Среди тысячи лиц - Сара Джио

– Вы вместе выросли, – объяснила я. – И он был твоим деловым партнером.

Кэйд кивнул.

– Доктор Брэнсон узнала, что ты был госпитализирован в эту больницу в 1998 году. Согласно истории болезни, ты отказался продолжать лечение твоих травм.

Кэйд сидел молча.

– Понимаю, что это для тебя многовато. Но мне показалось, что встреча с Джеймсом слегка встряхнет твою память.

– Ладно, – согласился Кэйд.

* * *

Мы доехали до Четвертой авеню и нашли место для парковки на улице.

– Офис Джеймса на седьмом этаже.

Кэйд настороженно посмотрел на здание, и я сжала его руку.

– Все будет хорошо, – пообещала я.

Мы поднялись на лифте до нужного этажа, кабина резко дернулась и остановилась. Я с облегчением заметила, что секретаря с галстуком-бабочкой на месте нет, поэтому мы спокойно прошли дальше.

– Нам вот сюда, – сказала я Кэйду. Кабинет Джеймса был уже виден. Усевшись на стол, он говорил по телефону, сидя спиной к стеклянной двери.

– Тук-тук. – Я приоткрыла дверь и заглянула в кабинет.

Джеймс обернулся. Когда он увидел Кэйда, его глаза расширились.

– Я вам перезвоню, – торопливо произнес он, заканчивая разговор. – Кайли и… Кэйд. Вау! Я…

– Вот и он, – с улыбкой объявила я.

Джеймс подошел к Кэйду, протянул было руку, потом смущенно рассмеялся и обнял старого друга. Кэйд не шевелился, прижав руки к бокам.

– Давненько не виделись, – сказал Джеймс. – Как поживаешь?

Кэйд отстраненно смотрел перед собой.

– Отлично выглядишь, дружище, – продолжал Джеймс. – Когда Кайли рассказала мне о твоем… состоянии, я ожидал увидеть совсем другое.

– Кэйд проходит программу реабилитации в Харборвью, – объяснила я.

Глаза Джеймса сверкнули.

– Здорово! Я рад слышать, что тебе оказывают помощь. Если я могу сделать что-то для тебя, дружище, просто дай мне знать.

Он говорил быстрее обычного, и меня удивило его предложение помочь Кэйду, ведь я хорошо помнила нашу прошлую встречу. Тогда Джеймса, казалось, вывело из себя одно лишь предположение, что Кэйд может быть в Сиэтле.

Если Кэйд его и слушал, то никак не реагировал. Он подошел к стене офиса Джеймса и принялся рассматривать фотографии в рамках и памятные сувениры. Красивые семейные портреты. Дипломы о достижениях. Джеймс пожимает руку Джорджу Бушу. Я заметила, что взгляд Кэйда остановился, когда он увидел снимок Алексис и Джеймса на их яхте. Я обратила внимание на эту фотографию еще в своей первый визит сюда. Мне легко было представить, как эта парочка веселилась и попивала шампанское, пока Кэйд прятался за ржавым мусорным баком на Четвертой авеню.

– Джеймс, могу я кое о чем тебя попросить? – спросила я.

– Разумеется, – ответил он.

Я понизила голос:

– Врач Кэйда проверила архивные записи. Судя по всему, в августе 1998 года его доставили в Харборвью без документов и с серьезной черепно-мозговой травмой. Некоторое время Кэйд находился в коме, а потом ушел из больницы.

Я глубоко вздохнула.

Джеймс пожал плечами.

Я с подозрением посмотрела на него.

– Есть что-то, о чем ты мне не сказал? – Кэйд по-прежнему рассматривал фотографии на стене. – Пожалуйста, – продолжала я почти шепотом, – ты же когда-то любил его, как брата. Я всего лишь пытаюсь помочь ему вернуться в жизнь. Можешь мне помочь?

Джеймс обошел стол, открыл ящик и вынул чековую книжку.

– Конечно, – ответил он. – Сколько тебе нужно? Может быть, оплатить ему машину, чтобы он ездил на работу? Или деньги на продукты? Сколько тебе нужно?

Я покачала головой.

– Я пришла к тебе не за деньгами, я пришла с искренней надеждой на твою помощь, чтобы мы могли понять, что с ним произошло.

Джеймс вздернул подбородок:

– А я сейчас расскажу тебе, что с ним случилось. Твой бойфренд сломался. У него случился нервный срыв, и он ушел, оставив «Стихия Рекордс» в руинах. Он даже не стал возражать, когда я предложил ему выкупить у него его долю. Кэйд хотел все бросить, как я тебе и говорил. Это мне пришлось собирать и спасать то, что еще осталось от фирмы. И позволь мне сказать тебе, что осталось совсем немного. Ты являешься сюда и ведешь себя так, словно я ему что-то должен. Что ж, прости, Кайли, но меня этим не проймешь.

– Тсс. – Я потянула Джеймса за рукав, и мы вышли в коридор. – Кэйд не глухой. Он все слышит.

– Тогда пусть слушает.

Я закрыла дверь в кабинет.

– Кэйд Макаллистер. – Джеймс произнес эти имя и фамилию так, словно объявлял со сцены. В его голосе в равных долях смешались ностальгия и гнев. – Он мог очаровать любого. И делал это. Кэйд и тебя очаровал, верно? Он всегда добивался своего, будь то логотип компании, прием на работу или увольнение сотрудников. Черт, он даже пинбол приволок к нам в офис. Автомат стоил шесть штук. Он спросил разрешения у меня, его делового партнера? Нет. Кэйд захотел и сделал. Ты хоть представляешь, каково это – работать с таким человеком? Я изо всех сил старался удержать компанию на плаву. Когда я попытался обсудить с Кэйдом нашу финансовую ситуацию, из него полезло дерьмо. Наша фирма шла на дно, а он не желал этого видеть. Он всегда отрицал очевидное.

Я недоверчиво покачала головой.

– Знаю, ты никогда не хотела в это верить, но это правда, – сказал Джеймс.

– У Кэйда действительно был нервный срыв?

Джеймс кивнул.

– Мне неприятно это говорить, но так и было. Это был один из худших дней в моей жизни. Все наши сотрудники видели, что он вытворял. Это стало началом конца.

– Если не ты забрал его из больницы в тот день, тогда кто?

Джеймс явно был измучен этим разговором, и я впервые заметила темные круги вокруг его глаз, глубокие складки между бровями.

– Откуда мне знать? – ответил он.

– Ладно, тогда мы уходим, – сказала я.

Джеймс снова достал чековую книжку:

– Разреши мне хотя бы выписать тебе чек.

– Не стоит. Как ты сказал, ты уже достаточно ему дал.

Я отвезла Кэйда обратно в Харборвью, довела до квартиры и посидела несколько минут вместе с ним на диване, пока в два часа не начался его сеанс терапии.

– Прости меня за сегодняшний день, – попросила я. – Джеймс, он… Видишь ли, в вашей с ним прошлой дружбе все было слишком сложно.

Я повернулась к Кэйду, но он смотрел в окно.

– Думаю, так бывает всегда, если два человека руководят одной компанией.

Я немного помолчала.