Любовь не по сценарию - Ася Лавринович

Я заметила, как ее лицо исказилось гримасой боли. Стало ясно, что Агния не горит желанием появляться возле моего дома. Мне было очень неудобно, но я все-таки спросила:

– А с Федей вы…

– Он больше никогда не захочет меня видеть, – перебила меня Агния. – Я очень некрасиво с ним поступила.

– Знакомая ситуация, – отозвалась я. – Жаль, что у вас все вот так получилось.

Агния улыбнулась грустной улыбкой.

– Ничего не происходит просто так, – сказала она. – И каждый человек появляется в нашей жизни для чего-то. Одни остаются навсегда, чтобы делать тебя счастливой, а без других просто никогда не вынести важный урок на будущее.

– Может, еще можно что-то исправить? – с надеждой в голосе спросила я.

Агния лишь пожала плечами. На ее глазах выступили непрошеные слезы.

– Пока единственное, чего мне хочется, – это скорее уехать. Сама во всем виновата. Я тебе уже как-то говорила, что совершенно не знаю, как поступать правильно и по-честному. Все-таки от осинки не родятся апельсинки… Равнодушие и эгоизм мне достались от родителей. Еще и такой пример всю жизнь перед глазами – отчим. Но, надеюсь, я когда-нибудь научусь жить так, как надо.

Я задумалась: а возможно ли вообще такое – жить, не совершая никаких ошибок и не ломая дров? Вряд ли…

– Странно все это слышать от тебя, конечно, – обескураженно отозвалась я. – Не узнай я этой истории, так бы и продолжала думать, что у тебя счастливая и беззаботная жизнь. Я ведь тебе немного завидовала.

Агния снова тихо рассмеялась.

– Дурочка ты, Ронька! А я всегда завидовала тебе. Ты умная, тебя все любят. Просто так, за то, что ты есть. А мне постоянно нужно что-то кому-то доказывать, чтобы меня не разлюбили. У тебя есть настоящая верная подруга, которая всегда стоит за тебя горой. А еще ты очень добрая, Роня. Ведь самое страшное на свете – быть злым. А счастье достается добрым.

– У тебя есть еще возможность найти настоящих друзей, – сказала я.

Агния лишь покачала головой.

– Ох, не знаю. Это ведь как в песенке: «Если все вокруг не те, то поищи в себе». С этой проблемой мне тоже придется разобраться…

– Буду держать за тебя кулачки, – ободряюще улыбнулась я.

Мы замолчали и уставились на лужу, в которой отражалось весеннее голубое небо с редкими пушистыми облаками.

– Толку-то от моей доброты, – проворчала я. – Она никак не страхует тебя от ошибок и шишек.

– У тебя еще есть шанс рассказать свою правду Денису.

– Как же я расскажу, если он тоже знать меня не хочет?

Агния лукаво улыбнулась:

– Ну, вообще-то мы с ним встретились. Я рассказала ему, с чего все началось. Поведала, что представляет собой мой дорогой отчим. Роня, я сказала Денису, что ты здесь ни при чем. В том, что случилось, – только моя вина.

– Знаешь, – замялась я, – не все так просто. Денис – моя первая любовь. Я солгала тебе, когда сказала, что не знаю его. Денис Мороз мне очень сильно нравится еще с восьмого класса.

– Вот как…

Агния явно удивилась такой новости. Мне стало очень стыдно, даже щеки запылали. Я уже тысячу раз пожалела о том, что утаила правду. Нужно было с самого начала быть честной. Со всеми.

– В таком случае у тебя есть шанс дополнить мой рассказ, – наконец нашлась с ответом Агния.

Я проследила за ее взглядом. Денис стоял в конце голой аллеи и смотрел в нашу сторону. У меня перехватило дыхание и сердце заколотилось так громко, что показалось, я не услышу больше ничего, кроме этого стука. Я быстро повернулась к Агнии.

– Но как тебе удалось его уговорить? – спросила я, задохнувшись от волнения.

Агния лишь улыбнулась.

– Для этого ты захотела со мной встретиться?

– В том числе. Ну… Еще и попрощаться.

Я раскинула руки и крепко обняла Леманн. Тут же ощутила еле уловимый запах вишни.

– Удачи тебе, – шепнула я на ухо Агнии.

– Беги к нему, – тут же отозвалась Леманн.

Я вскочила со скамейки и направилась к Денису. Мороз тоже пошел мне навстречу. Мы столкнулись, как два потока воздуха – холодного и горячего. Бам! Над нами словно заискрило, загремело…

– Привет! – поздоровалась я. Мороз мне и слова не успел сказать, как я быстро затараторила: – Денис, понимаешь, все не так, как кажется на первый взгляд. Я без злого умысла, честное слово! Просто мне так хотелось быть рядом с тобой… Хотя бы один день! Я не думала, что смогу тебе понравиться! Ведь… ведь я тебе понравилась?

Денис продолжал серьезно на меня смотреть, а потом вдруг улыбнулся. Той самой улыбкой, которую я когда-то увидела на обложке школьного журнала. И снова на душе стало очень хорошо. Вернулось счастье и заполнило меня всю. И любила я теперь, кажется, еще сильнее, чем прежде.

– Вы – чокнутые! – наконец сказал Денис.

– Я и Агния? – уточнила на всякий случай я.

– Ты, и Агния, и Юля…

Я удивилась. Адамова снова успела за моей спиной с Морозом поговорить, что ли?

Но Денис тут же все пояснил:

– Я видел последние добавленные фото в Инстаграме.

Точно. Юлька выложила фотки с поездки за город, где Веня был в своей неизменной салатовой куртке. Той самой, в которой он похитил меня у Дениса.

– Это Вениамин – любовь всей Юлькиной жизни.

– А инопланетные круги на полях под моими окнами тоже вы с Вениамином вытоптали?

Я вспомнила про надписи на снегу и расхохоталась:

– Ей-богу, все не так задумывалось! Просто нас спугнули…

Денис улыбался и смотрел на меня теплым и искренним взглядом. Он тоже соскучился.

– Роня, признаюсь, я сильно на тебя злился. Но и скучал не меньше. Я уже и сам думал тебе позвонить, когда со мной связалась Агния…

– Если бы не она, ничего бы не было, – сказала я, сама не понимая, плохо это или… – Но все-таки хорошо, что все это с нами случилось.

Денис наконец обнял меня и поцеловал в губы. Пахло солнцем и свежим весенним ветром.

– Ой, Денис, а как твой папа? – спросила я.

– С ним все хорошо. Летом будет операция. А пока мне придется заняться нашим семейным бизнесом. Я поэтому и вернулся в Россию. И уезжать не собираюсь.

– Как хорошо, – сказала я, прижимаясь к Денису. – Ты еще кое-что должен обо мне знать. Это я тогда напала на тебя и повалила в сугроб.

– Я знаю, – рассмеялся Денис. – Позже уже понял. Разве можно забыть твои глаза?

– Мы просто хотели так познакомиться… Юлька хотела. А я… Я люблю тебя, Денис, – тихо продолжила я. – Ты этого не знаешь, но люблю уже давно. Еще со школы. Только ты никогда не знал о моем существовании. Теперь ты считаешь меня сумасшедшей?