Предателей (не) прощают - Татия Суботина

Бывают моменты, когда время будто замирает, останавливается в преддверии грядущего и звенит напряжением. Вот сейчас для меня именно он и случился.

Надо отдать Давыдову должное, он на эту грудь, что сама выпрыгивала ему под нос, даже не посмотрел. Правда, мне приятнее от такого не стало. Девица млела от самой близости Чемпиона, и предложи он ей расписаться под трусиками, я уверена, тут же выпрыгнула бы из белья. Ни кофейня ее не смущала, ни посетители, ни спутница кумира…

На меня брюнетка вообще зыркала исподлобья, точно на врага номер один. Я никогда не велась на такие взгляды, но сама ситуация была неприятной и очень хотелось уйти, оставив Ивана наедине с фанаткой. Думаю, они найдут чем заняться, скучать точно не будут.

Иван достал ручку из внутреннего кармана пиджака.

«Ты смотри-ка! Подготовленный!» – злорадно пронеслось у меня в мыслях.

Я уже была на низком старте уйти и не мешать ему купаться в лучах обожания пышногрудых красоток, но Давыдов успел меня удивить.

– Я не вижу блокнота, флаера или постера, где мне стоит расписаться на память, – с безмятежностью Будды сказал он.

– Я такой ерундой не страдаю, – отмахнулась официантка и выдала с придыханием: – На мне, Чемпион, на мне же распишись. Неужели не видишь, сколько места для твоей росписи именно здесь? Порву сториз в инсте в хлам!

И девица еще сильнее обнажила грудь. Эти пышные мячики грозили вывалиться из бюстгальтера прямо в лицо кумира нахалки.

Я поджала губы, отведя взгляд к окну. Как можно так откровенно предлагать себя по сути незнакомому человеку? Разве мельтешение в новостной ленте дает нам все необходимые знания и права считать медийных личностей своими «в доску»?

– Вы меня перепутали с пластическим хирургом или маммологом, – спокойно ответил Давыдов, хотя его недовольство можно было заметить невооруженным взглядом.

Я затаила дыхание. Не удивлюсь, если в этот момент у меня на лице отразилось неверие вперемешку с гордостью за такую его реакцию.

– Каким пластическим хирургом? – выпучила глаза юная нимфетка. – У меня все натуральное!

– Прикройтесь, это не бикини-пати, – и бровью не повел Иван.

Посетители уже откровенно пялились в нашу сторону, вытягивали шеи, а некоторые умники даже снимали видео на телефон…

Давыдов размашисто черкнул автограф на салфетке и сунул опешившей официантке в руку.

– Всего хорошего, – сказал Иван, хотя больше это звучало как: «Пошла вон».

Только вот девушка следовать направлению, куда ее послали, и оставлять нас в покое совсем не собиралась.

– Да как ты смеешь так со мной разговаривать! – вдруг взвизгнула она. – Пару раз помахал кулаками на ринге и уже звезду словил? Снизойти до простого люда слабо?

– Девушка, – Давыдов не повышал голос, но я почувствовала, скольких усилий ему стоило, чтобы не ответить хамке ее же языком, – вы забываетесь. Я пришел сюда попить кофе и провести время со своей спутницей, а не расписывать чужую грудь. Если вам так хочется чем-то ее украсить, сходите в тату-салон.

– Нет, вы это слышали?! – пуще прежнего разоралась девица. – Он меня послал! Послал!

На скулах Ивана заходили желваки, я же предупреждающе накрыла его ладонь своей, перетянув этим нехитрым жестом все внимание мужчины на себя. Пока официантка разорялась бранью, мы с Давыдовым гипнотизировали друг друга взглядами. Планета точно замедлила вращение, а между нами вновь искрила «химия»…

– Это потому что я не дала тебе в подсобке? – вдруг заявила официантка. – Если бы дала, как эта, то ты был бы посговорчивее, правда? Так еще не поздно все исправить. Хочешь?

И она осклабилась похабной улыбочкой, а парочка тинейджеров, которые снимали это все на смартфоны, заулюлюкала.

Давыдов сжал руку под моей ладонью в кулак.

– Не надо, – тихонечко сказала я, покачав головой.

Девушка явно была неадекватной и пыталась пропиариться за его счет. Раз не удалось с подписью, решила устроить шумиху и все равно «порвать сториз», как и грозилась до этого.

– Что здесь происходит? – к нам запоздало подскочила запыхавшаяся администратор кофейни.

«Анна» – значилось на ее бейджике.

Судя по румянцу на щеках, растрепанной прическе и форме в беспорядке, с местом для свиданий официантка не ошиблась. Видать, в этой кофейне подсобка использовалась не по прямому назначению.

А ведь я так любила брать здесь кофе… Сомневаюсь, что когда-то еще повторю собственную глупость.

– Я всегда думал, что прежде, чем нанять сотрудника, его проверяют не только на профпригодность, но и психологическим здоровьем не брезгуют, – процедил сквозь зубы Давыдов. – Похоже, ошибался.

– Катерина? – Администратор сдвинула брови к переносице и опалила непутевую сотрудницу грозным взглядом. – Что еще ты умудрилась натворить?

– Кроме публичных оскорблений и откровенных попыток склонить меня к сексу? – серьезно уточнил Иван. – Заработала увольнение по статье, так ведь, Анна?

– Т-так, – согласилась администратор.

Официантка тут же потеряла весь боевой запал, сдулась словно шарик.

– М-может, мы как-то договоримся? – Она глянула на Давыдова из-под ресниц, посыл опять был ясен как день.

– Можем договориться до суда, – кивнул мужчина, чем едва не довел эту нахалку до обморока.

Потом Иван настоятельно попросил посетителей кофейни удалить отснятое ими видео, аргументируя вторжением в частную жизнь. Кто-то послушался, а кто-то наверняка успел уйти… Не удивлюсь, если через несколько часов и этот материал о Давыдове станет «вирусным», как ролик моих сыновей.

– Пойдем отсюда, а? – предложил мне мужчина.

Я гипнотизировала чашку с кофе.

– Пить мне все равно расхотелось, – поджала губы я. – Особенно этот кофе. Какие гарантии, что туда никто не плюнул?

– Никаких, – поморщился Иван.

Мы поспешили покинуть эту кофейню с откровенно диким персоналом, на улице мне даже задышалось легче. Только вот отвратительная сцена так и стояла перед глазами…

На этот раз направление задавал Давыдов. Укромный пятачок под мостом, где мы вскоре припарковались, когда-то был нашим «особым» местом. Наверное, именно из-за этого он в одночасье всколыхнул во мне столько забытых  воспоминаний…

– Прости меня, Маша, – тут же сказал Иван, стоило мне забраться к нему в автомобиль для разговора.

Под мостом делить территорию и упираться не хотелось, да и произошедшее в кофейне меня несколько вымотало.