Прелестная Ромина - Барбара Картленд

— Значит, вы получили тот обрывок бумаги, который я для вас оставил, так? — Крис довольно ухмыльнулся. — Я рад, очень рад, что все так образовалось… Вы молодцы, просто молодцы! Иначе…

— Крис, они убили Поля, — мягко перебил его Мерлин.

По тому, как Крис больно сжал ее плечо, Ромина поняла, насколько болезненно брат принял эту далеко не самую приятную новость. Она даже охнула.

— Я же говорил вам, хозяин приезжает сегодня. Меня они пока держат в живых только потому, что я отказываюсь сообщить важную для них информацию…

— Какую еще важную информацию? — Мерлин не скрыл удивления.

— Им до смерти требуется знать, кто рассказал мне о наркотике.

— Так расскажи нам. Чего ты ждешь? Мы ведь рискуем жизнью, пытаясь узнать, в чем дело! Неужели все действительно так важно? — не удержалась Ромина.

— Не то слово, сестричка. Это оказалось настолько важным, что сначала я горько пожалел, что вообще узнал о нем и тем более немедленно не поделился этой чертовой информацией с кем положено!

— Тогда не тяни, скажи нам! — повелительным тоном произнес Мерлин.

— Ну… когда я писал то самое письмо Ромине, мне в общем-то было ясно — я напал на что-то по-настоящему крупное. Но насколько крупное и смертельно опасное, я не мог представить!

— А почему сразу не сообщил Гарди?

— Сам не знаю. — Крис виновато вздохнул. — Наверное, был так горд собой за находку, что почему-то уверовал в собственную гениальность и непогрешимость! Вот и…

— Продолжай, продолжай, не стесняйся, — поощрил его Мерлин.

— А дальше мне удалось довольно быстро найти одну «шестерку», который за хорошие деньги ухитрился незаметно провести меня на место тайной встречи дилеров… Что-то вроде закрытого частного ночного клуба… В общем, мне удалось убедить их в том, что я один из них и оказался там по нашему общему делу.

— Это было где — в Каире? — деловито поинтересовался Мерлин.

— Да. И участие в тайной встрече принимали обычные бандиты. Затем вспыхнула жуткая драка между двумя их агентами… каким-то громилой и отвратительным типом по имени Таха…

— Он мертв, Крис. Я его убил.

Изможденное лицо Криса озарилось радостной улыбкой.

— Знаешь, это единственная по-настоящему приятная новость за последнее время. Мне была просто невыносима мысль о том, что я умру, а этот мерзавец будет ходить по нашей земле!.. Хотя, когда мы с ним встретились, он был не только жив-здоров, но и весьма проворен. Причина их драки мне толком не известна, но длилась она недолго, потому что Таха выхватил из-за пояса пистолет и выстрелил громиле прямо в лицо. — Крис помолчал, вспоминая события того вечера, затем, тяжело вздохнув, продолжил: — Пистолет у него был с глушителем, поэтому я не сразу понял, что происходит. Суть происходящего до меня дошла, только когда я увидел, как подручные Тахи торопливо заворачивают неподвижное тело громилы в ковер и тащат его по полу к задней двери… Тот, кто привел меня, схватил меня за руку и тоже потащил к выходу, только к противоположному. Более испуганного человека мне давно не приходилось видеть. Весь бледный, руки трясутся, пот градом… И все время бормочет о том, как Таха не любит свидетелей… — Крис снова помолчал. — Так вот, когда мы оказались на улице, мой «приятель» понесся оттуда со всех ног, а я решил задержаться и посмотреть, что к чему. Ведь они наверняка выбросили тело поблизости. А вдруг человек жив? И знаете, минут через пятнадцать-двадцать я его все-таки нашел. В глухой аллее, истекающего кровью. Помочь ему было невозможно, но я успел спросить, смогу ли я для него хоть что-нибудь сделать…

— Да, на тебя это похоже, — покачала головой Ромина. — Влезть в смертоносную проблему только потому, что не терпится кому-то оказать помощь!

Крис пожал плечами.

— Вокруг не было ни души, значит, никакого риска. Короче говоря, умирающий бандит оказался верующим католиком и прошептал, что перед смертью хочет исповедаться. А поскольку, кроме меня, рядом никого не оказалось, тем более священника, то… принять его последнюю исповедь пришлось, увы, вашему покорному слуге…

— И что тебе удалось услышать? — подал голос Мерлин.

— Все! Все, что хотел узнать про эту чертову организацию! Конечно, его речь была прерывистой, с большими паузами, иногда совершенно невнятной, однако главное мне удалось разобрать.

— Что? Что именно он тебе сказал? — Мерлин вплотную придвинулся к нему.

— Он сказал, что этот чудовищный наркотик выращивается именно здесь, в Египте, потому что ему требуется вполне определенный вид почвы, который в изобилии можно найти именно на берегах Нила… На сегодняшний день наркотик считается самым современным и совершенным. Успешно служит двум целям: цветы и семена после размельчения и соответствующей обработки используются для изготовления на редкость эффективного транквилизатора, способного вызвать у наркомана ощущение собственного превосходства, ну, как бы делает из него бога, а корни — наоборот, для изготовления не менее эффектного депрессанта, препарата, подавляющего волю…

Он замолчал, на этот раз чтобы отдышаться после необычно долгой и эмоциональной речи.

— Господи, но это же чудовищно! — воскликнул Мерлин.

— На первый взгляд это может показаться нереальным. Но поверьте, увы, именно так это дьявольское вещество и работает… До вас, наконец, дошло, чего они хотят? Причем «они» — это исчадия ада, главная цель которых — завладеть миром.

— Ты что, серьезно?

Мерлин от удивления широко раскрыл глаза. Крис в ответ кивнул:

— Да, вполне. Каждому из доверенных шефов региональной цепочки выдается некое специфическое кольцо, которое, в каком-то смысле, обладает магической силой…

Ромина невольно воскликнула, а Мерлин почему-то довольно ухмыльнулся.

— Кстати, у меня тоже есть такое, но… ладно, об этом потом. Пожалуйста, продолжай.

— Значит, ты наверняка обратил внимание на три крохотные жемчужинки на язычке змейки. Тогда, если, конечно, ты еще не совсем в курсе, послушай. Каждая из них конкретно символизирует подавление, сегрегацию, превосходство! Теперь понимаешь? В этом-то и состоит основная цель всех, кому доверили Носить кольцо… Как и того, кто стоит во главе!

— И кто же он?

— Мне пока неизвестно. Знаю только, что он будет здесь сегодня вечером.

— Послушай, а как по-твоему, это может быть хоть как-то связанным с коммунистическим заговором?

— Коммунистическим заговором? — Крис тоже задумался. — А что? Вполне. Хотя может быть и честолюбивым желанием какого-нибудь спятившего маньяка. Претендующего на мировое господство… Впрочем, чем бы или кем бы это не было вызвано, миру в любом случае грозит страшная опасность…

— Что ж, похоже, пока нашей единственной надеждой остается то, что у них еще слишком мало «продукта», поскольку не налажено производство…