Измена. (Не)нужная пара - Кира Леви

Честно признаюсь, просто не было.

Из-за отсутствия канализации на месте мы не стирали. Собирали грязную одежду и раз в три дня поочерёдно ездили в город на квартиру Руслана, где за несколько раз стирали вещи в машинке-автомате. Сушили вещи уже в посёлке. Пока длилась программа стирки, нужно было успеть закупиться в оптовом магазине продуктами, бытовой химией. Список всегда получался огромным. Готовить приходилось ежедневно на десять членов стаи, плюс кормить рабочих, строителей, а их могло работать от двух человек до сорока одновременно.

Летнюю кухню нам оборудовали первой, после того, как собрали спальные домики. Руслан не скупился, сразу заказал утеплённые модульные домики, оборудованные двухъярусными кроватями с ортопедическими матрасами, кондиционерами, небольшой столовой зоной, внутренним биотуалетом. Да, удобства были отменными, только мы с супругом практически не виделись.

Нас, трёх девчонок, поселили в отдельном вагончике. А я вдруг обнаружила, что мне не хватает присутствия Руслана. Его ненавязчивых объятий, лёгкого флирта, нежности, срывающейся на страстность, горячих взглядов и тихого сопения на ухо ночью.

Воскресенье теперь было моим любимым днём. Когда мы после сумасшедшей трудовой недели ездили всей стаей отдохнуть в спортивно-развлекательном комплексе, мы могли с Русланом обниматься и целоваться, спрятавшись ненадолго где-нибудь в техническом коридоре. Я чувствовала себя героиней романа, оказавшейся на тайном свидании. Девчонки улыбались, видя мои зацелованные губы, но помалкивали.

На кухне установили всю необходимую технику, чтобы облегчить женский труд. Повезло, что Даша у нас была поваром. Ну а я и Марина были у неё на подхвате. Дома с мамой мы тоже и готовили, и консервировали много — папа очень ценит домашнюю кухню. Как оказалось, это особенность всех оборотней. Не скрою, мне было сложно, несмотря на приобретённый у Зинаиды Михайловны опыт. Тогда мне казалось, что мы делали заготовки на зиму в «промышленных» масштабах. Ха! То были цветочки. Сколько мы с девчонками приготовили еды и переработали овощей, фруктов, грибов, ягод на зиму, я буду помнить всю жизнь. Мы ещё успевали ходить в лес за грибами, собирали ягоды, разбили огородик под зелень. Это в будущем, когда вырастет посёлок, все расселятся по индивидуальным домам, и готовить каждый будет для себя, не считая общих праздников. А сейчас всех кормили под навесом два раза в день — много и калорийно, а на ужин выдавали йогурты, фрукты.

В общем, когда тридцать первого июля в посёлке появился господин Филипп Корнуел и сказал, что забирает меня в город для прохождения медпрактики, я даже вздохнула с облегчением. Хотя перед девчонками было неудобно. То, что делали трое, теперь им придётся тянуть вдвоём. Нанимать со стороны кого-либо в помощь Руслан не станет.

Глава 38. Скучаю… И это взаимно

Медицинский центр Астаховых действительно оказался ультрасовременной клиникой. Филипп Корнуел оставил меня одну, как только представил руководству.

Моя практика началась с ознакомительной экскурсии. В роли гида выступал медицинский директор. Он же познакомил меня с руководителем практики Алевтиной Олеговной Шторм — профессором акушерства и гинекологии. Как я позже узнала, весь персонал центра был оборотнями, а врачи имели ту или иную учёную степень.

Женщина осмотрела меня въедливым взглядом, прежде чем указать на свободный стол в ординаторской, явно поставленный специально для меня. К моменту нашего с директором прихода у врачей проводилась пятиминутка.

— Кристина Тимуровна Астахова, студентка четвёртого курса. Будет проходить летнюю практику на базе нашего лечебного учреждения, — представил меня директор.

Фамилия Астаховых в сочетании с моим именем заставила поёжиться, напомнив, при каких обстоятельствах я перестала быть Демидовой. Но знакомство с коллективом отвлекло от неприятной вехи в моей биографии. Тем более меня сразу вовлекли в круговорот дел.

Мои шесть рабочих часов были поровну распределены между консультативным приёмом и ведением больных в стационаре. Со мной делились знаниями, меня действительно учили. Ещё три часа я тратила на теоретическую подготовку, штудируя рекомендованную Алевтиной Олеговной литературу и составляя дневник практики. С меня строго требовали, невзирая на фамилию. А ведь я, идя на практику, подспудно остерегалась, что новая фамилия может сослужить дурную службу: или будут лебезить и заискивать, или, наоборот, тыкать носом в любую мелочь, доказывая свою значимость. Но мне повезло!

Клиника обслуживала не только оборотней, но и людей. Причём вторых было на порядок больше. Это объяснимо, учитывая отменную регенерацию нашего вида. Палаты, смотровые, родильные залы для людей и оборотней в стационаре были на разных звуко- и шумоизолированных этажах. При этом кодовые замки исключали возможность попадания людей на этаж с оборотницами. В первую очередь это делалось для безопасности людей.

На время практики я жила в квартире Руслана. Но днём ни с кем из стаи не пересекалась, хотя вечерами видела, что в холодильнике появляются гостинцы от девчонок. Они оставляли короткие подбадривающие послания от себя и ребят, когда приезжали в дни стирки.

Практика меня увлекала в течение дня, но вот ночи становились каким-то адом. Я раньше ни по ком так не тосковала, как по Руслану. Знаю, что это чувство оказалось взаимным. Мы с ним переписывались в мессенджере, но звонить я не рисковала. Чувствовала, что не сдержусь — расплачусь, как маленькая потерявшаяся девочка, тем самым подвергнув Альфу и всю стаю ненужному стрессу. Дни до выходных я зачёркивала в календаре чёрным маркером, густо заштриховывая прожитый день.

Я знала, что Руслан сильно занят, и ему запрещено лишний раз появляться на чужой территории, поэтому старалась в сообщениях не нагнетать.

Сцепив зубы, сквозь набегающие слёзы вглядывалась в экран и писала, как у меня всё замечательно, как нравится коллектив и учёба. Дотерпела до четверга, когда на прощание написала: «Я сильно скучаю». Даже грустный смайлик не поставила, чтобы не делать акцент.

Астахов сообщение просмотрел, но ничего не ответил. Это неприятно кольнуло. Ещё несколько раз я заглядывала в сообщения, ожидая ответа, но Руслан ничего не написал.

Наверное, я задремала, полулёжа на диване и сжимая телефон в руке, а когда уронила его, резко села. Сердце от страха заходилось бешеным ритмом. На фоне светлой тюлевой шторы вырисовывался мужской силуэт.

«Тук-тук-тук» — раздался звонкий стук по стеклу, и створка приоткрытого из-за жары окна поползла в сторону.

— А-а-а! — завопила я, хватая со столика тяжёлую конфетницу и запуская в незваного гостя.

— Кристи! — раздался родной голос Руслана, и тень быстро материализовалась и метнулась ко мне. Пустая конфетница гулко стукнула по журнальному столику. А я оказалась в крепких объятиях Астахова. — Кристи, это я!

Всхлипнув, я обмякла в руках Руслана, не в силах даже говорить. Из тела словно все