Измена. Закрывая гештальты - Дора Шабанн

И я ее понимаю.

Я тоже прошла бы.

И пройду.

Мое возвращение из Китая было похоже на прилет из Индии один в один. Только розы Сеня притащил розовые. Фу.

— Так и знал, что ты выкинешь что-то в своем стиле, — заявил мне Кир, когда дозвонился в Чаньчунский Университет, где я проходила очередную практику.

Ладно, расставим точки так:

— Хорошо, что мы все друг про друга знаем, правда? Нам было очень здорово вместе, но это время прошло. Теперь твое эго удовлетворено и ты вновь можешь жить беззаботно и без ограничений.

— Глупышка. Такая умная, но все равно маленькая дурочка. Моя. Лера, ты моя. У тебя есть время к этому привыкнуть. Но, как вернешься, я тебе подробно объясню все про дальнейшую жизнь. Нашу с тобой.

И в ответ на мое нецензурное эмоциональное высказывание он просто рассмеялся. Негромко и тепло.

И я привыкала к мысли, совершенно не удивившись бархатной коробочке, мелькнувшей в его руках в аэропорту при встрече.

Лишь отрицательно качнула головой.

— Я подожду, моя хорошая, — спокойно улыбнулся Кирилл и повел меня к машине.

В этот раз он явился без Кота, поэтому по дороге до дома мы три раза останавливались продемонстрировать друг другу, насколько соскучились.

Это было невероятно, но зародило у меня некоторые подозрения:

— Ты что, читал мамины книжки?

Кир на миг смутился, а потом широко улыбнулся:

— Конечно, читал. Арина Егоровна фигни не напишет. Там же у нее прямо инструкция на все случаи жизни. Как можно упустить такую возможность?

Этим летом мы все жили в Валдае. Дом Глеб значительно расширил и у каждого была своя комната, а в гостевой обитал Кирилл.

— Так и прижился у нас на болотах, а мы его кормим, — хмыкнула мама, глядя в окно, где два друга во дворе рубили дрова для бани, а Кот носил на руках нашу с ним новую сестру.

— Ты только скажи, Лерочек-сахарочек, — шептал мне вечерами Кир, когда мы с ним целовались в глубине сада якобы выгуливая Аглаю-младшую.

Задыхаясь от восторга, я могла лишь бормотать:

— Ты спешишь, Кирилл…

А потом, когда в середине августа Глеб повез нас на традиционные гонки, где раньше они с Киром обязательно принимали участие, на меня снизошла истина.

Глядя на сияющую ровным внутренним светом маму, на подпрыгивающего рядом с ней и азартно что-то выкрикивающего Кота, восторженно наблюдающего за дочерью Глеба, который плевать хотел на успехи его прежних коллег по гонкам, я ка-а-а-ак поняла:

«Самые главные в жизни вещи это… не вещи…»

Так что, может быть, Кир не так и спешит?

Может, пора определиться, а?

Чуть повела плечами в крепких родных объятьях. Подняла кверху правую ладонь с растопыренными пальцами.

А когда, после некоторых непечатных выражений, на пальчике оказалось изящное колечко со скромно сияющим камушком, почувствовала — все сделала верно.

Как уж там будет дальше — никто не скажет, но из-за ошибок, глупости, предубеждения и страхов упустить возможность просто быть счастливой?

Очень счастливой.

Здесь и сейчас.

И только я позволила улыбке выползти на лицо, как Кир, резво развернув меня к себе, продемонстрировал весь спектр переполнявших его эмоций.

Наш первый поцелуй в статусе жениха и невесты был не просто огненным, нет, он взрывался фейерверками в голове, порхал бабочками в животе и грел. Грел сильными руками жениха, которые обнимали меня как будто бы всюду одновременно.

— Ты не пожалеешь. Клянусь, — шепнул, когда я открыла сияющие глаза.

А потом махнул Коту и, подхватив меня на руки, понес в сторону своего байка, бормоча на ходу:

— Погнали, у нас куча дел! Как думаешь, может лучше к вашей тетке в Валдай метнуться? Или будем по правильному, здесь, но через месяц?

И вот тут я выдохнула:

— Ты мужчина, ты и решай. Я хочу платье и свою семью в ЗАГСе.

Ровно через неделю, выходя из маминого синего «Эксида» в ослепительно-белом и ультра-коротком атласном платье прямо в руки широко улыбающегося жениха, услышала приветственное:

— За такую провокацию, милая, я тебя накажу. И ты даже знаешь как. В последнем романе у твоей матери подробно было написано.

Мы смеялись вместе и входя в зал регистрации, и когда ставили подписи в документах под счастливыми умиляющимся взорами нашей большой семьи.

Даже дед Коля с бабой Таней прикатили и сейчас радостно тискали Аглаю.

— Ох, Арина, какая же ты молодец. Вон, какие шикарные принцессы получились. Да и Костик растет молодцом. Сразу видно мужскую руку в воспитании. Поздравляем молодых от души! Приезжайте в Питер обязательно, не забывайте стариков, — дед Коля прослезился под конец речи и мы с мамой обнимали его и плакали вместе с ним.

У нас большая семья, но жизнь отсеяла лишнее и формальное, оставив нам после тяжелых испытаний лишь тех, кто действительно любит и ценит.

Так что мы выстояли, справились, нашли силы пойти дальше.

Вперед.

К счастью.

Смогли поверить, что оно существует. Что мы его достойны.

«Надо дать счастью шанс. Тогда оно, возможно, случится [1]…» — как же это верно.

Мы рискнули. И оно случилось.

Здесь и сейчас.

[1] к/ф «О чем говорят мужчины. Продолжение», 2018 г, режиссер Флюза Фархшатова