Храброе сердце - Кэт Мартин

– Я… я знал ее, – с трудом выговорил Руди.

– Кого? – вскинула голову мать. – Убитую? Женщину по имени Красная Роза?

Руди кивнул.

– Но она была… она была…

– Проституткой, – пришел жене на помощь барон. – Эта женщина была проституткой, моя дорогая. Мужчине нужно нагуляться в молодости.

– Того, о чем ты говоришь, у меня с ней не было. В тот вечер я зашел в «Золотой фазан» с Томом Боггзом. Роза пришла позже с Мартином Финчем. Мы сыграли несколько партий. Финч дал ей денег на игру в кости, и она выиграла. Он хотел… отвезти ее домой, но желание играть пересилило. Когда Марти наконец пошел ее искать, Роза уже ушла.

У матери дрожали руки.

– Боже мой, теперь полиция снова станет задавать вопросы. Они непременно узнают, что ты был с ней в тот вечер в «Золотом фазане».

– Но я же сказал, ее привел Марти Финч! Она была с ним!

– И все же нас ждут некоторые неприятности, – сказал отец.

Точнее, большие неприятности, подумала Линдси. У полиции не будет никаких сомнений в том, что и в этом преступлении замешан Руди. По меньшей мере он будет подвергнут допросу. Повернувшись к брату, она спросила:

– Куда ты пошел из «Золотого фазана»?

– Домой.

– В котором часу?

– Не помню… часа в четыре, кажется.

– Что ты делал в промежутке между уходом из «Золотого фазана» и приходом домой?

– У меня слегка кружилась голова, и я решил немного прогуляться. Я гулял недолго, не больше получаса.

– Боже милостивый! Что же ты опять натворил, Руди?!

Теперь Руди уже не так много пил и не слишком увлекался азартными играми, но проблем все-таки не избежал.

Неожиданно Линдси в голову пришла идея.

– Ты был в своем клубе вчера вечером?

– Да, недолго.

– А лорд Меррик был там?

Руди напрягся.

– Стивен бывает там так же часто, как и я. Это ничего не значит.

– Так он был там вчера или нет? – настаивала Линдси.

– Был. Когда я уходил, он еще оставался в клубе. И что с того?

– А в «Золотом фазане» ты его видел?

– Нет, – угрюмо сказал Руди.

– К чему все эти вопросы о лорде Меррике? – вмешался в разговор отец.

– Да так, ничего особенного, во всяком случае пока, – ответила ему Линдси.

По ответам брата она так и не поняла, какова была в этом деле роль Стивена, но пришла к выводу, что настоящий убийца намеренно старается подставить Руди. Возможно, Стивен вслед за Руди уехал из клуба, видел, как он вошел в «Золотой фазан», потом туда же вошла та женщина – кажется, Роза? Возможно, он дождался, когда женщина вышла одна, незаметно пошел за ней и… убил.

Но зачем?

– Простите, но… мне нужно идти. – Линдси поднялась из-за стола. – Я уже опаздываю на работу.

Ей действительно пора было идти в редакцию. Она надеялась, что не столкнется там с Тором. Линдси хотелось разузнать все подробности третьего убийства, прежде чем к ним в дом нагрянет полиция с расспросами. А в том, что полиция непременно явится, Линдси не сомневалась.

Уже у двери она остановилась и задала ещё один вопрос брату:

– Скажи мне, Руди, ты будешь завтра вечером на балу у леди Пейсли?

– Во всяком случае, до сего дня это входило в мои планы.

– Отлично. Думаю, надо соблюсти все внешние приличия и держать марку. Поговорим об этом позже.

И Линдси вышла из столовой.

Она тоже собиралась на этот бал, где должны были присутствовать ее мать, Эмма Харви и ее сын Майкл. Родителям Линдси представлялся удобный случай познакомиться с ним поближе.

У Линдси снова стало тяжело на душе.

Ей не хотелось выходить за Майкла замуж. Но он мог владеть нужной ей информацией. И уж если выходить замуж, то лучше за Майкла, чем за кого-нибудь из других предложенных родителями мужчин.

Линдси снова вспомнила Тора. Его улыбка заставляла ее забыть обо всем на свете. Но как жестоко он с ней поступил! Решительно отогнав от себя болезненные воспоминания, Линдси стала думать о Майкле. Вот кто хочет жениться на ней!

Криста положила руку Тора себе на талию, а другую его руку отвела в сторону и соединила со своей.

– Вот так. Готов?

Тор кивнул.

Повернувшись к седовласому человеку, сидевшему за фортепиано – это был мистер Пендергаст, ее учитель музыки, – Криста кивнула, и тот заиграл вальс. Лейф, сидя на диване, наблюдал за своей женой и братом, которые старательно выполняли танцевальные па под чарующую музыку.

Криста почти не удивилась врожденной грации своего высокого, широкоплечего деверя. Такой же непринужденной грацией движений обладал и ее муж.

– Знаешь, у тебя получается даже лучше, чем в свое время у Лейфа. Уверена, из тебя выйдет отличный танцор.

Помимо танцев, Тор усиленно занимался изучением всех тех мелочей, которые делают из обыкновенного мужчины настоящего джентльмена. Поскольку времени было катастрофически мало, Тор поселился в доме брата. Накануне сюда был приглашен мужской портной, чтобы подогнать для Тора кое-что из огромного количества вечерних костюмов Лейфа и принять заказ на изготовление нескольких новых костюмов.

Приходивший цирюльник аккуратно постриг буйную шевелюру Тора и очень осторожно, так что Тор только один раз ойкнул, сделал ему безупречный маникюр.

Время поджимало.

В разговоре с Кристой Линдси ненароком обронила, что собирается на бал к леди Пейсли, Там же будет и лейтенант Харви. Тревожась за брата, Линдси намеревалась на балу поговорить с лейтенантом – она надеялась узнать у него что-нибудь полезное, Линдси сказала также, что скорее всего она отдаст свою руку и сердце именно Майклу Харви, хотя окончательное решение еще не принято.

У Тора не оставалось времени. Сегодня вечером ему придется вступить в борьбу за сердце Линдси.

Наконец мистер Пендергаст закончил играть вальс, и Тор облегченно вздохнул:

– Танцевать не так легко, как кажется со стороны.

– Легкость приходит с практикой, – улыбнулся Лейф, подходя к брату. – Поверь, тебе гораздо больше понравится танцевать, когда в твоих руках окажется любимая женщина.

Глаза Тора потемнели. Он был как никогда полон решимости вернуть Линдси. Теперь, когда он знал, что они с Линдси могут быть вместе, это превратилось для него в цель всей жизни.

– Танцевать-то я научусь, – сказал Тор, – меня волнует другое: что сказать Линдси, чтобы она меня простила?..

Кристу это волновало не меньше. Признаться женщине в любви и просить у нее прощения – этому она не могла научить Тора. Эту проблему предстояло решать ему самому.