Право На Счастье - Дарья Игнатьева

Когда рассвет растормошил Фашу, она была вся мокрая. Духота и большая влажность не давали нормально дышать. Раны Кайсин не затягивались и кровоточили с новой силой. Девочка с удивлением посмотрела на собаку и потрепала её по голове.

— Живой? — С удивлением спросила она у Кайсин. — И как ты выжил в этой неравной схватке?

Девочка нашла в небольшой аптечке бинты и старательно перевязала раны животного. Питьевая вода заканчивалась. Медовые хлопья отсырели. Молоко скисло.

Радио громко рассказывало о последствиях вчерашнего шторма и о мерах, принимаемых для устранения последствий стихии. Диктор настойчиво рекомендовал не покидать мест своих укрытий и предупреждал о новом циклоне, надвигающемся в этот район.

Фаша выключила радио и открыла окно.

День пролетел в заботах и ухаживаниях за Кайсин: малышка поила пса бутилированной водой, кормила сырыми яйцами, случайно найденными на дверце размороженного холодильника, читала ему книги и заново перевязывала плохо заживающие раны.

Вечерело. Сумерки лукаво заползали в дом, обещая неприятные встречи с компанией оборотней и обольстительной ведьмой Сисиль. Фаша передёрнулась от этих мыслей и тут её взгляд упал на небольшой электрощиток, защищающий прозрачным стеклом чёрный рубильник. Девочка подошла поближе, подставила стул и подтянулась.

— Выкл. — Прочитала она надпись, к которой был прижат рубильник с чёрной резиновой ручкой.

Лицо Фаши засияло и она громко крикнула на весь холл:

— Кайсин, я сейчас свет включу!

Кайсин поднял морду, почувствовав, как в воздухе запахло опасностью. Мокрые ладони Фаши и её босые ноги будоражили интуицию животного. Девочка открыла стеклянную дверцу и протянула руку к запутанным проводам.

— Гав! — Громко проворчал Кайсин.

Фаша вздрогнула от неожиданности и лёгкий испуг пробежал по её спине. Влажная нога скользнула по поверхности стула и девочка пошатнулась, готовая упасть. Но малышка мастерски сохранила равновесие и укоризненно посмотрела на Кайсин. Тот прикрыл лапой чёрный нос и заскулил.

— Не переживай, Кайсин! — Успокоила его девочка и автоматически вытерла мокрую ладонь о подол платья.

Она взяла рукоятку рубильника и попробовала поднять её наверх к слову "Вкл". Рубильник сопротивлялся. Тогда она схватила его двумя ладонями и, прилагая всю свою детскую силу, потянула кверху. Рычаг шевельнулся, перескочил и с громким щелчком известил о том, что электричество на позиции старт. В холле ярко загорелись люстры, холодильник приятно заурчал, пытаясь охладить внутренние отсеки морозильных и холодильных камер, и вентиляционные лопасти шумно закрутились, давая ход застоявшемуся душному воздуху.

— Ну вот! — Победно заключила Фаша. — А ты боялся.

Кайсин довольно положил морду на лапы и зажмурился.

Всю ночь в комнатах дома горел свет и загадочные герои не спешили тревожить чуткий покой маленькой девочки, проникая в просторное помещение через окна вместе с серебряным лунным светом или вываливаясь из старинного шкафа гардеробной комнаты. Воздух в комнатах дома был свеж и приятен. Яркие звёзды безобидно заглядывали в окна и далёкое спокойное море пело свои тихие колыбельные песни, накатывая на пшеничный берег солёные кружевные волны. Впервые за последние три дня Фаше удалось хорошо выспаться.

Машина подпрыгнула на большой кочке и девочка оторвалась от своих мыслей. Собака лежала тихо и казалось, её горячее тело начало остывать. Фаша потрогала чёрный нос. Он был сухим и шершавым.

— Клиника за следующим поворотом. — Сказал бородатый мужчина. — Уже немного осталось, Миледи!

Фаша кивнула и вновь погрузилась в воспоминания.

Третий день заточения начался как обычно. Продовольственные запасы подходили к концу, но ни папы, ни его новой семьи до сих пор не было. Новостная радиоволна обозначала цветовой уровень погодной опасности и предупреждала о надвигающейся новой стихии. Фаша несколько раз выпускала Кайсин на улицу и очень переживала, что он не вернётся обратно. Но всё обходилось. А когда шквалистый ветер закрутил песок и мелкие ракушки в волшебном вальсе, девочка плотно закрыла двери и окна, села на пол и прижалась к Кайсин. Свет моргал, искрил, а затем и вовсе погас, обещая очередную душную и тёмную ночь.

— Приехали! — Выхватывая Фашу из воспоминаний, крикнул бородатый.

Он помог донести пса до кабинета ветврача клиники "Мокрый нос" и быстро исчез, боясь новых просьб этой очаровательной маленькой Миледи.

— Укуса нет! — Обнадеживающе констатировал ветеринар. — У животного сильное обезвоживание и истощение. Я сейчас поставлю ему капельницу с витаминами, а вам предлагаю в это время составить мне компанию за чашечкой свежезаваренного чая.

За чаепитием Фаша подробно рассказывала доктору, как оказалась в пустом доме одна во время шторма и как спасла эту собаку. Как после второго шторма дом оказался совсем обесточен, закончились запасы воды и еды, окно холла разбилось от больших булыжников и комната наполнилась песком, сыростью и неприятными порывами дерзкого ветра.

— Было так душно и страшно! — Рассказывала девочка, причмокивая сладким чаем и откусывая небольшое печенье. — Ночью опять приходили шакал и гиена… и хотели нас убить, но Кайсин мужественно встал на защиту!

Глаза девочки горели и бледные щёчки быстро прятали мягкие кусочки печенья в глубине маленького рта.

— А родители твои где? — Интересуясь, спросил ветеринар.

— Папа пропал ещё во время первого шторма. — Спокойно ответила Фаша. — А мама моя далеко, в другом городе, в командировке.

Тут инфузомат²⁰* подал сигнал о завершении процедуры с капельницей. Ветеринар встал и вышел из комнатки, где они с Фашей пили чай. Девочка внимательно посмотрела по сторонам. Белые стены очень сильно напоминали больницу, в которой Фаше приходилось часто бывать. Девочка вспомнила неприятные уколы и как ей из вены брали кровь.

— Не хочу больше здесь оставаться! — Прозвенела мысль в её голове, отгоняя эти назойливые неприятные воспоминания.

Вскоре в комнату вернулся доктор. Рядом с ним покорно шёл Кайсин. Его раны были грамотно обработаны, шерсть сияла чистотой, а глаза блестели счастьем. Когда пёс увидел Фашу, его хвост радостно замотался из стороны в сторону и мокрый шершавый язык принялся облизывать детское лицо, которое оказалось напротив собачьей морды. Фаша стояла на коленях и нежно обнимала собаку.

— Благодарю Вас. — Обратилась она