Дикая сердцем - Кэти А. Такер

– Верю. Но еще мне показалось, что мы сейчас врежемся в те деревья.

Джона посадил нас так близко к линии деревьев, что я не смогла сдержать крика паники. Даже сейчас мою шею покрывает холодный пот, а вероятность того, что меня стошнит, пятьдесят на пятьдесят.

– Я не был уверен, насколько велико это озеро, и не хотел рисковать, делая второй заход, чтобы обеспечить достаточную полосу.

Особенно учитывая, что он вырубил двигатель еще до того, как поплавки коснулись воды. Я услышала достаточно из его радиопереговоров, чтобы понять суть происходящего. Например, слова «красный», «горит» и «заглох».

Ситуация была гораздо серьезнее, чем говорит Джона.

Он кивает в мою сторону.

– Можешь отпускать.

Я смотрю вниз и вижу, что мои руки так крепко обхватывают ремень безопасности, что костяшки пальцев побелели. Я ослабляю хватку и выглядываю в окно.

– Где мы?

Не считая того, что посреди глуши.

– Здесь. – Джона указывает на озеро на карте, окруженное горами и расположенное слишком далеко от какого-либо города или достопримечательности. Пешком нам не дойти, даже если бы мы очень захотели.

– Тот парень обещал прилететь?

Словно по команде, в наших наушниках раздается мужской голос, спрашивающий, все ли у нас в порядке.

Джона сообщает ему наши координаты, а затем отключает гарнитуру.

– Скоро будет здесь. Мне нужно, чтобы ты слушала и передавала мне любые сообщения от него.

– А куда собрался ты? Мы же посреди озера!

– Мне нужно посмотреть, насколько все плохо.

Джона тянется к сумке с инструментами за моим сиденьем. Его рот оказывается в нескольких сантиметрах от моего. В обычной ситуации он бы уже успел поцеловать меня. Он всегда так делает, когда достает что-нибудь за моим сиденьем.

Но не в этот раз.

И мне очень хочется думать, что это потому, что он слишком сосредоточен на нашей текущей проблеме с двигателем, однако я не могу не беспокоиться, что это может быть и из-за другой, более серьезной проблемы.

Поддавшись импульсу, я наклоняюсь вперед и целую его сама. Джона отвечает – коротким поцелуем, и его тихий вздох пробегает по моей щеке, когда он отстраняется.

– Слушай этого парня, Сэма, хорошо?

– А ты не упади.

Кто знает, насколько глубоко это озеро, а поплавки самолета наверняка скользкие от воды.

Он открывает дверь и уходит. Оставляя меня одну с беспокойством, глодающим меня изнутри.

* * *

– Что это за самолет?

Я изучаю горчично-желтый одноместный самолет, который направляется к нам вдоль озера. Он похож на ярко раскрашенный истребитель, с маленьким люком для пилота сверху.

– «Фаер Босс»[5]. – Джона наблюдает за его приближением, стоя на поплавке. – Их применяют, чтобы тушить лесные пожары. Пилоты пролетают очень низко над озером, набирают в поплавки воду, а затем сбрасывают ее на огонь с высоты. Довольно круто.

Слова Джоны контрастируют с его ровным голосом и мрачным выражением лица. Что бы он ни обнаружил под панелью двигателя, наверняка он сейчас проклинает Барта, механика «Дикой Аляски».

Тишина затягивается, пока мы ждем.

– Так, насколько все плохо? – наконец спрашиваю я.

– Пока не знаю. Мне нужен Тоби, чтобы разобраться.

Желтый самолет садится на воду метрах в шести от нас, и Джона крепче хватается за перекладину, когда нас раскачивают едва заметные волны. Люк открывается, и лысый мужчина в нем машет рукой.

– Не самый лучший денек, а?

Ты даже не представляешь, насколько.

– Спасибо, что отозвался, Сэм, – кричит Джона в ответ.

– Без проблем. Вас нужно отсюда забрать? Я могу вернуться на другом самолете, но это займет какое-то время. Или я могу позвонить своему другу, он тут недалеко.

– И то, и другое было бы очень кстати.

– Тогда я сейчас наберу его. Скорее всего, так будет быстрее.

Джона легонько стучит кулаком по фюзеляжу.

– Я начну обвязывать его.

* * *

– Ты сделала все верно?

Я поднимаю взгляд на Джону со своего места, где сижу на закрытом унитазе.

– А сколько существует способов пописать на палочку?

– Больше одного, судя по этому. – Он хмуро читает инструкцию к тесту на беременность. – Управлять чертовым самолетом и то легче.

Я пристально смотрю на крошечное окошко, поворачивая палочку то в одну, то в другую сторону под светом ничем не прикрытой электрической лампочки, в поисках второй розовой линии, которая должна была появиться в течение двух минут. Прошло уже пять, однако на нее нет и намека. Значит, согласно тесту, я не беременна.

Меня охватывает облегчение, хотя я и понимаю, что мы не знаем этого точно.

Джона комкает инструкцию и выбрасывает ее в мусорное ведро.

– Что теперь?

С тех пор, как друг Сэма привез нас домой, настроение Джоны нисколько не улучшилось. Мы оставили Арчи, закрепленного веревками и якорями, на краю того озера, и я знаю, что Джону это гнетет.

– Я сделаю еще один тест утром, чтобы убедиться окончательно. Может быть, мои гормоны в этом месяце дали сбой.

У меня не получается скрыть надежду в голосе.

Как и у Джоны – разочарование на своем лице. Он медленно кивает.

– Тоби уже ответил?

– Да. Он сказал, что может сегодня, если тебе удобно, – говорю я.

– Сегодня было бы идеально. – Он медлит секунду. – Ты останешься дома или хочешь с нами?

Я чувствую, что сам Джона предпочел бы первый из этих вариантов. И после моего эпического срыва в хижине я бы не стала его винить.

Я улыбаюсь, хотя мне и больно при мысли, что он хочет побыть вдали от меня.

– Думаю, на сегодня с меня достаточно летных переживаний. – Мои нервы весьма расшатаны той аварийной посадкой. – Иди и делай, что должен.

Он смотрит на второй, нераспечатанный тест на беременность. Открывает рот, чтобы что-то сказать, но потом, кажется, передумывает. Наклонившись, он быстро целует меня в лоб, а затем разворачивается к двери.

– Джона?

Он замирает, стоя спиной ко мне.

– Да?

– У нас все в порядке?

– Конечно.

Он оборачивается, чтобы сверкнуть утешительной улыбкой, которая совсем не достигает его глаз.

Глава 23

На следующее утро я почти вылетаю из ванной и бегом спускаюсь по лестнице, несмотря на сильные спазмы в животе, с радостью осознавая, что кризис предотвращен. Вне всяких сомнений, я не беременна. Понятия не имею, что стало причиной задержки моего цикла, но я точно больше никогда не забуду ни единой таблетки.

Сейчас только 6:30 утра, и в нашем доме царит мирная тишина. Я слышала, как Джона выходил через входную дверь, вероятно, ожидая, что я просплю еще час или два, когда просыпалась. Я предполагаю,