Без маски - Вирджиния Хенли

— Я хитростью выведала у короля имя принцессы, которую он рассматривает как свою будущую невесту.

— Хитростью? — переспросил Грейстил, еще не успевший лечь в постель.

Проигнорировав угрожающие интонации в его голосе, Велвет продолжала:

— Так вот, это Екатерина Браганса, дочь короля Португалии. Поскольку же мы с принцессой одного возраста и обе рождены под знаком Стрельца, я уверена, что мы с ней подружимся. Я была бы очень не прочь стать ее фрейлиной.

— Такие дела быстро не решаются. Мы вполне можем оказаться не при дворе, а совсем в другом месте, когда Карл женится, — пробурчал Грейстил и тут же понял, что жена его уже не слушает — ее очаровательная головка была полна всевозможных планов.

И он вдруг почувствовал, что ревность постепенно ослабевает. Забравшись в постель, Грейстил сжал Велвет в объятиях. «Возможно, ее увлечение Карлом начнет проходить, когда ко двору прибудет принцесса Екатерина», — подумал он с улыбкой.

Барбара ждала, когда Карл наконец-то насытится. Он, однако, не вышел из нее даже после того, как излил свое семя. И тут Барбара, не выдержав, заговорила:

— Мне нужно сообщить вам один секрет, Чарлз.

Он улыбнулся, но промолчал.

— Чарлз, у нас будет ребенок.

— Если так, то ничего не бойся, дорогая.

— С какой это стати я должна чего-то бояться? Напротив, я горжусь, что ношу под сердцем дитя короля!

— Не так громко, дорогая. Как-никак ты замужняя дама. Никакого скандала не будет, если ты не станешь кричать об этом с каждой крыши.

Барбара приподнялась и внимательно посмотрела на любовника.

— Сир, что вы хотите этим сказать? Что все подумают, будто это — ребенок Палмера? Но я, между прочим, не спала с ним с тех пор, как сошлась с вами. Не смейте отказываться от этого ребенка!

Король вздохнул и тихо проговорил:

— Разумеется, я не буду отказываться от него. Но достаточно и того, что об этом знаем мы двое. Остальные же пусть думают что хотят. О таких вещах не следует распространяться…

— Говорите, не следует?! — Теперь в голосе Барбары звучали истерические нотки. — Вероятно, вам так удобнее! Ведь вы ведете переговоры о вступлении в брак с особой королевской крови, не так ли? И вы не хотите, чтобы ее приближенные знали, что у вас будет незаконный сын!

Карл уселся на краю постели и спустил ноги на пол. Ему надоели эти бессмысленные разговоры.

— Барбара, ты отлично знаешь, что я должен жениться.

— Но вместо того чтобы жениться на мне, вы готовы грубо отодвинуть меня в сторону, чтобы расчистить место для какой-то иностранки! — закричала Барбара и тут же залилась слезами.

Карл снова вздохнул и погладил любовницу по плечу.

— Но ты же знаешь, что это невозможно, дорогая. Неужели ты забыла, что у тебя есть муж? Пожалуйста, перестань плакать. Клянусь всеми святыми, что не оставлю тебя.

Барбара шмыгнула носом и смахнула рукой слезы.

— Вы обещали мне титул, но обещание пока остается только обещанием. Человек со стороны, пожалуй, подумает, что этой страной правит канцлер Хайд. А между тем титул в данной ситуации представляется мне вещью наиважнейшей, ибо мать вашего сына должна принадлежать к знати. Только получив титул, я смогу высоко держать голову.

На следующей неделе в зале приемов Уайтхолла состоялся ряд празднеств и увеселений в честь дня рождения Генри, герцога Глостера. Лорд Монтгомери подарил младшему брату короля шпагу. Велвет же, памятуя, сколь сурово относилась к молодому принцу его мать, приподнялась на цыпочках и поцеловала его в лоб. После чего вручила ему перевязанный шнурком свиток с астрологическим прогнозом. В этом свитке в самых возвышенных тонах говорилось о достоинствах человека, родившегося под знаком Рака. В частности, упоминалось о его доброте, склонности к юмору и способности располагать к себе окружающих. Велвет намеренно не включила в этот список такие качества, как болезненная чувствительность и склонность при малейшем стороннем неодобрении прятаться в своей раковине, то есть уходить в себя.

— Желаю вам множество таких же веселых дней рождения, ваше высочество.

— Благодарю вас, леди Монтгомери! Но ведь мне сегодня исполнилось двадцать… Не означает ли это, что меня следует наградить двадцатью поцелуями? Извините, Грейстил! То, что я сказал, для ваших ушей не предназначалось. Но коль скоро вы это слышали, предлагаю миледи просто со мной потанцевать.

— С величайшим удовольствием, ваше высочество!.. — пропела Велвет, подавая принцу руку.

Когда закончился гавот, Глостер подвел Велвет к мужу, составившему ей пару в ее любимом танце «Куранты». После этого она отпустила его «на волю», поскольку знала, что он предпочитает разговоры с мужчинами танцам с дамами.

Внезапно к Велвет подошла Барбара, на которой было новое бриллиантовое ожерелье, помогавшее ей «держать выше голову».

— Графиня, вы сегодня совершенно неотразимы. Какое чудо, что снова открылись театры, правда? Я никогда еще там не бывала и не видела ни одной пьесы, но, разумеется, мне не терпится посмотреть, что это такое.

— Между прочим, Карл считает актрис вполне невинным развлечением, — с усмешкой заметил подошедший к дамам Бакингем.

Барбара взглянула на него и громко сказала: