Среди тысячи лиц - Сара Джио

Дорогой читатель!

В 1994 году я была шестнадцатилетней девушкой с короткими платиновыми волосами, ключами от «Фольксвагена-жука» (его я купила за девятьсот долларов, которые заработала как приходящая няня) и коробкой кассет. Я жила в сонном, промокшем от дождя пригороде Сиэтла. По выходным вместе с друзьями я переправлялась на пароме в Сиэтл, который посещали такие музыканты, как Курт Кобейн и Эдди Веддер. Мы сидели в кофейнях, зависали в музыкальных магазинах или – если нам позволял домашний комендантский час или после звонка за двадцать пять центов со слезными мольбами родителям – отправлялись на Капитолийский холм, чтобы послушать музыкальные группы. Вдохновленные фильмом «Одиночки»^[46], мы носили одежду из магазина секонд-хенд (деньги от продажи которой шли на благотворительность) – фланелевые рубашки, винтажные платья, кардиганы, встречались с музыкантами и пили слишком много латте. Главными для нас были музыка, кофе и свобода. Это была наша нирвана.

Но время шло. Я поступила в колледж и получила степень по журналистике. Я отдала свои ботинки «Док Мартенс», обменяла гитару (я так и не научилась хорошо играть на ней) на ноутбук. Я вышла замуж, родила детей, пережила болезненный развод. Но я всегда оглядывалась на то время. Музыка. Кафе. Дождливые дни, наполненные кофе и плохой поэзией. Увитое плющом кирпичное здание на площади Пионеров, которое я так хорошо помню. Я стала совершеннолетней в 1990-х.

Сегодня я сижу в своем офисе в Сиэтле. День солнечный. Я написала семь романов (десять, если считать те, которые я выбросила) и думаю о восьмом романе под названием «Среди тысячи лиц». Когда я начинала работать над этой книгой, я мгновенно почувствовала, что фоном повествования должен быть Сиэтл в зените его музыкальной славы. Мне захотелось, чтобы история разворачивалась на улицах, в кафе и с теми людьми, которых я знала и так сильно любила (и люблю до сих пор). Сиэтл 1990-х годов всегда будет жить в моем сердце, и я надеюсь, что мне удалось отдать ему должное.

Но если фон этой истории родился из ландшафта моего отрочества, то вдохновило меня еще кое-что. Как-то раз два года назад я выезжала из гаража в центре Сиэтла. Уклон к Седьмой авеню был крутым. Я заметила, что дорогу переходит бородатый бездомный, и сразу надавила на тормоз.

Наши глаза встретились, и я мгновенно поняла, что откуда-то его знаю. У меня было такое чувство, что мы встречались много лет назад в колледже. Но как такое могло случиться? Как мог человек, получивший образование, оказаться на улице? Как мог парень, душа любой компании, сменить дорогую одежду и симпатичную квартирку в кондоминиуме на лохмотья и спальный мешок?

Он свернул за угол, прежде чем я успела спустить окно и окликнуть его по имени. И потом, со мной были дети… Тот момент, когда наши глаза встретились, долго преследовал меня, и в моем сердце начал зарождаться сюжет, история Кэйда и Кайли.

Как бы я поступила на месте Кайли? Как бы я повела себя перед таким трудным, разрывающим сердце выбором? Что бы сделал каждый из нас? Я с удовольствием рассматривала эти сложные темы в моем романе и поняла, что, несмотря на все беды, с которыми я столкнулась в собственной жизни, я все-таки верю в любовь и буду верить в нее всегда.