Измена. Закрывая гештальты - Дора Шабанн

— В целом — одобряем. А еще готовы внести предложение: как вы насчет того, чтобы в следующие выходные метнуться в столицу, да еще и Леру прихватить. С возвратом.

— Мать, что там у вас происходит? — Анфиса звучит уже встревоженно.

— Первая несчастная любовь, даст бог с вашей посильной помощью, завершится. Подробности у Лерки спросишь, но в целом: был роман на расстоянии, потом очные свидания, дальше мы переехали, и они какое-то время гуляли вместе. А затем он пропал. Ни слуху ни духу. Смогли узнать у его отца, который преподает там, куда Леруша поступает, что кадр этот гостит в Москве у деда. Лера страдает, хочет увидеться и прояснить ситуацию.

— Ты же понимаешь, что ждать «долго и счастливо» при таких вводных не приходится? — эх, Фиса, ты еще отягчающий анамнез этих отношений не знаешь.

— Все всё понимают. Даже Лера. Но она хочет расставить точки.

— Похвально. Мы в ее возрасте изящно прятались от любых выяснений.

Дружно вздыхаем, а я понимаю, что я и сейчас в таком же состоянии. Ну, чего бы мне не поговорить откровенно: с Игорем, с Сергеем, с Глебом?

Нет, я сижу и жду, когда это все само как-нибудь утрясется и рассосется.

А оно нет.

— Ладно, мы с Марком обсудим такой план. Напишу тебе, — соглашается подруженция.

Выдыхаю. Если удастся отправить дочь в Москву под присмотром Фисы с мужем, то я буду более, чем спокойна.

А отправлять ее придется, тут без вариантов.

«Резать к чертовой матери, не дожидаясь перитонитов!», — это прямо идеально подходит к нашей истории с Арсением.

— Привет семье.

На этом мы расстаемся, вполне довольные друг другом. Как обычно.

А дальше, не успела я въехать в Новгород, как позвонил свёкор:

— Арина, милая, как ты помнишь, у Танюши скоро юбилей. Мы понимаем, что некоторые личности не будут вам кстати, поэтому на общем торжестве не настаиваем и будем с Танечкой рады, если вы с Лерой и Костиком найдёте время и просто посетите нас. Ну, хоть до, хоть после этого события. Только предупредите — когда, мать пельменей наготовит.

Ох, ты ж!

Как-то я выпустила из виду день рождения бывшей свекрови. Ладно, после всего, что свекор для нас сделал, нужно быть свиньей, чтобы наплевать на его просьбу:

— Спасибо огромное, Николай Романович, мы очень признательны за приглашение и приедем с удовольствием. Сейчас я обсужу с Лерой календарь экзаменов и спрошу у Кости про график тренировок. И мы, конечно же, предупредим.

— Ох, Ариша, детка, порадуете стариков. Спасибо, милая.

— Не переживайте, привезу к вам этот безумный цирк, еще выгонять будете.

Свекор разразился отнюдь не старческим смехом.

Так и попрощались.

Хороший он все же человек. В кого же Ромка-то уродился?

Но все мысли о бывшем муже мгновенно покидают мою голову, когда я захожу на кухню своей новой квартиры.

В центре на полу стоит ведро с огромной охапкой бордовых роз на километровых стеблях.

— Что за номер? — уточняю у загадочно улыбающейся дочери.

— Вчера вечером от Сергея Владимировича привезли.

— Твою мать, — непедагогично хмыкаю.

На ловца и зверь бежит. Надо же нам как-то Леру в столице с Сеней пересечь?

А это что за?

С огромным усилием отрываю взгляд от «идеального завтрака», сервированного на столе.

— Леруша, а что тут у вас произошло вчера?

Дочь моя хохочет.

Правда!

На самом деле весело, задорно и откровенно:

— О, мамочка, вчера у нас был натуральный цирк. Даже толстокожий Кот заценил.

— Как-то мне страшно.

— Не, все норм. Мы с ним тихонько поржали потом. А для начала, вот тебе перекус, а то ты же «голодная с дороги», это, если что, цитата.

Пока я в полном офигении жую вполне съедобный «перекус», дочь, устроившись напротив меня с чашкой кофе, вещает:

— Ну, гляди, Кота с игры привез на своем мотоцикле Глеб Максимович. Мы, ясное дело, его на чай пригласили. А он нам такой: «А я сейчас к себе заскочу освежиться и приду. К чаю чего-нибудь принесу». Прикинь?

Выразительно молчу, потому как тост с сыром встал четко поперек меня.

— А он теперь, мам, наш сосед. Пришел, вот, шикарный чай тебе принес. Он, кстати, сильно удивился, что тебя нет дома. Любопытствовал.

— И вы, конечно, мамочку сдали?

— Я — нет, но Кот считает, что Глеб Максимович тебе больше подходит. Кирилл Андреевич, с его точки зрения, недостаточно серьезен в отношениях с девушками.

— Капец.

— Ты не расстраивайся. Все нормально. Нам Глеб больше чем дядя Игорь нравится. Про Сергея Владимировича я вообще молчу.

Да, вот так отлучишься на сутки, а тебе тут жизнь такие сюрпризы подбросит.

— А это? — веду подбородком в сторону ведра.

— О, это натурально, как в кино было. Сидим мы, пьем чай, Кот о вашем с отцом разводе рассказывает. Нет, ты не волнуйся, он был честен. Сам признался, как протупил, а тут звонок. Я к двери, Глеб Максимович со мной — вдруг чего? А там доставка, мам! Розы. Ты бы его видела.

Я не видела. Я вчера его ночью слышала и теперь понимаю, к чему все эти упоминания «бывших» в прошедшем времени были.

— А ты?

— Я, конечно, сказала, что это от твоего давнего поклонника, с которым вы расстались тысячу лет назад не очень хорошо. И что ты его знать особо не желаешь.

Езус-Мария, вот это будет мне демонстрация.

Так, а сейчас, где мой «самый главный мужчина в доме»?

— А Кот сейчас?

Лера хмыкает:

— А Кот на занятиях для особо отличившихся. Те, кто едет в Питер, сегодня на индивидуальных уроках у тренеров. Угадай, кто его увез?

Как бы нет вариантов.

Глава 48

Всякое… странное

'Пусть бесится ветер жестокий

В тумане житейских морей,

Белеет мой парус такой одинокий

На фоне стальных кораблей…'

Ю. Ким «Белеет мой парус»

Удивительно, но вечером воскресенья с тренировки сын вернулся один.

— Глеб Максимович передавал тебе низкий поклон и вот, — протянул мне коробочку конфет. — Сказал, что будет счастлив навестить тебя после завтрашней тренировки. Он сегодня с нами задолбался, мам, ты не думай…

Да я и не думаю.

Так, обалдела прилично и все.