Индейское лето - Евгения Перова

Вечер того же дня. Лена и Таня сидят в полумраке на кухне – горят две толстые свечки в стеклянных разноцветных подсвечниках. Татьяна курит, выпуская дым колечками, а Лена грызет грецкие орехи, одновременно раскладывая карты на гадание. Из комнаты время от времени доносятся вопли, визги и звуки компьютерной игры.

– Надо же, какая штука удобная! – говорит Таня.

– Какая?

– Да вот, куда ты орех кладешь!

– Ага! Это мы в Крыму камень нашли – выемка прямо под орех грецкий. Очень удобно колоть. На! – она протягивает Тане очищенный орех.

– Да ну, не хочу. Я больше фисташки люблю. Ну, что там у тебя получается?

– Да пока ничего хорошего! Твой пиковый король на сторону смотрит! Червонная дама дорогу перебежала…

– Вот зараза! – с чувством произносит Татьяна. – Так и знала, что он на Лариску из планового глаз положил…

– Ну ладно, не переживай! Смотри, чем сердце успокоится: бубновый валет на горизонте!

– Будем надеяться! Кстати, о бубновых валетах! Как там Владик-то? – спрашивает Татьяна, выпуская очередное колечко дыма.

– А что Владик?

– Как у него с переменой участи?

– И не говори! В Японию вот съездил! И очередную любовь встретил! Такая женщина!

Они смеются.

– Вот видишь, не зря с парашютом прыгал! – Таня гасит сигарету и тянется за грецким орехом.

– Точно! – Лена встает и достает турку для кофе. – Давай, что ли, и мы прыгнем?

– Ой, нет, ты что! Я высоты боюсь!

– А я бы прыгнула. Может, и правда – участь переменится.

– А я всяких перемен опасаюсь. Переменится – а вдруг не в ту сторону? Вдруг к худшему?

– Ладно, не будем прыгать, вычеркиваю!

– А что Сева? Так и не проявлялся?

– Нет.

– И не звонил даже?!

– Звонил. Дышал в трубку.

– Откуда ты знаешь, что это он дышал?!

– Да кто ж еще!

– Ты подумай, а Лида-то решила, что вы с ним…

– Да.

– Значит, он все-таки ушел от нее совсем, а, Лен?

Лена только вздыхает. Раздается звонок в дверь.

– Откроешь? А то я кофе стерегу.

– Ага.

Татьяна уходит в коридор и тут же возвращается с вытаращенными глазами:

– Ну, я, пожалуй, пойду…

– Куда ты вдруг?!

– А вы тут разбирайтесь, как хотите!

Она чмокает Лену в щечку и исчезает, а из коридора появляется… Северьян:

– Привет! – говорит он робко.

– Здравствуй, – сурово отвечает Лена.

– Ну вот, пришел…

– Вижу. Садись.

Сева послушно садится. Куртку он так и не догадался снять.

– Орехов хочешь? – спрашивает Лена, незаметно улыбнувшись.

– Орехов?!

– Грецких.

– Лена, я… Я хочу сказать тебе… Ой!

Он подпрыгивает на табуретке и хватается за голову:

– Что же это такое?!

– Так его, детка! – восклицает Лена, смеясь.

За спиной Севы стоит маленькое существо с угрюмым личиком – платьице с оборочками, тонкие волосики собраны в хвостик и украшены бантом, а в руке пластмассовая лопатка, которой Сева только что получил по макушке.

– Ах ты, зайка моя! – Лена поднимает девочку на руки, но та тут же принимается энергично отпихиваться:

– Пусти!

– Кто это?! – спрашивает потрясенный Сева.

– Это Лиза. Солнышко наше! Дай бантик поправлю… – Лена усаживает Лизу на колени. – Орешка хочешь? Нет? А чего хочешь? Попить? Сейчас дадим детке попить…

– Она кто?!

– Лиза-то? Владикова дочка. Ее мама замуж выходит сегодня, а мы Лизку пасем…

– О! Вот где она! – радостно кричит появившаяся Лика. – А я думаю: куда мелочь подевалась? Привет, Жак Ив Кусто!

– Привет…

– Представляешь? Лизка его по макушке съездила! Лопаткой своей! – говорит Лена.

– Здорово! Ну что, Кусто, поздравляю! Теперь вы полноправный член семьи!

– Ну ладно, забери ее! – Лена передает Лике девочку, которая успела стянуть со стола парочку грецких орехов.

– Пошли, чудовище!

Лика уводит Лизу, которая на прощание кидается орехами в Севу. Сева встает, подходит к Лене и обнимает ее. Она спрашивает:

– Больно она тебя стукнула?

– Хорошо приложила.

Лена усмехается, а потом тоже обнимает Севу:

– Ну, здравствуй.

– Как я соскучился!

– Господи, что это у тебя?! В кармане?

– Где? А, это сыр.

– Какой сыр?!

– Ну, сыр. Такой, с дырками. Для фондю!

– Так ты за сыром, что ли, ходил?! Целый год?!

– Вроде того!

– Что-то долго.

– Но я же вернулся!