Свеча в окне - Кристина Додд

Переключив внимание с оцениваемого им молодого жеребца, Уильям заметил, что юноши наблюдают за ним. Они стояли за изгородью конюшни. Ролло и Дадли по краям, Джон и Клэр посередине, держа за руку Блэйза. Золотые лучи полуденного солнца окрасили светлую кожу их лиц, и взору Уильяма открылось написанное на них торжественное выражение. Даже Блэйз, находящийся в полном неведении о намерениях братьев, вперил в Уильяма неподвижный и напряженный взгляд.

Почувствовав, что натянутая узда ослабела, боевой конь встал на дыбы и взбрыкнул, пытаясь сбросить седока. Уильям спрыгнул с коня и спросил:

— Мне выйти?

Спустившись вниз, он кивком предложил мальчикам следовать за ним. В заваленном соломой углу, возле стога, он расставил скамейки полукругом и движением руки пригласил садиться. Юноши уселись на скамейки, а Уильям энергично опустился на стул, стоявший посередине. Блэйз плюхнулся на солому между ними.

Упершись своими могучими руками в колено, Уильям по очереди посмотрел каждому брату прямо в глаза.

— Вы хотите поговорить со мной?

Получив разрешение, братья обменялись взглядами и Ролло начал:

— По ряду вопросов, милорд. Первое и, возможно, наиболее важное, — это история, которую рассказал нам Джон.

Уильям переключил свое внимание на Джона, и тот выпрямился, ощутив на себе тяжесть напряженных взглядов, устремленных на него.

— Мне не хотелось бы заставлять вас думать, будто я собираюсь придать себе весу, пересказывая байки, но этот рассказ настолько невероятный, что, как мне кажется, я обязан вас предупредить. Я воспитывался у сэра Хаттона Гентского. Это небогатый землевладелец, и он не в состоянии как следует позаботиться о рыцарях, которых нанимает.

Рассказав свою биографию, Джон глубоко вздохнул — вести, которые он принес, тяжестью лежали на его плечах.

— Один из рыцарей покинул Гент восемь дней назад, чтобы поискать счастья в Лондоне, и вернулся всего лишь четыре дня тому назад.

— Он как будто летел на крыльях ветра, — заметил Уильям.

— Да, и он принес великую весть. Юстас мертв.

— Юстас? — только и произнес пораженный Уильям, после чего с живостью выпрямился. — Сын короля Стефана?

— Джон кивнул.

— Его наследник и старший сын. Не Божий ли это суд над королем Стефаном за узурпацию трона Англии?

— Возможно. Если это правда. Такие байки слишком часто оказываются сплетнями, которые расползаются от одних к другим по незримым каналам.

Джон заверил его:

— Это благородный человек, милорд, и он увидел достаточно для того, чтобы удостовериться лично.

Уильям печально покачал голевой.

— У Стефана есть еще один сын, а претензии сына Матильды, Генриха, возрастают — и некоторые считают, что эти претензии более правомерны, чем у кого-либо из отпрысков Стефана. Какой ужасный поток несет нас! Благодарю вас за то, что вы предупредили меня. Если бы такую весть принес мне кто-нибудь из гостей, то я не смог бы направить разговор в какое-либо разумное русло. Бог знает, какая борьба развернется после таких событий между землевладельцами, рыцарями и женщинами.

Все юноши кивнули одновременно, включая даже Блэйза, который удивленно наблюдал за ними во все глаза. Уильям рассмеялся над серьезной миной на лице малыша и взъерошил ему волосы.

— Но не за этим же вы пришли ко мне. Какие еще мысли гнетут вас?

Вновь последовал короткий обмен взглядами, и вновь выбор пал на Джона:

— Когда отец дал нам знать, что Сора должна выйти замуж, все мы немедленно направились в Пертрейд, где и обнаружили его заламывающим руки и стенающим из-за потери ее земель, однако больше никаких сведений от этого жалкого…

Он быстро взял себя в руки:

— Мы так и не знаем, отчего вы решили жениться на ней.

По губам Уильяма скользнула едва заметная улыбка.

— А разве странно, что я желаю жениться на прекрасной молодой женщине?