Сиэль. Следы на снегу (СИ) - Алиса Жданова

68

Следующие дни слились в одну полосу. Длинные и сложные ритуалы поминовения. Мне пришлось участвовать едва ли в половине положенных церемоний — от части меня освободили, опасаясь переутомления — но и тех хватило. Бесконечные совещания кабинета министров, про которые мне шепотом рассказала Майя, и напряженная атмосфера.

Майя переселилась в мою комнату вместе с двумя другими служанками, подозрительно крепкими и немногословными. Я предположила, что они — замаскированные стражницы, приставленные для охраны. Так же несколько вооруженных людей стояли за дверями покоев, а из самих комнат меня никуда не выпускали. Полагаю, опасались того, что убийца, поразивший императора, может вернуться за мной. Ну или того, что кто-то из придворных решит устранить меня, потому что я внезапно оказалась значительной политической фигурой. Но, как обычно в моей жизни, снова не могла ничего решать.

Я носила под сердцем наследника престола — оказалось, император Арнел успел подписать соответствующие бумаги и распоряжения. Поэтому речь о передаче престола младшей ветви правящего рода хоть и зашла, то эту тему тут же замяли. Меня быстро объявили вдовствующей императрицей, а ребенка — будущим императором.

И, конечно же, тут же встал вопрос регентства. В империи бывали случаи, когда мать становилась регентом при малолетнем правителе. Но я не имела для этого ни опыта, ни желания, ни политического влияния. Поэтому эту мысль отбросили, толком не успел обсудить. И через несколько дней жарких прений кабинет министров почти единогласно утвердил на должность лорда Каэла.

Когда я услышала эту новость, то почти не удивилась. Хотя могла бы — как у совсем недавно восстановленного в правах герцога Картрайта оказалось столько союзников? Куда делись все братья покойного императора — неужели они так легко отказались от власти? Где, в конце концов, оппозиция?

Впрочем, когда я попыталась вспомнить сколько-нибудь серьезного противника лорда Каэла во дворце, то на ум приходил лишь министр Линдон. Да и тот враждовал с ним без огонька и не доставил серьезных проблем. Его вмешательство иногда было даже на руку лорда Каэлу — например, когда тот ловко использовал придирки министра и заставил меня выступать с танцем.

А была ли эта оппозиция? Или все — лишь спектакль? Что еще подстроил лорд Каэл?

Не мог ли он организовать убийство императора?

Вспомнив руку правителя, безжизненно упавшую на землю, протяжный рев дракона и одинокую каплю на своей ладони, я судорожно вздохнула. Я не любила императора и после его кончины не оплакивала его, что было несколько неприлично, учитывая то, что даже Майя то и дело разражалась рыданиями. Но почему-то я все равно постоянно думала о правителе, сверля стену отсутствующим взглядом, и сердце охватывала горькая печаль.

Наверное, все люди вокруг незаметно прорастают в наши души, пускают корни. И когда они покидают нас, то вырывают с собой кусок сердца — даже если нам кажется, что при жизни они мало для нас значили.

Майя честно пыталась утешить меня — или больше себя — но получалось у нее плоховато. Потому что ее главным аргументом было то, что регент Картрайт обязательно найдет убийцу и отомстит за императора.

Регент Картрайт, то есть, лорд Каэл. Хотя он и был занят прениями с кабинетом министров, но все равно не забыл распорядиться, чтобы мне перестали приносить всякую гадость, за что я была ему очень благодарна — без отвара из морских коньков я как-нибудь проживу. Но когда мужчина явился вчера, я сослалась на плохое самочувствие и попросила Майю передать, что встречусь с ним в другой день: мне не давали покоя зреющие внутри подозрения, но я еще не собралась с силами, чтобы их озвучить.

Виноват ли лорд Каэл в смерти императора? Мог ли он планировать это с самого начала? В тот раз, когда мы разговаривали во дворце Ханэй, мужчина сказал, что собирался только пропихнуть меня на место императрицы. Но… может, дракон не был полностью честен?

Я вспомнила холодный, наполненный сдержанной ненавистью взгляд лорда Каэла у ворот наложниц перед тем, как тот передал меня императору. Тогда он сказал, что правитель ответит за то, как обошелся со мной.

Неужели мужчина исполнил свои угрозы?

— Ваше величество, — ворвавшаяся в покои Майя была непривычно взволнована. — Наемный убийца! Его схватили и допросили. Оказалось, он действовал по указу министра Пассона! Тот успел заплатить за покушение до своей казни. Теперь убийцу прикончат каким-нибудь зверским способом, — лицо девушки перекосилось от ненависти. — Может, будут пытать, а потом четвертуют, а может, сначала отрежут ноги, и руки, и…

— Он признался, что за яд был на стреле? — поспешно перебила я, не желая выслушивать дальнейшие кровожадные предположения.

— Сок бессонника и запрещенные заклинания, — рассеянно отозвалась девушка. По-видимому, эта тема не была так интересна ей, как обсуждения пыток. — Из тех, что могут убить даже дракона. Кстати, насчет драконов, — вспомнила она, — регент Картрайт просил передать, что опасности больше нет, и вы можете выходить из покоев.

Я задумчиво закусила губу и, вдруг решившись, спросила:

— Где он?

— Регент Картрайт? — удивленно переспросила девушка. — Вроде бы поехал во дворец Ханэй. Я слышала, он велел седлать лошадь. А что?

— Время проведать его, — мрачно отозвалась я и направилась к дверям покоев. Лорд Каэл же сказал, что опасности нет, и мне можно спокойно гулять? Вот и пойду, прогуляюсь. По городу.

Майя тут же округлила глаза, но, к счастью, не стала меня отговаривать. Коротко кивнув, она понеслась за мной, на ходу раздавая распоряжения о повозке о охране, и я невольно выдохнула: сражаться со стражниками у ворот за право выйти не хотелось. Как и перекидываться в феникса и лететь своим ходом — все-таки я еще опасалась превращаться в огромную огненную птицу. Вдруг у меня не получится? Или, еще хуже, получится, и я улечу куда-нибудь не туда?

Был уже вечер. Дворцовые здания тонули в синих сумерках, разрезаемых теплым светом фонарей — уютная картина, от которой губы невольно тронула легкая улыбка. Но тут я вспомнила, что сейчас увижу лорда Каэла, и сердце тут же судорожно застучало, а ладони вспотели от волнения. Невольно захотелось оттянуть начало неприятного разговора. Однако дворец Ханэй был слишком близко, и мы прибыли на место уже через несколько минут.

Скомандовав Майе и служанкам-стражницам ждать меня в повозке, я поднялась по лестнице, и, выдохнув, вошла внутрь.

Двери бесшумно распахивались от легчайшего толчка: кто-то явно смазал петли. На полу не было