Мой милый победитель - Кристина Додд

Тем временем Адорна выбралась из экипажа, поднялась по ступенькам и заключила сына в объятия.

— Мой мальчик, что ты на этот раз натворил?

«Мальчику» пришлось наклониться, чтобы чмокнуть матушку в щеку. С едва заметным, незнакомым Шарлотте акцентом он отвечал:

— Я лишь посоветовал мужчинам держать своих жен в узде.

Юношеская влюбленность Шарлотты растаяла без следа.

— Винтер, как ты мог сказать такое в присутствии миссис Морден? Ты же знаешь, что она мнит себя особой голубой крови, к тому же Мордены настолько богаты и знатны, что могут позволить себе роскошь иметь собственное мнение.

— По правде говоря, больше всех оскорбилась леди Говард, — поразмыслив, ответил молодой человек. — Эта змея кокетничала со мной на глазах у собственного мужа.

Шарлотта сделала вид, что не слушает их разговор.

— У нас дамы не ограничены в общении с мужчинами, — возразила Адорна, — и легкий флирт вполне уместен.

— То есть это отвечает правилам приличия? Виконтесса качнула головой, словно взвешивая тонкости английского этикета и подбирая подходящее разъяснение.

— Конечно, если одна из сторон связана узами брака, женское кокетство не приветствуется, но…

— Какие могут быть «но»? Если противоречит правилам, значит, это неприлично! — Молодой человек обернулся к Шарлотте, которая, прихватив саквояж, с помощью Скитса как раз выбиралась из коляски. — А вы как думаете?

Шарлотта «думала», что мужчине, который отращивает волосы, как у женщины, и ходит босиком, не сподобившись даже застегнуть рубашку на все пуговицы, не пристало рассуждать о правилах приличия. Но безупречное воспитание не позволило девушке высказать свои соображения вслух. Вместо этого, сложив руки перед собой, она отвечала:

— Дело не в том, что об этом думаю я или вы. Хозяин дома обязан всегда помнить о гостеприимстве.

— Ваша правда, если в пустыне человеку отказывают в гостеприимстве, сохнуть его костям на солнышке! — Винтер задумчиво смотрел перед собой, вспоминая, наверное, бесконечные дюны и палящее солнце пустыни.

В этот момент позади него кто-то многозначительно кашлянул. Это вывело молодого человека из оцепенения. Он шагнул в сторону, позволяя Шарлотте пройти, и без лишних церемоний доложил:

— Кстати, о гостях, мама. Один тебя тут дожидается.

В дверях стоял со вкусом одетый господин. Адорна застыла от неожиданности. Пальцы невольно потянулись к воротничку, потом скользнули вниз.

— Лорд Бакнелл, — наконец произнесла она. — Дорогой мой, какой сюрприз! Всегда рада вас видеть, но я не предполагала… Вы застали меня врасплох! И вы… познакомились с моим сыном? — аристократичный голос виконтессы предательски дрогнул, но она все же заставила себя улыбнуться и шагнула к лорду, протянув ему обе руки.

Бакнелл, подтянутый представительный мужчина лет пятидесяти с благородной сединой и гордой осанкой, вышел ей навстречу. Он сдержанно пожал руки Адорны, словно лишь потому, что не ответить на такое радушное приветствие было невозможно.

— Да, мы беседовали с вашим сыном, — отвечал лорд. — Отрадно видеть его дома после стольких лет отсутствия! Вы, леди Раскин, должно быть, очень счастливы. Я знаю, исчезновение сына причинило вам бесконечные страдания.

— Вы правы, — вздохнула виконтесса. — Но я же говорила вам, что он жив! — добавила она звонко, по-девичьи засмеявшись.

— Говорили, — натянутая улыбка Бакнелла контрастировала с неподдельной радостью Адорны. Должно быть, его смущал откровенный взгляд Винтера, исподтишка следившего за ним.

Шарлотта взошла на террасу, и Винтер, словно хищник с косматой гривой, переключил свое внимание на нее. Он обошел недвижно стоявшую девушку, разглядывая ее, словно редкое животное в зоопарке.

Шарлотта не снизошла до того, чтобы вызывающе посмотреть в ответ, но глаз с ложной скромностью отводить не стала. Леди Далрампл непросто вывести из себя. Чем скорее он это поймет, тем больше времени и сил сэкономит им обоим.

За время своих странствий молодой человек очень вырос и возмужал. Теперь он был выше Шарлотты на целый фут, а то и больше. Винтер высился над девушкой всей своей громадой, но она невозмутимо смотрела на него в ответ.

Он мог служить наглядным пособием по геометрии, поскольку черты его лица наводили на мысли о тех или иных фигурах. Красивый прямой лоб — прямоугольник. Нос — треугольник. Нижняя челюсть — квадрат. От брови по правой щеке тянулась секущая — длинный шрам. Шарлотта отметила, что теперь карие глаза молодого человека не контрастируют с некогда бледной кожей. Под жарким солнцем Эль-Бахара она загорела до цвета румяной хлебной корки, а белокурые волосы, напротив, стали еще светлее. Удивительно, его темные ресницы и брови остались прежними, но куда девалась байроновская меланхолия. Нынешний Винтер смотрел на мир открыто, с живым интересом. Иное малодушное создание под таким взглядом враз бы стушевалось.

— Мама, она отвечает всем нашим требованиям? — молодой человек обращался к матери так, словно Шарлотта или не слышала его, или ее вовсе тут не было. Разумеется, подобное пренебрежение по отношению к слугам было у господ в ходу, но гувернантки принадлежали к некой неопределенной прослойке между прислугой и знатью. Более того — как знаток светского этикета и образчик благородных манер, Шарлотта могла рассчитывать на исключительно уважительное обращение. Но Винтер, похоже, был выше подобных тонкостей.

Шарлотта сочла бы своим долгом принять обиженный вид — вот только ей не терпелось услышать ответ.

— Мам, — снова позвал Винтер.

— М-да? — Адорна любезничала с лордом Бакнеллом, и ей не было дела до сцены, разыгравшейся у входа на террасу. — Ах, да, абсолютно.

— Но она так молода и так хороша собой!

Долгие годы скитаний по пустыне, судя по всему, пагубно сказались на умственных способностях молодого человека.

Шарлотта лишь крепче сжала ручку саквояжа и с ледяной холодностью отвечала:

— Молодость и привлекательная внешность не исключают наличия высоких профессиональных качеств.

— Не исключают? Что ж, увидим.

Кровь прилила к щекам девушки. Без особой на то причины, заверила она себя. Всякий раз на новом месте ее поначалу недооценивали. Но чтобы какой-то варвар вот так, в открытую, усомнился в ее способностях… это уж слишком!

Виконтесса, спохватившись, представила молодых людей Друг другу:

Мисс Далрампл, разрешите представить вам моего сына Винтера, виконта Раскина. Винтер, это леди Шарлотта Далрампл, гувернантка для… точнее, специалист по этикету.

Лорд Бакнелл неодобрительно кашлянул. Но Шарлотту этот сноб с его покашливанием нисколько не волновал. Винтер, виконт Раскин, — вот к кому было приковано ее внимание. Решив не придавать значения личным комментариям, перекрестной беседе и бесстыдным взглядам, девушка присела в книксене.