Прощай, мечта - Рэй Морган

— Чертовски красиво. Я уж и забыл, как мне нравилось любоваться на вечернее небо.

Тори краем глаза посмотрела на него.

— Вы давно здесь не были?

— Да. Я почти все время был за границей.

Тори подумала о том, что если бы она приехала раньше, то не застала бы его здесь. И это было бы к лучшему. Но так ли?

— Когда вы уволились из армии?

— Не так давно. Но домой я приехал два дня назад. — Он усмехнулся. — Меня не было более десяти лет, а ничего не изменилось. — Он поморщился, потом равнодушно пожал плечом. — В любом случае просто не могу поверить, как много это место значит для меня. Куда не посмотрю, везде напоминания о моей прежней жизни. Видите ту сломанную калитку в розарий? Я там сказал моей подружке, с которой учился в школе, что не женюсь на ней, что я вообще не собираюсь ни на ком жениться — не тот я человек. А она залепила мне пощечину, а потом с такой силой захлопнула эту несчастную калитку, что почти сорвала с петель.

Тори попыталась вспомнить, кто же это мог быть, но на ум никто не приходил.

— А видите вон ту кучку камней у дуба? Там мы с братом похоронили нашу старую собаку Невилла.

Тори охнула, но еле слышно. Она и забыла про Рики. Он был на два года старше Марка, застенчивый и робкий компьютерный гений. Что случилось с Рики?

— Мы устроили погребальную службу и опустили пса в землю, — продолжал Марк, еле заметно улыбнувшись.

— А где ваш брат? — спросила она, надеясь, что он еще что-нибудь расскажет.

Марк долго ничего не отвечал, а когда заговорил, то голос у него дрогнул.

— Умер. Трудно даже представить, как давно это произошло. Он умер десять лет назад.

— Господи!

Это поразило ее, как удар электрическим током. Какой ужас! Тори не ожидала, что это известие настолько ее потрясет. Рики мало что для нее значил. Не сравнить с Марком. В ее мыслях Рики был таким же врагом, как и все Хантингтоны. Но честно ли это? Он ведь тоже часть ее прошлого.

Сколько трагедий! Рики, отец Марка, ее собственный отец — все они ушли из жизни. Веки защипало от слез, и она зажала рот ладонями.

Марк смотрел на нее, недоумевая, почему смерть его брата так ее тронула. Вот в этом и заключается ее прелесть — она постоянно его удивляет. Только он решит, что разгадал ее, как она сделает или скажет что-нибудь такое, что ему становится ясно, как бесполезно торопиться с выводами.

Он отвернулся и снова стал смотреть вдаль.

— Видите красную черепичную крышу? Это дом бывшего дворецкого, — сказал он. — У него была маленькая дочка. Она часто пряталась на яблоне, когда я мыл машину рядом у сарая. Она дожидалась, когда я уходил, а машина была вымыта, и бросала яблочные огрызки на сверкающий чистотой капот.

— Не могла она этого делать! — вырвалось у Тори. Она ни за что на свете так не поступила бы.

Он с удивлением на нее воззрился:

— Откуда вы знаете?

Тори снова залилась краской. Она вытерла глаза и взяла себя в руки. Надо срочно перевести разговор в другое русло!

Она вернулась в комнату и опустилась на кровать.

— Послушайте, вы ведь хотели мне сказать, с чего это вам пришла в голову нелепая мысль, что мы с Карлом не женаты, — напомнила ему она. Лучше уж говорить об этом, чем о толстощекой девочке на яблоне. — Вы сказали, что у вас целый список причин.

— Правильно. — Он прошел следом и встал перед ней, глядя на нее сверху вниз. — Хотите услышать?

Она сделала глубокий вдох и заставила себя улыбнуться.

— Хочу. Я опровергну все ваши доводы.

— О’кей. — Он прокашлялся. — Начнем с того, что Карл, по-моему, одержим страстью, но не к вам.

Ничего себе заявление!

— Огромное спасибо, — ответила она.

Он с любопытством смотрел на нее.

— Надеюсь, это не разбило вам сердце.

— Едва ли. Продолжайте. У вас же целый список.

— Продолжаю. — Он откинул назад голову и стал загибать пальцы. — Нет кольца у вас на руке. И у него тоже. Отдельные спальни. Вы оба сидите за столом словно чужие. Молодожены обычно не могут оторваться друг от друга.

Она выпятила нижнюю губу.

— Это косвенные улики. Что-то еще?

Он долго и пристально смотрел ей в глаза, прежде чем снова заговорил, а когда заговорил, то произнес следующие слова тихим и хриплым тоном:

— То, как вы глядите на меня.

У нее перехватило дыхание, а щеки запылали.

— Это нечестно, — выдавила она, сознавая, что вид у нее скорее растерянный, чем сердитый.

По его взгляду было видно, что он не знает, как ему поступить. Поколебавшись, он протянул руку и осторожно коснулся ее щеки кончиками пальцев. И тут же отдернул руку.

— Тори, я не хотел вас оскорбить. Я просто думаю, что, как любая цветущая молодая женщина, вы привлекательны для мужчин. И не только для меня. Для кого угодно. У вас пока что нет мужчины, и это ясно по всему.

Он был прав, прав во всем, и, вероятно, поэтому он ее злил. Чем больше он говорил, тем меньше у нее оставалось веских доводов против.

Она сердито на него посмотрела:

— Вас это не касается.

— Касается. — Он пожал плечами. — Вы приехали под ложным предлогом. Мне следует отправить вас отсюда.

Тори едва не задохнулась.

— Нет. Ваша мать может это сделать, если захочет, но не вы. У вас нет на это права. Не вы нас приглашали.

— Я вас не приглашал, — повторил он, качая головой и скривив губы. — Вы правы. Этим занималась моя мать. Если ей безразлично то, что вы солгали, чтобы попасть сюда, то с какой стати мне вмешиваться?

Тори осмелела:

— Вы все правильно понимаете.

— Скажите мне вот что, Тори. — Он приблизился к ней и заглянул в глаза. — Почему вы здесь?

— Я?

— Да, вы. Вы не замужем за Карлом. Вам все равно, купит он поместье или нет. Какая вам корысть от всей этой затеи?

— Я…

Она прикрыла глаза. Ей хотелось рассказать ему правду. Она хотела сказать, что раньше она жила здесь, а если он постарается, то вспомнит ее, вспомнит, как его семья погубила ее семью. Они должны посмотреть правде в глаза. И он должен помочь ей узнать правду. Вот чего она хочет. Но у нее нет доказательств, чтобы подтвердить свои домыслы. Пока нет. Но вскоре, как она надеется, она выложит факты перед ним. Очень скоро.

— Я помогаю Карлу, — сказала она. — Хотите верьте, хотите нет, но он считает, что я ему нужна. Он считает, что если он представится женатым человеком, то это придаст ему больше веса, чтобы осуществить свои планы по покупке поместья.