Сиэль. Следы на снегу (СИ) - Алиса Жданова

— Я не буду это пить! — категорично заявила я, а затем встала и отошла подальше от стола. — Унесите!

В конце концов, я тут будущая правительница или как? Могу я сама решать, что мне есть и пить?

Лекарь, бросив на меня неуверенный взгляд, все же поклонился и унес плошку с зельем. Облегченно выдохнув, я упала на стул. Неужели получилось?

Как бы не так… Уже через несколько минут двери со стуком распахнулись, и, шарахнувшись о стену, хрустнули так жалобно, что я испугалась за их целостность. А в мои покои ступил мрачный император.

— Все вон, — бросил он в пространство.

Этого оказалось достаточно. Комнаты тут же опустели, словно правитель собирался сожрать всех, кого найдет тут.

Впрочем, он глянул на меня с таким выражением, что вряд ли это предположение было далеко от правды. Я неуверенно попятилась, неотрывно глядя на плошку в его руках. Ту самую, с вонючим отваром гребешков, то есть, морских коньков.

— Мне сказали, ты не слушаешься лекарей, — произнес правитель обманчиво мягким тоном, делая шаг вперед. Я испуганно сглотнула, ничего не ответив. За мой спиной оказалась кровать, которая подперла под коленки, из-за чего пришлось остановиться — и смотреть, как император неспешно подбирается ближе, как хищник к попавшей в ловушку добыче. — Я хотел, чтобы ты уяснила, — вдруг одним движением опрокинул меня на постель, император зажал мне нос и, когда от недостатка воздуха пришлось открыть рот, влил в меня мерзкое лекарство, — что твое мнение тут ничего не значит.

Я испуганно закашлялась — часть варева попала не в то горло — и прижала рукав к губам, сдерживая тошноту. Фу… Ну и гадость!

Пальцы мужчины легли на мое горло, и я, уже дернувшаяся, чтобы откатиться от него, замерла. Он же не собирается… задушить меня?

— Разве я могу что-то тебе сделать? — мягко улыбнулся дракон, правильно расшифровав мой испуганный взгляд. Его пальцы погладили мое горло почти нежно, что на фоне того, как крепко он прижимал меня к кровати, пугало до чертиков. — А вот Эттрейо… — почти мечтательный взгляд, обращенный на меня, блеснул холодном. — Хочешь, чтобы он жил — делай то, что велено. После твоей коронации я отправлю его на север, как и планировал. И то, выживет ли он там, будет зависеть от тебя.

Вдруг нависнув надо мной, дракон добавил, четко проговаривая слова, чтобы они точно дошли до моего сознания:

— Ты теперь не человек, Сиэль. Ты аквариум, в котором растет очень ценная рыбка. Хорошенькой усвой это. Хотя, — тут он усмехнулся, — все еще весьма привлекательный аквариум.

Наклонившись, император Арнел вдруг на миг прижался к моим губам — и, тут же отстранившись, вышел, с шумом хлопнув дверью. А я осталась лежать, сдерживая тошноту. Частично — от отвара из коньков, частично — от отвращения из-за императорского поцелуя. И от охвативших меня страха пополам с безнадежностью.

Глупо было думать, что, став императрицей, я смогу как-то помочь лорду Каэлу. Я не смогу даже защитить его. Скорее — стану причиной несчастья, если вдруг разочарую императора. На глаза невольно навернулись слезы, но пришлось сморгнуть их из-за вернувшейся в покои Майи с младшими служанками.

Ну и жизнь ожидает меня тут… Лучше был лорд Каэл не спасал меня от яда. Уже бы отмучалась.

Стычка с императором вконец вымотала, так что вчера вечером я заснула очень рано. И сегодня проснулась ни свет, ни заря. Впрочем, это к лучшему — все равно нужно было встать пораньше и приготовиться к, как считали все вокруг, самому важному событию в моей жизни. Коронации.

Вспомнив о церемонии, я передернулась. Да уж… Давно прошли те времена, когда я считала, что чем выше положение человека, тем больше у него свободы. Сейчас, практически став самой высокопоставленной женщиной в стране, я и шагу не могла ступить без постоянного надзора. Если бы это было возможно, я бы с радостью уступила сомнительную честь другому — но, благодаря проклятию матери лорда Каэла, выбора не было. Ни у кого из нас.

Лорд Каэл. Сегодня мы с ним увидимся — в последний раз перед его отъездом. Я думала об этом все время, пока служанки причесывали и упаковывали меня в сложный церемонный наряд. Как он себя чувствует? Полностью ли поправился?

Сумеет ли он защитить свою жизнь, если император решит осуществить недавние угрозы?

От этих мыслей меня охватил уже привычный страх и тоскливая безнадежность, и служанке пришлось окликать меня дважды.

— Госпожа! Госпожа! — вздрогнув, я наконец вынырнула из мыслей. — Вам нравится?

Я окинула отражение в зеркале безразличным взглядом. Угольно-черное платье, под стать императорскому. Варварски-роскошные украшения, броский макияж: черный мне не шел, и девушкам пришлось приложить немало усилий, чтобы придать лицу цветущий вид. Если не знать, какой несчастной я чувствовала себя, то можно принять девушку в зеркальном отражении за довольную жизнью, уверенную в себе будущую императрицу.

Вздохнув, я поблагодарила девушек и зашагала к выходу. В снедающем меня страхе за лорда Каэла был один плюс: я совершенно не переживала о церемонии. Ну что мне сделают, если я перепутаю и, например, пойду вместо права влево? Ровным счетом ничего. Разве что принесут очередное мерзкое варево для улучшения памяти.

На улице было еще ранее утро: в империи верили, что самые важные события должны происходить именно в эту часть дня. Однако, несмотря на это, стоило мне показаться на пороге дворца, как взгляд упал на плотную толпу придворных. Обряженные в официальные одежды, они все, как один, пялились на меня, и я тут же испытала малодушный порыв сбежать.

Нет, уже поздно. Надо было бежать, пока была возможность, которую подарил мне лорд Каэл. Кстати, где он?

Взгляд скользнул по толпе, и я углядела его высокую фигуру. Он стоял в первом ряду в темно-сером одеянии министра. При взгляде на светлые волосы дракона сердце сжалось от боли пополам с горечью. А его глаза… Глаза были неотрывно устремлены на меня, и в них читалось тщательно скрываемое беспокойство.

Я попыталась улыбнуться: вроде бы не ему, а в толпу, и с облегчением отметила ответное, чуть заметное движение губ. На душе полегчало: он, похоже, в порядке!

— Сиэль, — раздалось сзади, и сбоку от меня появился император. Правитель держался неестественно прямо, а его голову венчала императорская корона. Моя улыбка тут же увяла. — Пойдем, — и он предложил мне руку.

Помешкав лишь миг, я положила внезапно задрожавшие пальцы на его кисть, и мы пошли вперед.

Широкая, выложенная мрамором тропа, по которой мы ступаем — границу не