Без маски - Вирджиния Хенли

— Пожалуйста, Джордж, принеси мне бокал того нового вина, что именуется Шампанским. — Она указала на ливрейного лакея с подносом. — Мне сообщили, что оно благотворно действует на желудок, когда дама находится в деликатном положении.

Сказав это, Барбара многозначительно улыбнулась.

Велвет внимательно посмотрела на нее. «Но если Барбара действительно беременна, то кто же в таком случае отец?» — думала она.

— Добрый вечер, леди Монтгомери. У вас такое красивое платье…

Велвет повернулась на голос и, увидев Мэри Батлер, представила ее Барбаре. В следующее мгновение к ним приблизился лорд Кав.

Не замечая Велвет, он поклонился Мэри Батлер.

— Могу я пригласить вас на танец, леди Мэри?

Девушка вспыхнула:

— Буду рада, лорд Кавендиш.

— Проклятие… — пробормотала Велвет, когда Кав увел девушку.

— Ваш родственник — чрезвычайно симпатичный молодой человек, — сказала Барбара.

— Совершенно распущенный субъект, — прошипела Велвет.

— Правда?.. Значит, леди Мэри ужасно повезло.

— Но ей всего пятнадцать, — запротестовала Велвет. Барбара сделала глоток шампанского и с улыбкой заметила:

— В таком случае лорду Каву тоже повезло.

Когда танец закончился, Велвет подошла к Уиллу Кавендишу и заявила:

— Имейте в виду, Мэри Батлер — совершенно невинная девушка.

— Вот и хорошо, — закивал Кав. — В противном случае она бы меня не заинтересовала.

— Я не позволю вам ее совратить!

— У меня самые достойные намерения. Ведь она дочь герцога.

— Вы имеете в виду брак?! — воскликнула Велвет.

Ей тут же представилось, какой нечастной станет бедняжка Мэри, если действительно выйдет замуж за этого негодяя.

Холодные голубые глаза Кава полыхнули ненавистью.

— Ты сама вышла замуж за титул и земли. Так что мне странно слышать порицания из уст столь двуличной сучки.

Резко развернувшись, Уилл Кавендиш снова направился к Мэри Батлер. В течение следующего часа он трижды приглашал Мэри Батлер на танец, и Велвет не на шутку встревожилась за девушку. В конце концов она решила, что должна немедленно поговорить с Карлом и поделиться с ним своими опасениями. Приблизившись к королю, стоявшему недалеко от двери, Велвет присела перед ним в книксене. Он приветствовал ее галантным поклоном, после чего поднес к губам ее руку. Велвет, приподнявшись на цыпочки, шепотом поведала королю о своих подозрениях.

Выслушав ее, король усмехнулся и тихо спросил:

— А откуда ты знаешь, что молодой Кавендиш — развратник и женолюб?

— Он пытался изнасиловать меня, сир, — прошептала Велвет.

Король внимательно посмотрел на нее, потом молча взял за руку и вывел из зала в холл, где никто не мог их подслушать.

— Я польщен, дорогая Велвет, что ты поделилась со мной своими опасениями, — произнес Карл. — Твое стремление защитить юную леди заслуживает всяческого уважения. Я скажу Ормонду, чтобы он приглядывал за дочерью.

— Благодарю вас, сир. Вы сняли камень у меня с души.

— Между прочим, я ищу Барбару. Думаю, она сейчас там, где ведут игру в карты. — Король улыбнулся и добавил: — Желаю удачного завершения вечера, миледи.

Вернувшись в зал, Велвет сразу же направилась к Грейстилу, беседовавшему с братьями короля Джеймсом и Генри. Джентльмены говорили о прудах, которые его величество велел вырыть в Сент-Джеймсском парке.

— Когда работы закончатся, пруды будут соединены между собой наподобие цепочки, — сказал Джеймс, объясняя идею короля своему младшему брату Генри, герцогу Глостеру.

— А они, случайно, не зацветут? — высказал опасение Генри.

— Нет, потому что их будет питать Темза, — ответил Грейстил. — Кстати, проточная вода позволит развести там рыбу.

Увидев Велвет, Генри тут же потерял интерес к рыбным прудам.

— Ваш покорный слуга, миледи! — воскликнул он с радостью. — Надеюсь, у вас нет партнера для следующего танца?

— Моя жена собирается уходить, — скрипучим голосом произнес Монтгомери.

Велвет поразила грубость мужа. Отвернувшись от него, она одарила молодого принца чарующей улыбкой:

— Полагаю, у вас был приятный день рождения, ваше высочество?..

— Да, разумеется, миледи. Обещайте, что составите мне пару в танцах завтра вечером…

— Это явится величайшим удовольствием и честью для меня, ваше высочество, — проворковала Велвет, приседая перед принцами в реверансе.

Но прежде чем она успела пожелать королевским братьям доброй ночи, Грейстил, кивнув принцам, вывел ее из зала.

— Какой дьявол в тебя вселился? — Велвет посмотрела на мрачного как туча мужа.

Он не произнес ни слова, пока они не оказались в своих покоях. Плотно закрыв дверь, он молча прошелся несколько раз по комнате. После чего резко развернулся и в упор посмотрел на жену.

— Вашим победам не будет конца, не так ли, миледи?

С губ Велвет сорвался смешок.

— Ты о Глостере?

Она считала его обвинения абсурдными. И действительно, как мог такой умный и зрелый мужчина, как Монтгомери, ревновать ее к младшему брату короля? Существовал только один человек, ревность к которому могла быть оправдана. А что, если… О Боже, ведь Грейстил видел, как она шепталась с Чарлзом!

— Складывается впечатление, что у тебя просто непреодолимая тяга к Стюартам.

— Если ты имеешь в виду его величество, то он спросил меня, не видела ли я Барбару. И я отвела его к двери игорной комнаты, — соврала Велвет. — Она прямо-таки его околдовала, и он не может обходиться без нее ни минуты.

— Барбара — шлюха, — процедил Грейстил сквозь зубы.

— Нет ничего зазорного в том, чтобы быть любовницей короля.

— Это почему же? Потому что королевская шлюха взимает большую плату за свои услуги, чем любая другая?

— Барбара беременна. И я почти уверена, что отец ребенка — король, поскольку она ходит гордая, как павлин.

— Скорее — как пава, — уточнил Грейстил, невольно улыбнувшись. — Знаешь, дорогая, возможно, я на какое-то время увезу тебя от двора.

— Грейстил, ты же знаешь, как я люблю Роухемптон. Но давай пока туда не поедем. Скоро должны открыться театры, а я просто умираю от желания посмотреть театральную постановку!

— Я отведу тебя в театр в начале следующей недели, — пообещал Грейстил.

— Благодарю тебя, дорогой.

Велвет поняла, что грозовые тучи почти полностью рассеялись. Постепенно она училась управлять своим деспотичным мужем, рожденным под знаком Овна. Вместо того чтобы ссориться с ним, обвиняя его в припадках ревности, она говорила ему ласковые слова. Ну а теперь, поскольку близилась ночь, ей оставалось одно — затащить его поскорее в постель.