Воспевая бурю - Мэрилайл Роджерс

Они еще только входили в устье реки, Хайю стоял у руля, а его старший сын начал убирать квадратное полотнище паруса, но Анья уже ви­дела бухту, куда им предстояло пристать. У де­вушки ныло все тело после целых суток, про­веденных на воде, в лодке. После недельного пешего перехода она бы никогда не подумала, что может устать, если будет все время сидеть, однако так оно и было. Но что были эти мелкие неудобства по сравнению с угрозой, нависшей над ее домом, родными и, хуже всего, – над возлюбленным, которому без сомнения, пред­стояло пройти через грозные испытания, чтобы одержать победу над злыми силами.

Облокотившись на борт длинной и узкой лодки, Ивейн смотрел, как солнце восходит над горизонтом и яркие краски рассвета истаивают в нежнейшей голубизне. Этот новый восход и надежда, что скоро они будут в спокойной гава­ни, убеждал рыбаков, что друид был прав, когда уверял их, что они смогут беспрепятственно про­плыть глухой ночью, огибая подводные скалы. Ночью, во мраке, жрец сам держал руль, однов­ременно заклиная ветер, надувавший их парус. Все это истощило его и нравственно, и физичес­ки.

Как Элис и обещала, рыбак с готовностью согласился перевезти на своем челне жреца и его спутников от пристани в деревушке, когда им по­надобится. Хайю, однако же, заартачился, когда оказалось, что им требуется отплыть сразу после полудня. Ведь это означало, что они проведут в море всю ночь, что было небезопасно даже при полной луне. Тем не менее, не в силах противо­речить друиду с его таинственно мерцающим кристаллом на посохе, старик нехотя уступил.

Чувствуя непомерную усталость возлюблен­ного, Анья обернулась и улыбнулась ему нежной улыбкой.

– Ну и как, ты готова к дальнейшим подви­гам? – спросил Ивейн отважную девушку, про­сидевшую спокойно и неподвижно во время их бурного плавания.

Анья знала, что жрец улавливает все ее чувства и настроения, и попыталась побороть свои опасения, успокаивая себя воспоминаниями о видении Элис. Предсказание жрицы о грядущем счастье она будет хранить в своей душе, как та­лисман, защищающий от поражения. Девушка решила не думать о том, что Элис моща и со­лгать, просто ради их успокоения.

Когда Ивейн заговорил, спавший до тех пор Киэр потянулся и сел. Во время их плавания по подземной реке жрец поведал мальчику о своих родителях и о том, что они с ним родственники. Он обещал мальчику то, о чем тот мечтал больше всего на свете, – обучать его искусству жреца.

–Мы уже на месте? – спросил мальчуган.

– Скоро приедем, – Анья махнула рукой в сторону берега, к которому они быстро прибли­жались.

Когда нос челнока заскрежетал по прибреж­ной гальке, Ивейн перебросил ножны, котомку, мешок с продуктами и еще один, с пожитками Киэра, на траву подальше от берега. Жрец спрыгнул в неглубокую воду и поднял лисенка, потом мальчика и поставил их на камни, высту­павшие из воды. Достав из челнока драгоценный посох, Ивейн протянул его Киэру.

– Ты сможешь держать его крепко? – спросил он племянника. Это была первая, самая простая проверка. Она покажет, готов ли тот к дальнейшим урокам.

Киэр понимал, какая это ответственность – держать посох жреца. Лицо его стало серьезным, и он бережно принял жезл, который был почти вдвое больше его самого.

Ивейн улыбнулся мальчику и вернулся к лодке. Посох его был в надежных руках, и он бережно поднял Анью, подхватив ее на руки. Так он и нес ее до самого леса.

Анья просияла улыбкой – она радовалась, что Ивейн доверяет племяннику. Девушка еще теснее прижалась к возлюбленному, уютно при­тулившись в его могучих объятиях. Тот, предчув­ствуя, что это их последние минуты наедине, за­печатлел страстный, пылающий поцелуй на ее губах. Потом с неохотой отвернулся и отошел, чтобы еще раз поблагодарить рыбаков. Те смот­рели на жреца с благоговейным восторгом, пот­рясенные его способностью плыть в темноте, огибая невидимые во мраке коварные скалы.

– А они смогут вернуться домой сами, без вашей помощи? – просил мальчуган, подходя к друиду.

Взяв из рук мальчика посох, Ивейн ответил:

– Они ведь сейчас отплывают, а значит еще до заката доберутся до своей гавани. Днем, когда светло, они во мне не нуждаются.

Хайю и его сын снова пустились в плавание, а жрец со спутниками направился в лес. Они принялись подниматься по крутому склону холма; по другую его сторону, на берегу, за излучиной, находилась крепость. Подъем был тяжелый, тропинку то и дело перегораживали громадные валуны, и времени ушло больше, чем они ожидали. Они тревожились, предвидя, что спуск с холма окажется тоже долгам.

Путники поднимались почти в полном мол­чании. Ивейн лишь попросил, чтобы Анья рас­сказала ему, как им с Киэром удалось убежать из аббатства Экли. Когда девушка объяснила, какую хитрость она придумала и как провела епископа при помощи заклинания о прикрытии, Ивейн улыбнулся, одобряя ее находчивость. Ти­шина, нарушаемая лишь пением птицы да их со­бственными шагами, вновь повисла над головами путешественников, взбиравшихся на скалистую вершину холма. Ивейн думал, как выполнить то, ради чего он и вышел из Трокенхольта.

В конце концов они добрались до поросшей лесом вершины, откуда была ясно видна цель. Римская крепость Венда была известна Ивейну, а Анье и Киэру руины на каменистой косе каза­лись таинственными и грозными. Крепость, на­ходившаяся на возвышении, была прекрасным оборонным сооружением; путника, откуда бы он к ней ни приблизился, хорошо было видно из­далека. Последнее объясняло, почему Ивейн счел за лучшее высадиться за поворотом.

Прежде чем освободить пленников, томя­щихся в замке, Ивейн внимательно осмотрел и форт, и его окрестности, высматривая какие-либо признаки жизни. Он почти ничего не заметил, кроме нескольких лошадей, пощипывавших траву в просторном загоне без крыши. Это было хорошим признаком.

Поначалу Ивейн досадовал, что Анья, а затем и Киэр отправились на поиски вместе с ним, но теперь он был даже рад этому. Он мог бы про­изнести несложное заклинание, чтобы достичь первой цели. Однако, до крайности утомленный ночным плаванием и ожидая куда более грозных испытаний, жрец рассудил, что надо беречь силы. Не лучше ли поручить им обоим выполне­ние легкой задачи, сберегая силы для битвы, предсказанной жрицей?

– Киэр… – Оклик Ивейна нарушил тиши­ну, царившую на земле. – Сможешь ли ты вы­полнить то, о чем я попрошу?

Хотя он уже давал подобное обещание, прежде чем жрец разрешил ему отправиться с ними в дорогу, мальчик поднял глаза на Ивейна и тут же кивнул.

– Сложи ладони лодочкой и держи их, вы­тянув перед собой, что бы ни случилось.

Когда мальчик повиновался, Ивейн, сунув руку в мешочек, висевший на перевязи меча, до­стал оттуда белый, отполированный ладонями кристалл жреца. Он легонько покатал его, про­износя короткое заклинание. Кристалл, откли­каясь на призывы жреца, тотчас же засиял ярким светом.

Киэр неслышно вздохнул, когда Ивейн осторожно переложил ему в руки светящийся камень. Сияние его ни на миг не померкло, и мальчик ни на мгновение не оробел. Он смотрел на крис­талл с восхищением. Ивейн кивнул, довольный, что его план удался.