Вдвое больше притворства - Лорен Блэйкли

Возможно, я ошибаюсь, но мне кажется, что Леджер глядит на нас с явным интересом. Однако на кого именно он глядит? На Обри, или Айви, или на кого-то еще? Я не уверена, но издалека вижу, как блестят его глаза.

Надо будет поговорить с парнями и спросить, что они думают. Но сейчас я продолжаю беседовать с подругами, а потом присоединяюсь к любимым для фото.

Позже, вечером, мы втроем устраиваемся на диване, и я готовлю пост для страницы Райкера. Пишу: «Соперники и их девушка». И добавляю сердечко.

Показываю ему. Он поднимает бровь.

– Серьезно? Сердечко?

Чейз смеется.

– Это просто смайлик!

– Это новый имидж, – ворчит Райкер.

– Это новый мир, – поправляет его Чейз.

Смотрю на одного, потом на другого:

– Да. Да, так и есть.

* * *

Социальные сети не встречают нас с распростертыми объятиями. Там множество вопросов, косых взглядов и недоумевающих хоккейных фанатов. Во время завтрака телефоны Райкера и Чейза разрываются от уведомлений от прессы – даже не хоккейной. Им пишут Page Six и прочие сайты о знаменитостях.

Мне все это кажется странным. Ненастоящим.

Я беспокоюсь за них. Они ведь мои – я не могу не беспокоиться. Опускаю ладонь на сильную руку Райкера.

– Надеюсь, это не скажется плохо на твоих отношениях с командой и на всем, что мы пытались сделать, – говорю я. – Особенно после того подкаста.

– Не скажется. Команду это не беспокоило: ребята знают, что я не контролирую медиа. Они просто хотели, чтобы я чаще мелькал в интернете, – говорит он и притворно вздрагивает.

– Тебе это все еще не нравится, – смеюсь я.

Чейз присоединяется.

– И никогда не понравится, наверное! – говорит он.

– Вот именно, – подтверждает Райкер. – Но я все равно это сделаю. Раз это важно для людей, которыми я дорожу. Например, для моей команды.

Я влюбляюсь в него еще сильнее.

Поворачиваюсь к Чейзу:

– Тебя это не будет отвлекать? Что если я и правда приносила тебе неудачу?

Он усмехается:

– Иногда ты побеждаешь, иногда проигрываешь. Но ты показала, что в моей жизни есть место и для любви, и для хоккея.

Он тоже заставляет мое сердце биться чаще.

– Вот настоящая проблема, – добавляет он, показывая мне свою ленту.

Среди бесчисленных «Какого черта?» и «Извращенцы!» встречаются комментарии типа «Круто!», «На свадьбу позовете?» и «Делайте что хотите до тех пор, пока она не болеет за "Си Догз"».

Райкер на меня смотрит серьезно.

– Видишь? Только это и важно! Ты теперь поклонница «Эвенджерс», Трина.

Чейз откашливается.

– Она болеет за «Си Догз» – и точка.

– «Эвенджерс».

– «Си Догз».

Кажется, это моя главная забота! Значит, самое время выключить телефоны и прекратить волноваться обо всем, что нам неподвластно.

У меня есть мои парни, мой песик и несколько книжек к прочтению. Все остальное – суета.

Еще один эпилог. С двумя спортсменами

Трина

Проходит год, и я разрываюсь.

Серьезно, это очень трудно! Я в ВИП-ложе в своем особом джерси угощаюсь брускеттой с авокадо, но чувствую, как будто сейчас разорвусь надвое.

– В группе поддержки троиц меня о таком не предупреждали! – в шутку говорю я Обри, только я совсем не шучу.

Отношения с игроками из разных команд очень резко влияют на преданность спорту. Моя за последний год возросла до небес, потому что я сделалась из хоккеененавистницы рьяной фанаткой.

Год выдался непростым. Пресса чуть ли не под микроскопом рассматривала и меня, и моих мужчин, но мы справились, и бо́льшая часть этого уже позади. Все, что имеет значение, – что мои парни счастливы, а наши семьи нас принимают, и так оно и есть.

К тому же никого, кроме нас, не касается, что мы делаем за закрытыми дверьми. И наши задверные занятия – они того стоят. У нас все по любви: я люблю Райкера и Чейза – они любят меня.

Но я люблю не только их. Хоккей тоже запал мне в сердце. Только попробуйте сказать, что есть спорт лучше! Только вот сейчас «Си Догз» играют против «Эвенджерс», и счет пока равный.

– Что мне делать? – спрашиваю я, но это вопрос ко Вселенной. На него нет ответа.

– Это же очевидно: отсоси обоим, независимо от исхода, – припечатывает Обри.

– Это само собой! Но все равно, – говорю я, глядя на лед, где ребята несутся на бешеной скорости.

Но тут объявляют телевизионный тайм-аут. Я отвлекаюсь от арены и поворачиваюсь к подруге.

Она рассказывала мне о своем новом парне и о том, как у них все сложно. Я слушаю, советую, как могу, и надеюсь, что мои слова помогут ей так же, как она помогла мне год назад.

Прошедший год был хорош по многим причинам. Книжный клуб вырос в три раза. В магазине дела обстоят прекрасно. Мы продали джерси с автографами и собрали неплохую сумму для приюта, откуда я взяла Начо. Мой малыш, к слову, победил на недавних соревнованиях по аджилити.

Серьезно, он лучший пес на свете! А еще он завязал есть мое белье.

О, а еще Селену-Эбби раскрыли! Сначала я думала, что ее выследил какой-нибудь усердный репортер. Потом – что мой книжный клуб совместными усилиями вычислил, кто она такая. Потому что с их гениальными умами это не сложно! Наконец, я представила, что ее рассекретили ребята из «Эвенджерс» и «Си Догз».

Ничего подобного! Три предположения – и все мимо. Это была моя сестра. Кэсси применила всю свою решимость и выяснила, кто скрывается за личиной Каскадерши.

Теперь, готова поспорить, бывшей моих мальчиков будет нелегко проворачивать свои аферы, раз уж все на свете знают ее имя, лицо и голос.

Какая жалость!

Что до Джаспера, до меня доходили слухи, что он все еще ищет счастья на сайтах знакомств, но получает от ворот поворот каждый раз, когда женщины узнают, кто он. Тот парень, который изменил девушке на глазах у ее собаки.

Похоже, этот факт – его позорное клеймо.

И хорошо!

Рада, что он больше не появлялся и я ни разу не видела его на матчах.

Зато у меня на обеих аренах отличные места. Бонус к тому, что я встречаюсь с двумя спортсменами.

* * *

Игра заканчивается, и я жду своих парней в коридоре. Вот они, идут в своих костюмах, чтобы провести со мной ВИП-вечер в городе. Эта парочка – лучшее, что случилось со мной за весь год. Мы видимся не каждый день и даже не каждую