Омлет для наследника дракона - Панна Мэра

Пора действовать. Отпускаю заклинание, и сковорода с грохотом приземляется на тяжелые голову Черного дракона. Тот мгновенно теряет координацию. Крылья больше не держат его, и он, стремительно теряя высоту, летит вниз.

Бамс…

Проходит несколько секунд, и вот два дракона лежат на полу, задыхаясь от гнева и ненависти, что распирают сейчас обоих. Каждый из них дрался за свою цель, но теперь я вижу, кто из них действительно вышел победителем.

Вителлус прижал Эйвальда к каменному полу, прижав тонкое острие кинжала к горлу императора.

– Я никогда больше не позволю тебе причинить вред Нарвии или моей матери, слышишь? – яростно шепчет Вителлус, – Никто из Оваземелья не пострадает из-за твоих гнусных амбиций и вседозволенности.

Клинок едва задевает кожу, но я уже вижу, как проступает кровь на шее Эйвальда. И вдруг замечаю лукавую смешинку в глазах Черного дракона. Мне становится страшно. Что он задумал?

– Думаешь, так легко отделаешься от меня? Убьешь своего отца и заживешь в моем дворце со своей истинной?

О, нет. Я знаю этот взгляд. Полный ненависти и презрения ко всему живому, но самое главное… Он знает что-то, чего не знаем мы с Вителлусом.

– Я думаю, ты больше не в силах нам помешать. Твоя жизнь окончится сейчас.

Император заливается раскатистым смехом.

– О, нет, дорогой мой сын. Ты упустил одну маленькую деталь.

Я подступаю ближе, чтобы слышать каждое слово, произнесенное Черным драконом.

– Ты не можешь меня убить без последствий для своей ненаглядной омлетчицы.

– Хочешь проверим?! Она вот явно не против увидеть, как свет погаснет в твоих глазах.

Эйвальд заливается новым приступом истеричного смеха.

– Если ты хочешь, чтобы твоя Нарвия умерла, можешь вонзить клинок мне в сердце прямо сейчас.

– Причем тут Нарвия?

Услышав свое имя, я вновь теряю контроль над собой. Что? Что еще этому монстру от меня надо?

– О, ты еще не догадался, – подначивает Эйвальд, заставляя всех в зале слушать его, раскрыв рот, – Не ты один здесь истинный для Нарвии.

Я замираю, осознавая ужасную действительность, а Эйвальд иронично продолжает шоу.

– Эта девочка моя истинная. И будет принадлежать мне.

– Это невозможно! Ты лжешь! – не могу поверить в слова Эйвальда.

Это просто невозможно! Я не могу быть Истинной для двоих.

Император снова смеется.

– Нарвия, просто вспомни, что ты чувствовала, когда я целовал тебя в здании Нефритового ордена. Вспомни каждое мгновение, когда ты хотела прикоснуться ко мне, когда твои руки сжимались на моем шипе, когда ты покачивалась на…

– Хватит! Замолчи! Я была не в себе!

Срываюсь с места и подбегаю к Черному дракону, вырывая клинок из рук Вителлуса я приставляю его к горлу императора! Сейчас я ненавижу его всем сердцем!

– Чего ты хочешь от меня?! Ну же, скажи!

Знакомый блеск в глазах Эйвальда не предвещает ничего хорошего. Он таранит меня взглядом победителя, хотя находится на волоске от смерти.

– Жениться на тебе, моя Истинная.

Истеричный смех подступает к горлу.

– Твое желание никто учитывать не будет.

– А ты похоже не поняла меня, дорогая. Это не желание, это приказ. Я женюсь на тебе, и наконец-то обрету силу, положенную мне по праву.

– Ты думаешь, я так просто отдам ее тебе? – рычит Вителлус, едва сдерживая новый порыв гнева.

– Если ты и правда любишь ее, то сам отведешь ее к алтарю. Ты ведь хочешь, чтобы все остались живы?

Резкий щелчок заставляет меня встрепенуться. Поднимаю голову и замираю. Сотни лучников направили на меня и Вителлуса свои точеные острые стрелы.

– Ты в невыгодном положении, сын мой. Мы не можем убить друг друга, и я не могу убить твою любимую. Однако мне по силам причинить ей такую боль, что она сама попросит тебя о предательстве. Ты знаешь, я могу быть очень жестоким.

Лукавая ухмылка на лице Эйвальда превращается в озлобленный оскал.

– А когда она будет истекать кровью и мучиться от боли, мое сердце не дрогнет, а твое?

Последние секунды длятся мучительно долго. Я держу Вителлуса за руку, и молю, чтобы он никогда не отпускал меня, но неожиданно мой любимый дракон поднимается с колен, отпускает императора и равнодушно отступает в сторону.

– Прости меня Нарвия, но я должен отдать тебя ему.

Эпилог

Тьма беспощадна. Она без спроса подкралась ко мне из-за спины и мгновенно завладела моим сознанием.

Не чувствую биения своего сердца, не ощущаю запахов свежего мяса с кухни и даже теплые прикосновения рук Вителлуса в воспоминаниях кажутся такими нереальными, словно их никогда и не было.

Пронзительный звон стоит в ушах и до сих пор не может покинуть меня, хотя битва давно закончилась.

Вителлус не может так запросто отдать меня Эйвальду! Он ведь прекрасно знает, что я предпочту смерть вечному заточению.

Но сейчас мой любимый дракон молчаливо стоит в стороне, наблюдая, как толпа стражников решительно направляются к нам, что навсегда разлучить нас друг с другом.

Император победоносно улыбается и даже как-то снисходительно смотрит на меня.

Что теперь будет со мной? Что будет с Вителлусом? Смогу ли я вновь прикоснуться к его губам, ощутить его в себе, впитать сладостный аромат его кожи и вспомнить жар прикосновений?

Слезы заполняют глаза, когда я понимаю, что мы проиграли. Если Эйвальд женится на мне, то моей жизни настанет конец.

Новый припадок бессилия лавинообразно накрывает меня, и я едва ли не падаю на холодный мраморный пол.

Пока охрана заковывает Вителлуса в кандалы, Черный дракон пристально наблюдает за моим вдохом.

Что ему еще нужно? Убить меня? Убить нас? Мне уже ничего не страшно!

Словно прочитав в моих глазах молчаливый вопрос, Эйвальд властно подступает ко мне, склоняет голову и тихо, чтобы лишь я одна слышала его слова, шепчет:

– Есть еще кое-что, что ты должна мне помимо формального кольца на палец, – едко бросает Эйвальд, чуть ли не касаясь моих губ, но я брезгливо отворачиваюсь в сторону.

–Ты ничего от меня не получишь, – шиплю в ответ, но Эйвальд игнорирует мои слова и спустя секунду шепчет короткое и бесстыжее пожелание.

Пронзительная дрожь обволакивает тело, а сердце сжимается в мучительном спазме. Нет, я никогда не дам ему это!

– Хочешь еще