Девушка за спиной - Илья Казаков

Она и сама толком не знала. Переговоры, продажи.

– Бизнесмен…

– Успешный?

Настя закивала.

– Такого трусами не зацепишь. Надо что-нибудь покруче. – Покрутила головой по сторонам. – О! Сейчас всё равно у Алки никого нет. – Встала, вышла и вернулась. – Деньги у тебя с собой есть?

Настя опять закивала. Чувствуя себя забавной собачкой на торпеде автомобиля.

– Я тебя записала. Сейчас закончу и к ней, в самый дальний кабинет.

Алла была манерная. Подтянутая, с подкаченными губами и четкими контурами лица. Была отстраненно-веж- лива.

– Раздевайтесь и ложитесь.

Массажная койка была с подогревом. Было совсем не холодно, даже наоборот. Но мурашки все равно бежали, от волнения.

– Интимные стрижки раньше делали? – спросила Алла.

Настя снова вспыхнула. Замотала головой. Никто на Селигере никаких стрижек там не делал, существовало убеждение, что это «только для проституток».

– Какой рисунок хотите?

Настя растерялась. Уточнила:

– Татуировку?

– Татуировка – это не ко мне, – сказала важная Алла. – Я выстригу вам тот рисунок, который вы выберете. Потом эпилирую зону вокруг. Нанесу на волосы клей и посажу на него стразы. Придется немного подождать, потом трусы надевать аккуратно. – Посмотрела на нее снисходительно и добавила: – И снимать тоже.

Настя купила цветы. И шампанское. И свечи. Разделась. Дома была прохладно, не так, как в кабинете Аллы. Но надевать что-то на себя она боялась.

Он все не шел, хотя обычно в восемь уже был дома. А задавать вопросы из серии «ты где, когда будешь?» он ее отучил. Она сходила несколько раз в спальню, чтобы убедиться, что с прической всё в порядке. Ей начала нравиться эта идея. И настроение неожиданно было примерно таким же, как и на первом свидании.

Настя пошла на кухню, наскоро перекусила. Потом выпила две чашки чаю и всё равно не согрелась. Решила, что если все делать аккуратно, то ничего не случится. Накинула на себя кофту и медленно влезла в спортивные штаны.

Влезла и поняла, что она дура. Потому что плотный шнурок зацепился за прическу. И что-то негромко упало на пол через штанину – мелкой дробью. Ей стало страшно. И тут она услышала, что кто-то идет по коридору.

Мигом скинула одежду, метнулась в комнату и зажгла свечи. Взяла в руки шампанское и приготовилась ждать.

Ключ повернулся. Тяжелая дверь медленно открылась.

Сережа увидел ее и захохотал.

Это было очень обидно.

– Только дай слово, что никому не скажешь.

Я поднял руку, обещая.

Он снова всхлипнул.

– Дура. Феноменальная дура. Я всё от нее ожидал, но такое…

«Дура» он произносил нежно. Чуть ли не с любовью.

– Я открываю дверь, она стоит голая. С шампанским. Я удивился, так меня еще не встречали.

– А что смешного? – спросил я.

Сережа хохотал и колотил рукой по скамейке, словно желая выбить из себя этот смех.

– Она сделала себе интимную прическу, представляешь?

– Представлять не буду, – сказал я. – Все-таки это твоя девушка. Молодец, что тут скажешь. Всё для любимого человека.

– Котика. С глазками из стразов.

Я поднял брови. Потому что такое мое воображение представить себе отказывалось.

– Стоит и ревет. Молча. Шампанское, слезы и котик.

Он хохотал и катался по скамейке, ему было очень смешно. Я смотрел и не понимал.

– А ревет потому, что стразы с одного глаза оторвались. Хотела сюрприз сделать – и всё насмарку. Одноглазый котик!.. Если бы ты знал, как это смешно было!..

Я подождал, пока он успокоится.

– Знаешь, – сказал я. – А я бы это оценил. Мне кажется, это поступок с большой буквы.

Сережа поднял руки, словно сдаваясь.

– Здесь согласен. И я оценил. – Посмотрел себе под ноги. Потом на меня. – Знаешь, умные у меня были. Богатые были. Молодые были. Талантливые были. А эта… простушка такая. Борщи варит, пироги печет. Вроде бы глупенькая, но хорошая.

– Котей тебя зовет, – сказал я. – Твой портрет себе выстригла.

Он выл, икал и бился. Минуты три, не меньше.

– Знаешь, – сказал я. – По-моему, это любовь.

– И по-моему тоже, – сказал он. Потрепал меня по затылку.

Мне казалось, что он очень горд тем, что его любят так, простодушно и полностью. Казалось, он только что увидел это и в нем что-то произошло.

– Поеду в отпуск.

Мимо шли люди, многие с колясками. Мне тоже захотелось в отпуск.

– Она всегда хотела побывать в Италии. Увезу ее на две недели, пусть мир посмотрит.

Сережа что-то не договаривал.

– Ну давай, – сказал я. – Я тебя знаю, ты ведь что-то хочешь сказать.

Он кивнул, признавая. Друг детства, я знал его как облупленного.

– Я сказал ей: если похудеешь до пятидесяти килограммов – женюсь. При условии, что будешь держать этот вес. Теперь не ест, не пьет. Дневник завела.

Я покрутил пальцем у виска.

– Дурак.

Сережа спросил:

– Почему?

– Идеальный вес пятьдесят пять, – сказал я. – Даже не сомневайся.