Женюсь. Срочно! - Татия Суботина

– Не так много времени прошло, чтобы я забыла.

– Дома меня ждал очередной скандал. И как я ни пыталась убедить Ларина в обратном, а он зациклился на моих словах о нелюбви, как осел, и все тут, – фыркнула Ира. – А вечером хлопнул дверью. Я-то думала, проветрит голову и вернется, но его не было всю ночь…

– И?

– Что «и», Вика? – разозлилась она. – К трем я обзвонила все больницы и морги, мой-то абонент оказался не абонент. А утром едва дождалась няню, чтобы отправиться в универ Ларина. И знаешь что?

– Даже боюсь предполагать.

– Жив-здоров, не кашляет и даже совестью не страдает! – едва ли не прорычала Ира. – Трудится на благо системы образования, не покладая рук, ног и других частей тела.

– В смысле? – заподозрила неладное я.

– В смысле – любовница у него на кафедре.

Последнюю фразу подруга произнесла сдавленным голосом, и вновь послышались всхлипы.

– Нет, погоди… Мне кажется, бессонная ночь не пошла тебе на пользу. Ты сейчас странные выводы делаешь. Ну не мог Ларин, которого я знаю, так поступить. Да он же вас с Маруськой обожает!

– Вот-вот, не мог он, – невесело рассмеялась Ира. – Отелло из себя строил доморощенного, а у самого рыльце-то в пушку оказалось!

Я покусала губы, раздумывая над новой информацией.

– Что именно ты увидела, расскажи по порядку, – попросила подругу. – Может, ты все неправильно поняла.

– Да что тут понимать? Блондинистая дрянь вокруг моего мужа круги нарезала: «Андрей Сергеевич то, Андрей Сергеевич се. Кофе, чай, какао, потанцуем?» И декольте ему в нос совала, а как меня заметила, так и вовсе запрыгнула на Ларина и присосалась!

– А он что?

– Что-что? Удовольствие получал, вот что!

– Со спущенными штанами? – уточнила я.

– Да при чем тут штаны, Вика? У моего мужа на кафедре молодая аспирантка, которая запустила руку ему в трусы.

– На минуточку, запустила или еще нет, ты не знаешь, а выводы уже сделала. Выдохни, Ира. Может, еще ничего не случилось.

– Я справки навела, эта Катенька недавно у них появилась, перевелась из другого города. Видимо, у них и закрутилось. Поэтому в последнее время Ларин сам не свой был. Он же у нас совестливый, ха! Скажешь, совпадение? Не верю.

– А Рогова ты уже не учитываешь? Да Андрей просто изводился от ревности, – выдала свою версию я.

– У меня с ним ничего не было, зато Ларину оказалось выгодно уцепиться за версию жены-предательницы, чтобы оправдать в собственных глазах свой поход налево, – раздраженно высказалась подруга и вдруг особенно горько всхлипнула. – Что мне делать, Вик?

– Во-первых, успокоиться, – посоветовала я, заранее зная, что не сработает. Когда балом правят эмоции, не до логики. – Во-вторых, встретиться с мужем и спокойно поговорить.

– Еще чего! – тут же вспыхнула она. – Он, значит, сосаться с некоторыми может, а мне разговоры разговаривать? Сам свалил к этой белобрысой малявке, так пусть наслаждается свободной жизнью. Завтра же подам на развод.

– Ир, не глупи. Неужели ты допустишь, чтобы из-за недопонимания ваш брак был разрушен? А вдруг ничего между ними и нет? Вдруг ты так же скора на выводы, как и твой Ларин? – закинула удочку я.

– Я же люблю его как дура! – вдруг завопила Ира. – Как он мог, Вика? У меня же внутри все горит теперь! Я дышать не могу…

– Ну-ну, – забормотала я, остро жалея, что между нами сотни километров. – Сама же говорила, что любовь слишком переоценивают…

– Идиотка потому что! Я ведь всерьез считала, что Андрей так себе, удобный вариант. Мужчина, которому я снисходительно позволяю себя любить, а как пропал и с другой увидела, так все…

– Что все?

– Все на свои места встало, мужа я люблю, понятно? И Рогов с ним даже рядом не стоял, хорошо, что в ресторан не пошла. Это было бы самой большой ошибкой в моей жизни, – призналась Ира.

– Если любишь, то найдешь в себе силы разобраться во всем, – поджала губы я. – Не руби сгоряча. Если Андрей действительно загулял, то порвать с ним всяческие отношения ты всегда успеешь.

– Может, ты и права… – помолчав, сказала подруга.

Мы еще немного поговорили на отвлеченные темы, а потом распрощались. Власов не возвращался, идти его искать по незнакомому дому мне было не по себе, поэтому я  сначала разложила вещи, послонялась по комнате, подышала воздухом на балконе… Попозже набрала бабушку с надеждой, что та уже сможет говорить.

Разговор оказался коротким и в то же время радостным. Агата все еще была слаба, но уже пыталась командовать.

– Береги себя, Викуля, – настоятельно просила бабушка. – И не влипни в неприятности, не заставляй меня мчаться разбираться с твоими обидчиками. Я ведь могу.

– Не сомневаюсь даже, – рассмеялась на эту угрозу я. – Все будет хорошо, теперь я в это верю.

И пусть жизнь у меня налаживалась, но в груди скреблось плохое предчувствие. И Демьян, героический муж, не спешил успокаивать. Так и не появился, ужинала я в одиночестве. Еду мне принесла женщина средних лет. Незнакомка была в строгом черном платье с белым кружевным воротничком и говорила на греческом, отчего я ничего не понимала. Хорошо еще, на общий сбор в столовую не позвали, не знаю, как бы выдержала допрос Власовых без Демьяна.

Засыпала я в тревожном одиночестве, на мои звонки Власов не отвечал… Убила бы за такую привычку игнорировать!

И эта возможность мне представилась. Утром.

Проснулась я, изнемогая от жары. В прямом смысле этого слова, словно в печке заснула! И дышалось с трудом…

Не температура резко повысилась, нет, это Демьян спокойненько подмял меня под себя, стиснул руками, как подушку, еще и ногу закинул на мое бедро. И пыхтел в макушку, наглая морда!

А мочевой пузырь тем временем настойчиво мне сигнализировал, что пора бы освободиться.

Только вот стоило попытаться вывернуться и отползти, как муж лишь сильнее прижал к себе. Здесь уж я отчетливо прочувствовала его «доброе утро», избавившись от сомнений, что показалось.

– Спи, рано еще, – пробурчал Власов.

– Пусти, я в туалет хочу, – взмолилась в ответ.

И мужчина нехотя разомкнул руки, позволив мне метнуться в уборную. Я и душ принять успела, и переодеться в гардеробной, а Демьян продолжал изображать из себя спящую красавицу.

– Где ты был? – не стала церемониться с ним, присев на кровать.

Мое терпение лопнуло. Я жаждала объяснений.

– Р-ревнуешь? – приоткрыл один глаз мужчина. – Хорошо.

И повернулся на другой бок, продемонстрировав мне оголенную спину. Нормально, да?

– Всего-то хочу знать, чтобы вовремя придумать оправдание перед твоими родственниками. Мне казалось,  именно тебе было важно, чтобы наш брак смотрелся настоящим, – как я ни сдерживалась, а ехидство все равно прорвалось наружу.