Вдвое больше притворства - Лорен Блэйкли

Это просто часть моей жизни.

Мы с Айви болтаем о ее работе и о бабушке, наслаждаясь хумусом, но через несколько минут она решительно ставит на стол свой бокал с мохито.

– Хватит трепаться. Что у вас с Триной и Чейзом?

– Кто-то не ходит вокруг да около, – присвистываю я под впечатлением от ее прямоты.

Она даже бровью не поводит.

– Рассказывай. Знаешь, так поступают, когда что-то беспокоит.

Но с чего мне начать? Ситуация кажется мне безвыходной, опустошающей. Провожу рукой по бороде, обдумывая пути отступления, хотя и знаю, что это бесполезно. Но, возможно, я больше не хочу отступать. Может, я готов… общаться?

– В общем, после свадьбы мы грандиозно разругались, – начинаю я и рассказываю ей, что произошло.

Что сказал я. Что сказал Чейз. Как сначала ушла она, а потом и я. И что с тех пор мы с Чейзом не разговаривали, а еще я не могу перестать думать о Трине.

– Во-первых, ты на него злишься. Я тебя понимаю, – отвечает сестра. Потом наклоняет голову и внимательно смотрит на меня глубокими синими глазами. – Кажется, ты по ней очень скучаешь.

Часть меня хочет от этого откреститься, хотя я и понимаю, что это бессмысленно. Айви слишком хорошо меня знает и видит насквозь. Так что я просто киваю.

– Мне не хватает ее, как воздуха, – наконец признаюсь я и делаю глоток пива, как будто это придаст мне храбрости. – Но все сложно.

Она смеется и качает головой:

– Райкер, естественно, это сложно! Поэтому тебе надо поговорить с Чейзом, а потом научиться снова дышать.

Я на секунду закрываю глаза и вспоминаю Трину. Вспоминаю, как с ней чувствовал, что меня понимают. Принимают. Чувствовал, что мне доверяют, и доверял в ответ. Ей, себе, и, будем честны, своему лучшему другу.

Такое странное чувство – мечтать обо всем этом! Чтобы она была со мной, но и с моим другом тоже. Чтобы дарить ей любовь, которой она достойна…

Захочет ли она этого? Захочет ли снова видеться с нами? Понятия не имею! Но пришло время исправить ошибки.

Я больше не могу его избегать. Да мне и не хочется.

Глава 40. Что, если так бывает?

Трина

Дверь моей студии широко распахивается, впуская нас с Обри. Вечер субботы. В квартире пахнет краской и свежестью, и у меня, наконец, есть собственное пространство. Оно начинает становиться похожим на дом, особенно когда Начо бежит ко мне, чтобы поздороваться. Поднимаю милашку на руки и приветственно целую.

– Я по тебе тоже соскучилась! Но мы были на фермерском рынке всего полчаса, – говорю я.

В пересчете на собачье время это целая вечность, поэтому он целует меня еще минуту, а потом устраивается на лежанке и довольно пыхтит.

Я направляюсь к кухонной столешнице, где Обри ставит купленные нами маргаритки в вазу. Она делает шаг назад и окидывает комнату взглядом.

– Вот так, – говорю я, потому что мы наконец справились. Обри помогала мне сделать эту студию домом. Моим собственным домом – и одной маленькой собачки. Только для нас двоих. – Выглядит прекрасно! Все благодаря цветам.

Подруга довольно озирается, но потом смотрит на меня зорким взглядом лучшей подруги.

– Все и правда замечательно! Но раз теперь мы наедине, рассказывай. Как ты себя чувствуешь?

Мое сердце отзывается болью.

– Грустно, – признаюсь я, а потом живо заталкиваю эту мысль куда подальше и заставляю себя звучать более жизнерадостно: – Но знаешь что? Все будет хорошо. Со временем все будет хорошо.

– Не надо притворяться сильной со мной, – говорит Обри и направляется к дивану, который уже был в квартире. Да здравствуют меблированные студии!

– Уже почти неделя прошла. Все нормально. Я в полном порядке, – говорю я. Остаюсь сильной и не вешаю нос.

– Ты уверена? – спрашивает она, не давая мне спуску.

Обри похлопывает по дивану. Я сажусь рядом и приваливаюсь к ней, благодарная за то, что подруга заставляет меня во всем признаться.

– Я все еще по ним скучаю. Всю неделю скучала. Просто до боли. Но что я могу поделать?

Сажусь прямо, выдыхаю. Пытаюсь отпустить их – в который раз за последние семь дней. И снова безуспешно. В моем сердце – зияющая рана в форме Чейза и Райкера, и не похоже, что она скоро затянется.

– Ну, – говорит Обри, встречаясь со мной взглядом, – ты могла бы с ними поговорить.

Содрогаюсь.

– Поговорить? Б-р-р. Это еще что такое? Наверняка что-то страшное!

Она смеется в ответ, но вскоре снова делается серьезной.

– Но ты и правда могла бы, Трина, – уговаривает она.

– Я уже. Ведь я им буквально призналась, – говорю я. Подруга это знает: она слышала мою историю от и до, когда мы топили мое горе в дешевом вине, заедая его начос – одним из моих любимых блюд. – Чейз ничего не ответил, Райкер тупо сказал, что хорошо провел время.

– Знаю. Но мне кажется, что тогда столько всего происходило… Чейз был немного не в себе. По-моему, он правда хотел, как лучше. А Райкер в тебя по уши влюблен, поэтому и рассердился.

Мне бы ее оптимизм! Серьезно.

– Это не значит, что он хочет быть со мной. И это нормально. Сама подумай: как много людей находят любовь всей своей жизни всего через несколько недель после того, как их урод-бывший им изменяет? Так не бывает!

А вот что бывает: вожделение, тоска, желание. И следом за ними – понимание, что нужно двигаться дальше. Мне придется с этим смириться, хотя душа ноет и рвется к двум мужчинам, которых я вовсе не ожидала полюбить.

– А что, если бывает? – с надеждой говорит Обри.

Какой соблазнительный, заманчивый вопрос! Для книжного клуба. Для мечтателей с горящими глазами. Я задам его завтра вечером своим дамам.

Но в реальном мире? Как бы мне ни хотелось – а я мечтаю об этом всей душой, – это только фантазии.

Раньше я думала, что нам троим не суждено быть вместе из-за моей семьи. Из-за сестры. Из-за того, что я не оправдываю их ожидания. Но за неделю с Чейзом и Райкером я научилась не брать во внимание чужие планы на мою жизнь. Научилась принимать свою неорганизованность.

Я научилась принимать себя со всеми своими причудливыми, нелепыми, плохо обдуманными поступками. Включая то, что я влюбилась в двоих мужчин. Вообразила себе