Фея чистоты - Тереза Тур

– Почему?

Спросила почти не задумываясь и в ту же секунду почувствовала, что стало легче дышать, словно я очнулась от глубокого сна. Тень в углу зашевелилась.

– А за что его любить? Упрямая, зловредная пыльная нора! Убирай – не убирай, все одно пыль да грязь. Хлам повсюду. Но ты встаешь и изо дня в день делаешь свою работу, зная, что к утру от твоих усилий не останется и следа! Словно кто-то решил тебя извести. Так мухе отрывают крылья и держат в банке…

Я кивнула. Замок и правда не хотел, чтобы его убирали. Но он никому не желал зла! Ему было скучно, только и всего. Надеюсь, он не подумал, что мы его бросили? А то вдруг обидится?

Я вспомнила детей и их фамильяров. Вспомнила и тут же почувствовала: нет. Замок не сердится.

– Какие глупости тебя беспокоят, – фыркнула горничная, и я вновь напомнила себе, что надо выбросить из головы все мысли.

– Ты – одна из горничных лорда Харди?

Выбросить мысли из головы иногда бывает весьма полезно, начинаешь лучше соображать. Ну конечно! Она работала на Харди, и как я сразу не догадалась?

– Что значит «одна из»? Да будет тебе известно, я была первой, кто на своей шкуре прочувствовал проклятье замка этого жестокого, безумного мага!

Я старалась не дышать: только бы рыбка не сорвалась с крючка и продолжала рассказывать. Как ее называл доктор? Матильда? От азарта бросило в жар, даже страх прошел. Что же произошло тогда? Откуда в этой женщине столько ненависти к замку и его хозяину? Конечно, необходимость бесконечно убираться кого угодно сведет с ума, но лорд Харди-то чем ей не угодил?

– Что-то случилось?

– Случилось?! Этот безжалостный монстр вышвырнул меня обратно!

Отчаяние, безысходность, злость и жгучее желание отомстить. Даже ценой собственной жизни. Вот что было в ее голосе.

Мне вдруг стало страшно. Чтобы переубедить Матильду, должно было случиться чудо. Чудо, достойное магии фей, не иначе. Как же мне не хватает друзей рядом! Лорд Харди, Рут, Венди и Букля, будь они здесь, наверняка бы что-нибудь придумали, а я… Что я могу одна? И что вообще мне делать? Ответ пришел тут же: постараться узнать как можно больше и отключить наконец голову! Не думать. Не думать, иначе она догадается…

– Ты попала в Ганглию из другого мира? Так же, как и я? – быстро спросила у обиженной.

– В другой мир просто так не попадают, – проворчала она.

– Что ты имеешь в виду? – Внутри все похолодело.

– Для этого нужно желание. Сгинуть. Исчезнуть. Вырваться! Только так переход возможен.

На какое-то время стало тихо. Где-то капала вода. Вот оно что. Я не хотела жить там, где жила? Конечно, не хотела. После смерти мамы – все как в тумане. Я изо всех сил цеплялась за работу, а когда шеф намекнул на вынужденный отпуск, земля будто ушла из-под ног. А потом я упала со стремянки.

– Он отправил меня обратно. Наверное, чувствовал себя при этом героем и благодетелем. Или просто ставил эксперимент – кто его знает? Вот только никому и в голову не пришло спросить, чего хочу я. – Она говорила очень тихо, а я молчала, затаив дыхание. – Он позвал меня в эти свои… лаборатории. До того дня я была лишь тенью. Мыла, чистила. Дворецкий, рыжий мальчишка – они все меня словно и не видели, а тут он сам меня позвал. Подошел, сказал, что есть прекрасные новости. Специально для меня.

Глаза Матильды горели в темноте, ее воспоминания заполнили все пространство целиком.

– И… что было дальше? – спросила я дрожащим шепотом.

– Мыслей много было. Все что угодно, кроме того, что он отправит меня обратно. «Так будет лучше, дорогая. Вам пора домой».

Она очень похоже изобразила голос мага, я даже вздрогнула.

– И вы примкнули к доктору и судье, чтобы уничтожить Ганглию?

– Уничтожить? – удивилась Матильда. – Глупости! Мы лишь решили убрать тех, кто занимает самое высокое положение.

– Чтобы занять их место?

– Конечно.

– А вам не приходило в голову, что призраки способны уничтожить все вокруг и вас самих тоже?

– Все было под контролем, – упрямо замотала горничная головой. – Пока ты не вмешалась со своей свиньей!

– А люди? Мирные жители? О них вы подумали?

– Люди, – фыркнула Матильда. – Да кому они нужны? Тем более в отражении. Они все равно нереальны!

– Заканчиваем вечеринку, дамы! – В полутемном проеме появились два мужских силуэта. – Ты едва не испортила все дело, дура! Это она тебя допрашивает, а не ты ее! – Доктор был вне себя от гнева.

– А я говорил: Энн Файер опасна, ее надо было уничтожить сразу, – поддакнул судья.

Еще один обиженный на весь парик.

– Пожалуй, на этот раз, уважаемый, я с вами соглашусь, – прошипели в ответ.

Тело оцепенело. Даже руки не поднять, но не от страха. Доктор что-то сделал и теперь шел прямо на меня, медленно, наслаждаясь беспомощностью и ужасом, разлитыми в подземелье, которые он чуял, словно зверь. Левая щека дернулась, в глазах вспыхнул черный огонь, он жадно втянул носом воздух. Страх. Он питался им подобно призракам, с которыми мы боролись.

Образ доктора был настолько страшен, что даже судья забыл, как дышать. Служанка побледнела, а от стука моего бедного сердца гул раздавался в ушах.

В его руке что-то блеснуло. Я никак не могла сообразить, что за источник света попал на… лезвие ножа.

Потрошитель нашел свою жертву. История повторяется. В отражении ли, в альтернативном мире – не важно. Англия или Ганглия, Лондон или Дан-Лан, Джек – вечный образ зла и насилия – никуда не делся. Так будет всегда.

Мне вспомнилась та, самая первая, встреча с призраком. Фею спас мой саквояж. А меня никто не спасет. Сейчас все так и закончится, но я не хочу! Я встретила лорда Харди. Мир, куда я попала, реален, здесь я нашла друзей и не собираюсь сдаваться. Где-то сейчас мой верный саквояж? С увесистым, магически одаренным поросенком внутри. Были бы они рядом, кое-кому бы точно не поздоровилось! Мысленно представила, как с лица злодея сползает ухмылка, как…

Неожиданно доктор замер. Должно быть, я улыбнулась, вторя собственным мыслям. Его это обескуражило, мне же позволило выиграть время.

– Что? – прохрипел он.

– Поберегись!

Саквояж, со свистом рассекая воздух, вылетел из темноты и врезался в доктора. Не веря собственным глазам, я застыла, открыв рот. Лязгнул голодным зверем замок, и, хлопая париковыми ушами, словно ангел крыльями, из моей нехитрой поклажи вылетел Букля!

Где-то под ногами, выпав из рук злодея, зазвенела сталь.

– Беги, бестолочь! –