Последняя из Танов - Лорен Хо

Почувствовала себя такой старой. Но в хорошем смысле, в триумфальном – ведь я любима.

Воскресенье, 31 июля

Открыв дверь, обнаружила за ней огромный букет светло-розовых пионов (моих любимых) – а за ними

Эрика.

– Сюрприз, – сказал он мягко. И нежно обнял меня.

Он завершил дела и смог вернуться из Европы пораньше, чтобы провести время со мной, прежде чем улететь во вторник в Бразилию со своей дочерью Дианой на летние каникулы.

– Ох уже эта неуловимая Диана, я уже почти ревную, – поддразнила я. – Когда мы наконец с ней встретимся?

– Скоро, – пообещал он, но небрежность ответа была знаком того, что мне еще предстоит постараться как следует, чтобы заслужить право быть представленной его любимице. Он ее очень, очень усердно оберегал.

– Кстати, с такой разницей во времени, да и с учетом работы и семьи, нам будет сложно созваниваться так часто, как мне хотелось бы, так что я решил это заранее компенсировать.

– О, правда? – сказала я, зарывшись носом в его шею. – И как же именно будешь компенсировать?

И он мне показал.

Вторник, 2 августа

Уже скучаю по нему.

Пятница, 5 августа

У нас был интимный (хи-хи) видеозвонок с Эриком. Судя по всему, для него это был первый раз. Он отлично обращается с, э-э-э, фильтрами, а также невероятно умело подбирает слова и, э-э-э, звуки. Жду не дождусь его возвращения.

Понедельник, 15 августа

Этим утром я открыла дверь в свой кабинет и аж подпрыгнула, увидев за ней Суреша. Я была так поглощена отношениями с Эриком, что как-то забыла о запланированном на август возвращении коллеги – его трехмесячная командировка в Джакарту завершилась. Первый раунд отборочных собеседований на позицию партнера начинался в эту пятницу, что объясняет время его возвращения.

– Привет, – осторожно сказал он.

Пару секунд мы просто смущенно смотрели друг на друга, а потом он встал и заключил меня в крепкие, долгие медвежьи объятия, чуть не задушив.

– Соскучилась по моей роже? – спросил он, когда я осторожно высвободилась.

– Не особо, – сказала я с усмешкой. – Я столько часов отработала. Не видать тебе теперь позиции партнера.

– Думаешь? А я зато переспал с Моном. Как тебе такой ход?

Я хихикнула, и наши отношения снова стали нормальными, по крайней мере на пару секунд.

– Я не шучу. Я серьезно нацелился на партнерство. Тебе конец, – ухмыльнулся он, а потом скорчил гримасу. – Вообще-то, если подумать, это единственный способ заработать на такую свадьбу, какую хочет Ануша. Она мечтает провести ее в гостинице «Фулертон Бэй», с облаками белых пионов, струнным квартетом, живой музыкой и бесплатными для гостей напитками.

– Это ударит по карману. – Я почти забыла уже, что их свадьба назначена на следующий год.

– Ага. Судя по всему, когда я ей рассказал о методике расчета суммы в красном конверте, разработанной Женевьевой, она теперь считает, что мы можем заработать на гостях. Проблема в том, что у Ануши кокос вместо головы, и она забыла, что индусы небогаты, а половина наших гостей приедет именно из Индии. Мы окажемся в долгу, потому что после переезда в Сингапур ее родители точно откажутся давать нам деньги на свадьбу или приданое. А мои родители не богачи. Даже если сложить наши с ней зарплаты, после свадьбы все равно будем в больших долгах.

– Так не устраивайте ее в «Фулертоне». Выберите место попроще.

– Нуши ни за что… То есть мы уже решили.

– Это ведь и твоя свадьба тоже, а ты не хочешь влезать в долги.

Суреш вздохнул.

– Ты же знаешь, что все не так просто. У Нуши есть… определенные стандарты. У нее связи. Свадьба должна выглядеть великолепно. Я бы вообще предпочел сбежать и тихо пожениться, но тогда меня прибьют и мои родители, и ее.

– Я бы тоже сбежала, если бы мне пришлось платить за роскошную свадьбу, – сказала я. – Хотя моя идеальная свадьба, если не оглядываться на ожидания мамы, как раз была бы маленькой и душевной, на пляже.

– И моя, – сказал он. – Где-нибудь в Полинезии, на острове, куда…

– Слишком далеко и дорого лететь, так что приглашенные из вежливости гости все равно не приедут, в отличие от Бали.

– Точно, – воскликнул Суреш.

Я покачала головой, дивясь, насколько мы с ним на одной волне.

– Жаль, что мы не женимся с тобой.

Суреш странно на меня посмотрел.

– Да. Жалко, – ответил он.

– Но ты меня пригласишь на свадьбу, правда?

Он пожал плечами.

– У меня нет выбора, мы же сидим в одном кабинете. Вдруг ты начнешь плевать в мой чай. Особенно после того, как я уведу у тебя из-под носа позицию парт– нера.

– Держи карман шире, – сказала я. – Забыл, что ли? Это не у меня свадьба в следующем году, а у тебя.

– Я уже и сам не рад, – пробурчал он. – Но я уверен, что не уйду с работы, а вот образ жизни придется поменять. Мой тесть в этом заинтересован.

Что за странная ремарка? Ноль смысла – какая вообще связь между его тестем и работой?

Ну ладно, сейчас не время рассуждать об этом. Мне надо сделать финальный рывок и успеть выставить побольше счетов. Пусть в пятницу цифры говорят сами за себя.

Пятница, 19 августа

Наконец закончился первый раунд собеседований с Партнерским комитетом! Я истощена, но настроена оптимистично.

Вторник, 23 августа

14:35. Валери позвонила, чтобы сообщить прекрасную новость: Ральф только что сделал ей предложение! Это произошло после делового обеда в «Форлинос». Они пришли туда по приглашению наименее любимого клиента Ральфа и обсуждали за обедом дела с ним и его женой. Ральф с Валери осушили две бутылки дорогого венецианского красного вина и наелись итальянской еды, а когда клиент с женой ушли, Ральф сделал Вэл предложение за шампанским и тирамису, счет за которые отправился клиенту. Какой поступок.

– Я снова буду замужней женщиной, – визжала Валери. – О боже, я так долго этого ждала!

Я от души ее поздравила, а после ее очередного визгливого восклицания повесила трубку. Напротив меня Суреш наморщил нос и спросил:

– Что там у тебя, кто-то выиграл в лотерею?

– Можно и так сказать. Валери помолвлена, – ответила я. И добавила: – С человеком, который ей очень нравится.

– Замечательно, – сказал Суреш. Он был знаком с Валери, то есть так много слышал о ней от меня, что их можно уже было считать настоящими друзьями.

В общем,