Среди тысячи лиц - Сара Джио

15 декабря 2008 года

В самолете, летящем в Сиэтл, я не находила себе места. Я ерзала в кресле, не могла сосредоточиться на фильме, который показывали в салоне, попыталась уснуть, но не смогла. Я просто чувствовала себя несчастной. Полет в самолете всегда завораживал меня, удивляла сама по себе возможность находиться над землей на высоте тридцати тысяч футов между точками А и Б. По сути, нигде. Обычно я чувствовала себя комфортно в этом «нигде» – ни там, ни тут, а между, – но на этот раз такого ощущения не было. Мне казалось, что авиалайнер летел недостаточно быстро, и, глядя на облака, я испытывала только тревогу. Кэйд, я лечу к тебе. Я лечу.

Я быстро прошла через таможню и взяла такси. Позвонила в Харборвью, но когда звонок перевели в здание центра, мне никто не ответил. Поэтому я попросила таксиста отвезти меня туда. По моей просьбе водитель ждал, пока я говорила с охранником. Кэйд все еще не вернулся.

Затем мы отправились в центр города мимо «Ле Марше», мимо прежней квартиры Кэйда на площади Пионеров, шесть раз проехали туда и обратно по Четвертой и Пятой авеню.

– Мисс, может быть, мне отвезти вас куда-то еще? – спросил таксист, обернувшись ко мне на светофоре.

Это была самая дорогая поездка на такси в моей жизни, но мне было наплевать. Я попросила его еще раз объехать центр города. Мы сделали это, Кэйда нигде не было…

– Пожалуй, теперь вы можете отвезти меня домой. – Я назвала водителю свой адрес.

Спустя десять минут такси остановилось у моего дома. Я заплатила, таксист вынул из багажника мой чемодан. Я постояла на тротуаре, глядя вслед отъезжающему автомобилю, потом повернулась к дому. Мои глаза расширились, когда я заметила фигуру, сидящую на второй ступеньке крыльца в тени глицинии.

Я бросила сумку.

– Кэйд!

Он сидел с чуть приподнятыми коленями, руки свободно лежали вдоль тела. Увидев меня, Кэйд просиял.

– Привет!

– Кэйд, что случилось? Почему ты здесь?

Он потер лоб.

– Не знаю… Я… я скучал по тебе.

У меня в груди как будто что-то взорвалось. Ощущение было невероятно сильным и всепоглощающим.

– Правда?

– Тебя так долго не было, – пожаловался Кэйд.

– Всего три дня, – ответила я, беря его за руку. – Я вернулась домой сразу, как только мне позвонила доктор Брэнсон и сказала, что ты пропал.

– Прости… Я просто…

– Я больше не уеду ни на один день, пока тебе не станет лучше. Ты делаешь такие успехи. Новое лекарство как будто помогает.

Мы вошли в дом. Кэйд взялся за ручку моего чемодана, я сначала покачала головой. Но он настоял, и я позволила ему нести багаж.

Кэйд посмотрел на меня:

– Я вспоминаю все больше и больше.

– Что, например? Расскажи мне что-нибудь.

Он улыбнулся:

– Тебя… И корабли…

– Корабли?

– Мы с тобой плавали на пароме, верно? На остров.

– Да, – подтвердила я. Потом я достала из кармана телефон и прокрутила мои фотографии, старые и новые, которые я сохранила. Я искала снимок, который Кэйд сделал на палубе парома много лет назад. – Помнишь это?

Он заморгал, взял мой телефон и долго смотрел на фотографию.

– Помню, – улыбнулся он. – Это как призрачный сон.

– В тот день ты спас мне жизнь, – продолжала я. – Помнишь?

Кэйд кивнул.

– Как странно, что на мой вопрос «что ты помнишь?», ты ответил «корабли».

На его лицо как будто упала тень. Я села на диван, он опустился рядом.

– Что такое? – спросила я.

– Я еще кое-что помню, – ответил Кэйд.

– Что?

Он как будто вспоминал что-то ужасное, такое было у него лицо. Кэйд явно хотел отправить это воспоминание в дальние закоулки памяти. Мне бы тоже этого хотелось, но у меня было такое ощущение, что это воспоминание важно для нас обоих.

– Кэйд, расскажи мне, – попросила я, накрывая его пальцы своей рукой.

Он смотрел прямо перед собой.

– Было темно. Везде вода. – Его рука задрожала. – Что-то ударило меня по голове.

– Что?

– Не знаю, – признался Кэйд, – было холодно. Всюду плескались волны. Во рту вкус крови.

– Кэйд, ты уверен? Доктор Брэнсон говорила, что память вернется, но ты можешь вспомнить то, чего не было.

– Может быть, не знаю.