А я люблю женатого - Каринэ Фолиянц

– Останови! Купи мне поесть. И воды. Только сюда принеси.

На дороге кафе, где торгуют шашлыками и напитками. Оно всегда открыто – днем и ночью.

– Я сейчас, – обрадовался Витя и выскочил из машины.

Он подбежал к шашлычнику, колдующему над углями мангала.

– Шашлыка две порции. Пепси. И если есть – сладкое.

– Почему нет? Все будет.

Мясо аппетитно жарилось на углях. Витя рассчитывался с шашлычником.

– Сдачи не надо, оставь себе.

Груженный едой и бутылками, он понесся обратно к машине.

Но там Сашеньки не было.

– Саша! – закричал он, поняв все сразу. – Саша!

Нигде не было Сашеньки – ни в машине, ни на дороге. Нигде. Он остался один. Внезапно его осенило. Он бросил на дорогу еду, кинулся в машину, открыл чемодан, быстрым движением дернул «молнию» сумки.

Оружие лежало на месте.

Клинки холодно и зловеще светились в темноте салона автомобиля.

– Саша!!!

Оружие лежало на полу в квартире Виктора Борисовича.

– Две любви у меня в жизни было. Она и эти клинки. Тебе этого не понять.

Они сидели за кухонным столом – Виктор Борисович и Витя. Напротив друг друга.

И старались не смотреть друг другу в глаза.

– А пари ты выиграл, – сказал Виктор-старший. – Держи, победитель!

Он положил на стол деньги. Много денег.

– Я всегда плачу свои долги. Такое вот воспитание. Хватит, надеюсь?

Витя отвернулся.

– Все будет нормально, – понизил голос хозяин дома. – Друг твой убит при попытке ограбления – официальная версия. Он был один. Не нервничай, милиция уже дело свернула. А Саша… Глупо, но я ведь даже адреса ее не знаю.

Витя поднял глаза. Они впервые поглядели друг на друга. Ненавидя, понимая, сочувствуя.

– Ее больше не будет, – сказал Витя.

– Я знаю. Ни для тебя, ни для меня…

Витя медленно вошел в свою комнату, осмотрелся.

На диване лежали свитер и джинсы Сашеньки, из-под вещей выглядывало неоконченное вязание. В углу валялись рукописи Тимы. Титульный лист сценария «Победителей не судят».

В коридоре раздался шорох. Витя резко обернулся.

– Робертино!

Тот появился в проеме двери, посмотрел на Витю, как на чужого.

– Робертино!

Витя вынул из карманов пальто пачки денег и протянул ему. Но сосед быстро скрылся.

– Робертино! – умоляюще прокричал Витя. – Робертино! – отчаянно звал Витя. – Робертино! – он кинулся к стене и колотил в нее кулаками. – Открой мне, пожалуйста! Поговори со мной! Пусти меня!

Но сосед не открывал. Точно знал о нем всю правду.

Витя швырнул деньги на пол и топтал их ногами, а потом снова колотил в стену. Но тщетно.

Он метался по комнате, бил и крушил все, что попадалось под руку – стулья, посуду, рвал вещи, беснуясь…

И наконец сел на пол, закрыл лицо руками. Точно тот нарисованный на клинке солдат…

Сашенька ехала в рейсовом автобусе. Без вещей, налегке. Было раннее утро. На шоссе пусто. Сашенька сидела рядом с водителем. взрослая, мудрая женщина. Она закрыла глаза, потому что на дороге должен был появиться знак «МОСКВА». Открыла их, когда они выехали за черту города.

– Ну вот и все! – вздохнула она. И перестала глядеть на дорогу, повернулась к водителю.

– Домой, что ли, едешь? – спросил водитель. – Соскучилась по дому-то?

Девушка кивнула.

– У нас воздух чище и вода…

– Так ведь в сто раз скучней, чем в Москве! – улыбнулся водитель.

– Это не страшно. У меня сын скоро родится. Я ему железную дорогу куплю, чтоб он игрался.

– А почем знаешь, что пацан родится, не девочка?

– Знаю. Точно знаю. Я загадала.

– Чего, и имя придумала? – засмеялся водитель.

Сашенька опять посмотрела на дорогу. Помолчала. И тихо ответила:

– Конечно. Тимкой я назову его. Тимуром…