Мой милый победитель - Кристина Додд

Виконтесса встала, а вслед за ней и две другие дамы.

— Леди Шарлотта, я пришлю за вами экипаж в одиннадцать. Мы едем в Сюррей[4], так что на месте будем ближе к вечеру.

Это казалось невозможным, но от девушки повеяло еще большим холодом.

— С нетерпением жду встречи с вами, леди Раскин, — только и сказала она в ответ, сделав вежливый книксен.

Шарлотта и Ханна прислушивались к шагам леди Раскин, эхом отдававшимся в холле. Они слышали, как Кушон помог ей одеться и проводил к выходу. За виконтессой затворилась парадная дверь, а девушки все стояли, словно желая убедиться, что гостья действительно ушла. И тут…

Вздох облегчения вырвался у Ханны. Обхватив Шарлотту за талию, она закружила ее по комнате, не в силах совладать с нахлынувшей радостью. Шарлотта рассмеялась и — о, неслыханная вольность! — позволила подруге закружить себя в безумном танце.

От черного входа раздался стук каблучков и через мгновение в комнату вбежала… леди Темперли! На ней было все то же тяжелое одеяние, но шляпу с вуалью «графиня» сняла и держала в руке, явив премилое лицо молодой женщины.

— Получилось? — взволнованно спросила она.

— Получилось! Получилось! — пропела в ответ Ханна.

— Она берет Шарлотту? И готова оплатить услуги по подбору гувернантки?

— Да, Памелла, да! И берет, и оплачивает! — Шарлотта улыбалась. — Сотня фунтов! Ханна и глазом не моргнула, запросив такую сумму.

Мисс Памелла Локхарт подбросила шляпку в воздух и закружилась вместе с подругами.

С неизменной важностью в комнату вошел Кушон и, когда девушки, запыхавшись, остановились, сказал:

— Если леди не возражают, пришло время праздничного тоста.

— О да, Кушон, спасибо, — весело отозвалась Ханна.

Карие глаза девушки озорно блестели и, когда старик-дворецкий смахнул пыль с бутылки бренди, откупорил ее и налил в бокалы приличествующее дамам количество напитка, она предложила:

— Кушон, налейте и себе. Без вашей помощи мы бы ни за что не сумели осуществить задуманное.

— Благодарю, миледи, — с поклоном отвечал Кушон. — Вы же знаете, мы с поваром очень надеемся на успех вашего предприятия. В наши годы было бы непросто найти новое место.

— Я знаю: у нас все получится, — заверила старика Памелла.

— Я тоже верю в это. — Дворецкий выпил свой бренди и потихоньку удалился.

Девушки последовали примеру Кушона и тоже подняли бокалы.

— Выпьем за настоящую леди Темперли, — предложила Ханна. — Упокой, Господи, ее щедрую душу.

— За леди Темперли, — Шарлотта пригубила бренди и поморщилась. — Какая гадость!

— Зажмурься и выпей, — подбодрила подругу Ханна. — Это очищает кровь.

Памелла рассмеялась:

— Сказки престарелых замужних дам. А ты не старая и вовсе даже не замужняя.

Ханна состроила гримаску в ответ.

Взгляд Шарлотты упал на бутафорский наряд Памеллы, и она сразу помрачнела.

— Неужели это было так необходимо? — спросила она, коснувшись шляпки с вуалью.

Шарлотта всегда была рьяной поборницей правды. Ханна и Памелла переглянулись и принялись убеждать подругу, что не сделали ничего предосудительного.

— Мы же договорились, — начала Памелла. — Что плохого в создании иллюзии успеха? Ведь это лишь помогло нашему первому клиенту почувствовать себя увереннее.

— Мы начинаем новое дело и просто обязаны преуспеть, иначе потеряем этот особняк, — Ханна обвела комнату рукой. — Леди Темперли оставила его мне, но денег на его содержание совсем нет. Ты ведь не хочешь, чтобы из-за недостатка средств мы лишились дома?

— Нет, но…

— Нам просто очень повезло, — Ханна обняла подругу за плечи и подвела ее к камину. — В этом доме мы будем обучать других девушек, а те, кто еще не нашел места, смогут временно здесь жить. Мы, учредители Высшей школы гувернанток, передадим свой опыт нашим ученицам, и представители высшего света станут платить нам за подбор гувернанток из числа выпускниц школы.

— Но мы не те, за кого себя выдаем, — Шарлотта с унылым видом опустилась в кресло.

— Как это, «не те»? Ты — леди Шарлотта Далрампл, известная также под именем мисс Присс, заслужившая всеобщее признание свим мастерством в обучении юных отпрысков знати правилам поведения в обществе. Она — мисс Ханна Сеттерингтон, компаньонка старой леди Темперли, любительницы путешествий, почившей всего месяц назад. А я — мисс Памелла Локхарт, — девушка приняла театральную позу, — или стану ею, как только сниму это тряпье.

Шарлотта по-прежнему казалась удрученной.

— Я десять лет работаю с детьми, — справедливо заметила Памелла. — Ханна действительно была компаньонкой леди Темперли, У нас достаточно опыта и знаний, чтобы осуществить задуманное.

— Если мы найдем работу и поднакопим денег, то сможем поддерживать других девушек, которым, как и нам когда-то, по окончании срока их службы будет некуда идти, — Ханна знала, что этот довод положит конец спору. Для всех троих это был самый веский аргумент. — Это, конечно же, стоит той маленькой уловки, к которой мы прибегли в отношении леди Раскин.

— Да, пожалуй, — Шарлотта пожала плечами. — Если у нас получится, никто не проиграет.

— Вот и славно. И я уверена, на самом деле ты приуныла оттого… — Ханна осеклась.

— Отчего? — встрепенулась Памелла. Шарлотта залпом выпила презренный бренди.

— Оттого, что мое новое место работы находится в Сюррее.

— О нет! — Памелла тяжело опустилась на скамеечку для ног. — Только не это!

— Какая, в сущности, разница? — вздохнула Шарлотта, хотя все трое знали, что она кривит душой, — Я просто, как всегда, буду делать свое дело, и все обойдется.