой.

— Не волнуйся. Я находчивый студент колледжа. У меня поддельное удостоверение личности.

— Я так и думал, поскольку ты подруга Дженны.

Добравшись до Чаки, идем прямо к бару. Дрю заказывает нам пару напитков — водку с содовой для меня и водку с тоником для него — и ищет место, где можно поговорить. Он хватает меня за руку и ведет через все помещение к маленькому столику рядом с танцполом.

— Я удивлена, что мы нашли его.

— Я знаю. Счет.

Я ударяю его кулаком, и мы чокаемся стаканами. Музыка гремит, когда люди танцуют, и я оглядываю комнату, проверяя, не узнаю ли я кого-нибудь.

Я никого не замечаю и вместо этого сосредотачиваюсь на великолепных глазах Дрю. Он смотрит на меня так,