Прекрасная изменница - Барбара Доусон Смит

Бормоча проклятия, Эллиот обошел самозванца стороной и покинул библиотеку, оставив Софи наедине с грозным мистером Чандлером.

– Черт побери! – Грант гневно захлопнул дверь; резкий звук эхом отозвался в тишине коридора. – Уж очень ему хотелось поскорее убраться отсюда. Подозреваю, что он врет.

Софи окончательно растерялась – настолько, что уже не знала, что и думать. Разумеется, поймать преступника очень хотелось, но в то же время раздражение Эллиота тоже можно было понять. Она до сих пор страдала от того, что ее обвинили в убийстве Роберта.

– Возможно, кто-нибудь видел, как он или Хелен поднимались в детскую. Или в буфетной наливали молоко в стакан. Утром можно будет спросить слуг.

– Элис, – заключил Грант. – Вот кого надо допросить в первую очередь. Эллиот вполне мог уговорить ее отнести стакан молока в детскую. Кстати, во время болезни Роберта она у вас работала?

Мысль обескуражила.

– Да, но… девушка выглядит честной. Думаю, стоит поискать другое объяснение.

– Варианты заканчиваются. – Грант принялся мерить шагами полутемную библиотеку. – Но я намерен вновь побеседовать с Джеффри Лэнгстоном.

Софи подошла к Гранту.

– Зачем? Разве то, что произошло сегодня, не снимает с него все подозрения?

– Люсьен – наследник Роберта.

– Уверена, что он знал правду… о том, что сын не родной.

Грант перестал ходить и остановился напротив Софи.

Внимательно посмотрел ей в глаза, словно удивляясь, почему она не понимает очевидной логики.

– К Люсьену перешел титул. Мальчик – герцог Малфорд, так же как покойный Роберт.

Простое объяснение напугало. Действительно, Лэнгстон не на шутку обиделся и рассердился на Роберта за разрыв отношений. Что, если он перенес неприязнь на Люсьена?

У Софи сжалось сердце.

– Хочешь сказать, что, если бы я не вышла замуж за Роберта, Люсьену не грозила бы опасность?

– Не приписывай мне то, чего я не говорил. Уверен, ты никогда не нанесешь вреда нашему сыну.

«Нашему сыну». Слова повисли в тишине.

Софи с трудом сдержала слезы. Как же, наверное, он презирает ее за то, что утаила Люсьена! До боли хотелось получить прощение. Если бы вот сейчас, в этот самый момент, он протянул руку. Если бы можно было найти утешение в объятиях, как совсем недавно наверху, в детской. Но пропасть казалась еще шире и глубже, чем раньше.

Она напомнила себе о том, что Грант вор. О том, что в Лондон приехал специально, чтобы уличить ее в убийстве.

И все же его грехи бледнели в сравнении с ее проступками.

Ведь он сам язвительно заметил, что никогда не воровал ребенка.

Словно не в силах терпеть общество обманщицы, Грант отвернулся и наугад вынул книгу из принесенного Эллиотом ящика.

– Рассуждать без улик и доказательств бессмысленно, – заключил он, не оборачиваясь. – Отправляйся спать.

– А ты пойдешь к Каролине?

– Да. Продолжим разговор утром.

Грант полистал страницы, и вдруг из старинной книги выпал листок. Софи наклонилась, чтобы его поднять. Грант тоже наклонился, но не стал поднимать листок, уступив это право Софи.

Листок истерся на сгибах и пожелтел. Чернила выцвели, однако явственно проступало написанное размашистыми буквами имя адресата.

«Аннабел».

Не веря собственным глазам, Софи прищурилась, чтобы лучше видеть. Неужели это?..

Не может быть.

– Пойдем, пора. – Грант встал и протянул ей руку.

Софи вскочила и подошла к столу, чтобы прочесть письмо на свету. Оно было написано мелкими, набегавшими друг на друга буквами, словно автор пытался уместить на странице как можно больше слов. Время не пошло на пользу чернилам, и расшифровать едва заметные строчки оказалось почти невозможно. Однако сомнений не оставалось – писал мужчина. А подпись в самом низу…

– Так что же, останешься здесь? – спросил Грант. С гулко бьющимся сердцем Софи подняла взгляд.

– Это письмо Уильяма к Аннабел.

– И кто же это такие?

– Аннабел была третьей герцогиней, той самой, которая больше века назад вела дневник. Помнишь? Ты нашел его в библиотеке в тот день, когда вернулся в Лондон.

Уже позже Софи поняла, что он искал неопровержимые доказательства ее виновности. Но сейчас, когда в руках оказалось самое настоящее письмо от возлюбленного Аннабел, все обиды ушли прочь.

– До замужества у нее был любовник по имени Уильям. В дневнике она написала, что спрятала его письмо в сборник проповедей. Вот в эту самую книгу. – Потрясенная до глубины души, Софи показала на пыльный томик, который все еще держал в руке Грант.

Нахмурившись, он прочел название и положил книгу на стол.

– Да, действительно. Очень интересно.

Судя по тону, ему вовсе не было интересно. Зато сама Софи сгорала от восторга и нетерпения.

– Фамилию этого Уильяма герцогиня ни разу не упомянула, и я все время думала… – Она наклонилась, пытаясь разобрать бледную подпись.

Наконец буквы сложились в фамилию. Софи замерла. Мысли путались.

– О Господи… неужели?

– Что-то плохое?

Софи медленно подняла взгляд.

– Теперь я точно знаю, кто убил Роберта и намеревался отравить Люсьена.